Вик Разрушитель 7 (СИ)

В этот миг в дело вступил я, находясь по другую сторону Небесного Камня. Меня бесила неразрешимая проблема Антимага, мешавшая помочь Страннику. Пришлось импровизировать, находясь на одной линии с ним. Энергетический выплеск артефакта снова оказался мощным, как и прежде. Полагаю, этой энергии было накоплено за тысячи лет столько, что теперь не переборщить. Я просто захлёбывался в ней и лихорадочно пытался перенаправить потоки на Евгения Сидоровича. Его сосредоточенные движения приобрели плавность и уверенность. Воздух нагрелся и стал потрескивать от переизбытка освобожденной Силы. Меня тоже корёжило неслабо. Казалось, я попал в эпицентр бушующего энергетического циклона.
Перед глазами возник сияющий круг портала. Через зыбкие потоки Силы мне хорошо было видно, как исчезают в нём изломанные фигуры людей. Один за другим… А потом этот круг сгустился до черноты, раздался хлопок такой силы, что меня отбросило назад, протащило по мокрой траве метров тридцать, не меньше. С деревьев густо посыпалась хвоя. Вискарь и Шторм, привыкшие реагировать на опасность без раздумий, нырнули рыбками на землю и прикрыли голову. Куан отгородился невидимым щитом, принявшим на себя воздушную волну. Единственный, кто пострадал — Паналык. Меньше бы рот разевал, глядишь, не улетел бы в кусты.
И наступила тишина. Казалось, сама природа испугалась произошедшего. Сразу прекратился дождь, но вокруг всё посерело. Темнота наступала стремительно, без всяких сумерек.
— Ночуем здесь, — решительно сказал Вискарь, взяв на себя роль командира нашей поредевшей группы. — Нет смысла сейчас идти через лес. Поломаем ноги.
— А если стража нагрянет? — озабоченно спросил Шторм, собирая из валежника пирамидку, чтобы зажечь костёр. — Нам дали два дня. Как бы не пришлось воевать.
— А для чего тебя здесь оставили? — разумно спросил Вискарь и посмотрел на поцарапанное лицо Паналыка. — Эй, бой, иди умойся холодной водичкой. И не лапай раны грязными руками. А то занесёшь инфекцию.
Я лихорадочно размышлял, трясясь от очередного отката. По-хорошему, надо рвать когти отсюда как можно быстрее. Мы нарушили табу, извлекли из земли вещь, принадлежащую местным племенам. Пусть они о ней и не знали, это не меняло дела. Да ещё оставили после себя яму. Наивно полагать, что нам удастся засыпать её обратно и накрыть раскоп дёрном. Глупо и бессмысленно. Да и не хватает людей. Паналык — свидетель, и если старейшины и шаманы схватят его за глотку, выдаст с потрохами, чем мы тут занимались. Так что придётся, скрепя сердце, оставаться на ночевку, а с рассветом бежать отсюда, не оборачиваясь. А ведь где-то Арабелла рыщет, о ней забывать тоже нельзя.
3
— Эти русские явно знают, чего хотят, — Шершень в одном комбинезоне спустился с холма, выбранного в качестве наблюдательного пункта, к наскоро развёрнутому лагерю. Для Арабеллы сделали отдельный навес, и сейчас она уютно закутавшись в спальный мешок, сидела с подогнутыми ногами на лапнике и слушала, как по крыше шуршит надоедливый дождь. Выползать наружу совершенно не хотелось, но от костра аппетитно несло подогретым беконом и кофе. Дик старался угодить своей женщине.
— И чего именно?
— Я слышал краем уха, что за целого мамонта, выкопанного из вечной мерзлоты, мировые музеи готовы заплатить вагон золота, — по-простецки ответил Шершень. — Русские, кажется, его и откапывают.
— Чушь! — фыркнула девушка. — Князь Мамонов богат настолько, что сам может предложить этот вагон кому-нибудь другому. Зачем ему замороженная сто веков назад туша животного?
— Тем не менее его люди работают не покладая рук. Уже скоро два часа дня, а они даже на перерыв не уходят, — пилот аккуратно стёр конденсат со стоящего под деревом бронекостюма. — Может, посмотрите, мисс Стингрей? Вдруг мысли интересные появятся.
— Да я уже догадываюсь, что они ищут, — усмехнулась Арабелла, и накинув на себя куртку с капюшоном, всё-таки вылезла под моросящий дождь и направилась к костру. Страшно захотелось кофе.
Трейси засуетился и налил ей в термокружку горячий напиток, одуряюще вкусно пахнущий на весь лагерь, и сунул в руку импровизированный сэндвич с беконом и сыром.
 
— Спасибо, Дик, — поблагодарила его девушка и присела на принесённое телохранителями из леса старое упавшее дерево, на котором уже и коры не было. — Сахар положил?
— Три ложки, — кивнул мужчина. — Кружка большая, должно быть нормально.
— Так что же они ищут? — Шершень примостился возле костра с целью хоть немного просушить комбинезон. Жар пламени нагрел воздух, и от серой ткани повалил пар.
— Магический артефакт, — осторожно попробовав кофе, ответила Арабелла. — Когда они его достанут, упакуют и потащат с собой, мы дадим им выйти со священных земель, устроим засаду по дороге и заберём то, ради чего я здесь уже полмесяца торчу.
— Полмесяца — ещё не так много, — отозвался Монах, присоединившийся к компании. Он дремал в соседнем шалаше после трёх часов наблюдения за русскими. — Я в молодости с дедом в Монтане на два месяца в горы уходил.
— Ты — мужчина, тебе легче, — возразила Арабелла. — А девочкам выдержать такое путешествие сродни геройству. Так что не надо меня подкалывать, Фрэнк.
— Вы моё имя знаете, мисс Стингрей? — удивился Монах.
— Я всех знаю по именам, иначе грош цена мне как руководителю, — хмыкнула девушка. — Вы же моя семья. Цените это.
— Мы ценим, — кивнул Шершень. — Поэтому сделаем так, как вы планируете. Значит, хватаем только мальчишку, а остальных… — он провёл пальцем по горлу.
— И артефакт, — напомнила Арабелла, сузив глаза. — Но не забывайте, что охраняют его не только наёмники, но и сам князь Мамонов, который один может справиться с вашей четвёркой.
— Согласен, — Шершень погладил влажную черепушку. — Будем думать, как противостоять магу.
— Он не маг, — Арабелла прожевала кусок сэндвича. — Он из потомственной семьи одарённых, владеющих Стихиями. Это немного разные вещи. Маг развивает свой Дар с самого детства и учится по канонам магических искусств, а аристократы вкладывают все ресурсы Рода в культивацию определённой Стихии, чтобы вырастить узконаправленного специалиста. Поколение за поколением становится сильнее, и если с магом вы сможете справиться… вчетвером, то против высокорангового одарённого у вас не будет шансов… если отнестись с пренебрежением к нему.
Шершень, как и его команда, не были отмечены «дланью магии», как иногда высокопарно выражались представители аристократических семей, но магический интегратор, как когда-то кольт, уравнял шансы. Боевой доспех, который с лёгкостью нёс на себе пулемёты, мог пробить любой доспех. А восемь стволов и вовсе становились ужасающей мощью. Главное, правильно рассчитать момент атаки и уничтожить сильного врага.
— Мисс Стингрей, вы не боитесь, что за русского князя будет мстить его Род? — задал важный вопрос Монах.
— В таком случае за нас вступятся Меллоны, — твёрдо ответила Арабелла, хотя в душе очень опасалась подлости со стороны старика Энтони. Но желание добраться до нахального сынка князя Мамонова и вытрясти из него секрет появления экзоскелета, так похожего на «Арморекс» перевешивал все разумные доводы против союза с могущественным Родом.
— Ну что ж, тогда ловим русского принца, а остальных — в жертву местным духам, — хохотнул Шершень.
В это время зашипела рация командира пилотов, и Арабелла услышала голос дежурящего на холме Гаваны:
— Шершень, зови нашего босса! Это надо увидеть! Русские что-то замышляют!
Оставив Монаха с Аланом и Стивом охранять бронекостюмы, остальные рванули к наблюдательному пункту. И успели вовремя. Арабелла отобрала бинокль у застывшего Гаваны и навела его на копошащихся у вырытой ямы людей. Картинка происходящего рывком приблизилась, и девушка открыла рот от удивления. Русские с помощью толстых верёвок вытаскивали наверх камень! Дело шло тяжело, но в какой-то момент канаты натянулись и мощный слаженный рывок выдернул валун из ямы.
— С ума сойти! — выдохнул Дик. — Они сумасшедшие! На кой чёрт им нужен этот булыжник, притащенный ледником?