Будьте моей вдовой (СИ)

Волосы убрала в высокую прическу, уложив ракушкой и заколов спицей с тяжёлым набалдашником, увешанным множеством маленьких лун и звездочек. Северные соседи джапонцев – практичные и трудолюбивые чайнаньцы – знали толк и в одежде, и в украшениях.
Золотые изящные серьги и браслет на левом запястье дополнили комплект. Пожалуй, вполне годно.
- Вот теперь одобряю, - кивнул Кагами. – Только жаль, что застежка эта больше ни туда, ни сюда.
Я опустила взгляд на свою грудь, пытаясь понять, что ему не по нраву.
- Си… бюст почти не видно, - пояснил он.
- По-моему, только слепой не заметит, - отметила я, справедливо считая, что «не видно» - это если на тебе надето нечто безразмерное, а не идеально подогнанное платье по фигуре, в котором даже дышится через раз.
- Будем надеяться, что этот твой адвокат разберется что к чему, - фыркнул Кагами.
- Он не мой.
- А чей?
- Предположительно младшего Ноаха. Алон всему виной.
- Твой покойный муж?
- Да. Вот этот, как ни прискорбно, уже мой.
- Всегда знал, что ты странно выбираешь себе мужиков.
Возразить было нечего. Даже не захотелось говорить, что я никого из них не выбирала, но всё так само сложилось.
Кагами мудро промолчал. И даже не отпустил ни единого комментария, пока я собирала разложенные вещи. После чего послала ему воздушный поцелуй и пошла готовить кухню к приему гостя.
Чай значит чай. Церемонию не обещаю, но уж вкусным напитком не обделю. Господин Куригава ко Дню женской красоты подарил мне удивительный сбор, который я старалась пить только в особенные вечера.
Будет ли вечер особенным?
Я задумалась, стоя посреди кухни с керамическим чайничком в руках. Хороший вопрос. Почему-то Кентаро Дайгу вызывает у меня в груди (и других местах, ответственных за плотское влечение) ощущения, очень далекие от равнодушия. К чему бы это? Просто физиология при виде красивого мужчины моего типа? Или же место, где спина теряет своё благородное название, требует приключений?
Сервировав столик, я села и задумчиво посмотрела в окно. Надеюсь, Тэ и Изя нашли кофейню, сидят в тепле и хрустят чем-то. Денег достаточно, сообразительности тоже должно хватит.
В дверь позвонили. Я поднялась и направилась в коридор, чтобы открыть. Распахнула в приглашающем порыве и… потеряла дар речи.
  
Глава 11. Зелёноглазая тайна
 
Никогда не думал, что буду так рад ввалиться в дом, захлопнуть дом и рухнуть прямо на циновку в коридоре. Плевать на друзей, плевать на врагов, плевать на Снежных целителей и конец света.
У меня сейчас, кажется, болит практически всё. Поэтому я готов лежать здесь до момента, как явится Огненный дух и скажет, что или я выметаюсь отсюда, или он поджигает дом. И даже во втором случае не уверен, что как-то был отреагировал на его слова.
- Акихито, у тебя нет только жены, но и совести, - заявил Абура, с пыхтением залезающий в дом через окно.
Кажется, я умудрился захлопнуть дверь перед его носом. Бывает. Нечего хлопать ушами и принюхиваться к соседским масляным лампам.
- Ещё одно возмущение, и будет драка, - пробормотал я, принимая сидячее положение.
С трудом, надо сказать. Ибо усталость, которую ещё кое-как удавалось сдерживать в пути, сейчас рухнула просто цунами, утаскивая за собой в тёмный омут.
Дорога назад вышла далеко… не лучшей. Дело в том, что сначала я вёз полуобморочного Джиана по заснеженным дорожкам, постоянно в ожидании какой-нибудь гадости, так ещё и потом…
Я вздохнул. Хорошо, что перед деревней попался один из стражей. Удалось передать ему Джиана и рассказать о ранении. А потом изо всех отбрыкаться от приглашения отдохнуть у уважаемой Баожэй. После визита к дракону, мой девиз был исключительно такой: подальше от Мин и поближе к кухне… Неважно какой.
Перед тем, как уйти, я бросил взгляд на Джиана, неожиданно для себя склонился к нему и шепнул:
- Попробуй только не оклематься, рыжий.
А потом развернулся и быстро направился по окружной дороге, обходящей деревню Снежных целителей. И где-то в голове царапало неприятное: «Так спасибо не говорят».
 
Не говорят. Согласен. Но сейчас это, кажется, единственное, что могли произнести мои губы. Абура молча топал за мной, не рискуя задавать лишние вопросы.
О разговоре с драконом я ему рассказал уже тогда, когда мы спустились с гор. На удивление, мой ёкай за весь рассказ не проронил ни слова: ни умничал, ни комментировал, ни пытался пошутить.
Я даже немного озадачился. Но потом понял: дракон – это не просто так. Это уважаемое создание среди… нелюдей. Поэтому и его слова не подвергаются ничему такому, что может их поставить под сомнение.
Некоторое время мы молчали, потом я осторожно поинтересовался:
- Что думаешь?
Абура бросил на меня задумчивый взгляд, продолжая шлёпать по замерзшей земле, временами оскальзываясь, но держа равновесие.
- А что тут думать? Дракон сказал, что делать. Значит, надо делать.
Тон, которым это было произнесено, был серьёзен. И мне даже не пришло в голову оспаривать или уточнять. Серьёзный Абура – это что-то до ужаса непривычное. Только интуиция давала понять: он прав. И внезапно впервые за все время общения с ним я ощутил, что передо мной мудрый ёкай, который знает, как нужно поступать.
И вот сейчас я смотрел на Абура, который пыхтел и слезал с подоконника на пол, и… увиденное совершенно не вязалось с тем, что было под горой. Сейчас это был раздолбай, который кроме еды и кровати ни о чем не хочет думать. Ну да, ещё про то, как пошалить.
- Акихито, ты меня вообще слышишь? Ты исключительно бессовестное существо, которое не думает ни о чем, кроме того, как…
Я не выдержал и одним движением выдернул из-под него дорожку.
- А-а-а! – Вопль смешался со смачным шлепком на пол. – Акихито!
- Прости, само вышло, - совершенно неискренне извинился я и поднялся, подхватив дорожную сумку. – Я в ванную. Захочешь присоединиться – стучись.
Абура швырнул меня одним из лежащих в углу оберегов от злых духов. Я увернулся и покачал головой. Ну никакого чувства юмора, ох уж эти ёкаи.
Горячая вода сделала меня человеком. По крайней мере… попыталась. Сейчас можно будет что-то перекусить и поспать. А потом бодро собраться и отправиться в Шавасаки.
Обмотав полотенце вокруг бёдер, я вышел из ванной. Абура, насупившись, гордо прошел мимо. Я хмыкнул. Вот же ж чудовище, теперь будет дуться. Ладно, что у меня тут есть в загашниках?
Отыскались рис, маринованная рыба, соевый соус и корни лотоса. Отлично, прекрасный ужин, то что надо. Приготовление не заняло много времени, еда – тоже. Абура выполз из душа, важно сел напротив и принялся есть.
- А как же пожелать приятного аппетита? – поинтересовался я, откладывая палочки в сторону и вставая, чтобы налить зелёного чаю.
- Прыят… ного ап… аппетита, - с набитым ртом произнёс Абура, ни капли не смутившись. – Тша… ша… Тьфу! Чай я тоже буду!
Я фыркнул и разлил на две чашки. Вот куда его денешь?
Вообще, чай – чудесный напиток. Знаю, что многие мои соотечественники переходят на кофе, который везут с юга. «Кофе бодрит», - говорят они.
Бодрит. Но чай бодрит не меньше. Просто надо знать, как его заваривать и какой купаж выбрать. Если просто взять щепоть листьев и залить его водой, то… сами понимаете, ничего хорошего из такого напитка не получится. Если хочется узнать, как понять вкус чая, то стоит заглянуть в один из джапонских чайных домиков. Там знают, как разбудить любовь к этому чудесному напитку.
В дверь кто-то постучал.
Абуру в один миг смело с места, и спустя несколько секунд его фигура уже затаилась у входной двери.
Я бесшумно поднялся с места и направился туда же. Правду говорят, только задумаешь что хорошее, так обязательно тебе это испортят. Если там кого-то принесло в гости, то моё сладкое свидание с постелью откладывается на неопределённый срок.