Вик Разрушитель 7 (СИ)

— Я не смеялся, — отозвался снайпер.
— Коллективная ответственность — слыхал такое? Ну вот, ощутишь на своей шкуре, — довольный Алмаз, не замечая улыбки князя, снова прилип к карте.
— А ещё есть такое жуткое словечко как дихлордифенилтрихлорэтан, — невинно замечаю я. У костра снова оживление и сдавленные смешки.
— Княже, а твой сын та ещё заноза, — раздувая ноздри, командир посмотрел на отца. — Смотри, как освоился, авторитет мой подрывает.
— Так ты его тоже в дозор назначь, — ухмыльнулся Глава рода.
— А можно? — с надеждой спросил Алмаз, и увидев, что папаня пожал плечами, радостно отыгрывается. — Волхв заступает на «собачью вахту».
Да-да, теперь у меня есть свой позывной, ставший родным.
— Я под утро крепко сплю, — я нисколько не расстраиваюсь. Уже несколько дней не провожу тренировки. На яхте особо не развернёшься, да и Куан посоветовал пока не светить свои способности. Когда ещё удастся разогнать застоявшиеся энергетические каналы, если нам предстоит долгое путешествие на лодке?
— Лично разбужу, — ухмыльнулся Алмаз, получив карт-бланш от князя Мамонова на право командовать мною.
Они ещё несколько минут обсуждали завтрашний поход по реке, потом нас позвали к костру. Ужин уже был готов. Мне наложили полную миску рисовой каши с тушёнкой, налили в кружку крепкого чая. Японца тоже накормили. Он сначала кочевряжился, не понимая, зачем рис испортили мясом, но голод — не тётка. Сожрал всё, и даже добавки попросил.
— Евгений Сидорович, — к нашему чародею подсел Алмаз с кружкой. — Вы сможете нашего пленника надёжно усыпить, чтобы до утра дрых? Не хочу ещё и на него отвлекать людей для охраны.
— Без проблем, — кивнул Странник и взглянул на японца, который с любопытством крутил головой по сторонам. Наверное, для него всё было в диковинку: ночная река, подсвеченная бледным светом нарождающейся луны, шумящий кронами деревьев на ветру лес, костёр, непонятные русские, зачем-то потащившие его с собой. — Есть у меня безобидная конструкция, как раз для таких тощих, как этот сын островов.
— А разве телосложение важно для магоформы сна? — удивился командир.
— Конечно, — снисходительно улыбнулся чародей. — Это как рассчитать нужную дозу снотворного. Для человека одна, для слона — другая. Вот переборщу, будете потом двое суток его на себе таскать, пока не проснётся.
— Ну, вам виднее, — уважительно посмотрел на него Алмаз.
— Может, магические маячки раскидать по периметру? — предложил Ломакин. — Дозор — это хорошо, но я бы подстраховался.
— Было бы здорово, — согласился командир группы. — Только потом не забудьте схему проходов нарисовать. А то замучаемся всю ночь подскакивать по тревоге.
Покончив с кашей, я спустился к реке и вымыл посуду. Здесь не Сокольники, рядом Оксаны нет, ухаживать за мной некому. Сам, всё сам, своими ручками. Ну так и я не неженка, в новгородском приюте каждый из нас прошёл хорошую школу, перемывая по сотне тарелок за день. Поэтому нарвал травы и с песочком всё тщательно промыл.
Над рекой стояла глухая тишина. Даже интересно, почему здесь не селятся люди. Может, всё из-за того, что племена алеутов не любят подолгу сидеть на одном месте? Это их земля, снялись со стойбища и пошли дальше, куда духи подсказали. Постояв у воды, заметил спускающихся со взгорка парней, тоже решивших вымыть посуду, и вернулся к костру. Раз меня назначили в дозор в самое неприятное время, когда сон особенно сладок и крепок, надо выспаться. Расстелил спальный мешок, скинул берцы с носками и залез внутрь, не забыв положить рядом с собой пистолет. Заснул без всяких сновидений. Видимо, Геванча в самом деле не мог со мной общаться напрямую. А ведь я хотел узнать с его помощью, где искать Кытугйина. Иначе рискуем ноги до ушей стереть, но так и не обнаружить Небесный Камень.
Открыл я глаза за мгновение до того, как размытая в сыром тумане фигура наклонилась надо мной с протянутой рукой. И застыла, когда увидела ствол «Каскада», направленный прямо ему в лоб.
— Не шути так, Волхв, — я по голосу узнал Вискаря. — Мог и выстрелить. Забавно было бы умереть от своего оружия.
 
— Извини, — я выскользнул из спальника, быстро скатал его. — Слишком ты осторожно подбирался, думал — аборигены в лагере.
— Так ты не спал?
— Уже нет, — я натянул берцы, накинул на себя тактическую сбрую и кивнул. — Ну что, проведёшь меня между маячками?
— Пошли, — Вискарь зевнул и первым шагнул в туман. Я пристроился к нему за спину и осторожно, след в след, двинулся за бойцом к реке, так как не знал расположение сигнальных сторожков.
Потянуло прохладой. Странно, что здесь туман ползал по берегу рваными клочьями, а наверху полностью укрыл лагерь. Но так даже хорошо. Видимость неплохая, близко никто не подберётся. Возле лодок я заметил одинокую фигуру с голым торсом, активно махавшую руками и скользящими движениями передвигавшуюся по галечному пляжу.
— Твой наставник даром времени не теряет, — усмехнулся боец, хлопнул меня по плечу и ушёл обратно в лагерь.
Я спустился вниз. Куан сам напросился составить мне пару в дозор, так как считал нужным быть рядом со своим учеником. Мы находились на чужой земле, и никто не собирался доверять княжескому сыну охранять отряд в одиночку. Уверен, что наверху тоже кто-то присматривает за нами.
Увидев меня, кумихо жестом показал, чтобы я присоединялся к занятиям. Хрустя галькой, я подошёл к лодкам и огляделся по сторонам. Предрассветные сумерки только-только мазнули кистью небосклон, и очертания противоположного берега ещё были размыты и неясны. Густая стена леса могла прятать что угодно: аборигена-разведчика, подглядывающего за нашим лагерем, а то и затаившихся зверей.
— Устав караульной службы запрещает заниматься иными делами, кроме охраны объекта, — усмехнулся я, присаживаясь на борт нашего «зодиака».
— Не переживай, — Куан с удивительной бесшумностью переместился на несколько метров от воды. — Я уже обследовал территорию. Здесь на ближайшие десять километров никого нет. Охотники-алеуты ушли отсюда несколько дней назад.
Значит, учитель-кумихо времени зря не терял, пока я беззаботно дрых. Он каким-то образом миновал маячки и ушёл из лагеря, обратился в лиса и провёл разведку окрестностей в качестве зверя, используя свой отменный нюх.
Ну, если Куан уверен в безопасности, можно и размяться. Правда, есть подозрение, что Алмаз устроит мне потом головомойку за нарушение дисциплины. С другой стороны, тактическая кобура с пистолетом у меня на бедре, и случись нападение, без оружия не останусь. Скидываю куртку и футболку, обозначаю стойку и отражаю первые удары наставника. Энергия «открытой ладони» мягко бьётся в защитные конструкты, ядро постепенно нагревается, расширяя каналы, по которым несутся концентрированные потоки Силы, насыщая ею руки и ноги. Пространство вокруг меня начинает искажаться от избытка энергетических потоков. Сжимаю правый кулак и с выдохом выстреливаю в голову Куана. Наставник ловко уворачивается от несущейся волны воздуха, способной проломить пятисантиметровую доску, а сам в ответ хлопает ладонями, создавая вокруг меня непроницаемый кокон. Ага, старая уловка снова в действии! Я ухмыляюсь и с легкостью пробиваюсь наружу, разметав энергетическую структуру «давилки». Теперь мне стало проще ощущать слабые точки конструкта, по которым я и бью в первую очередь.
Куан одобрительно кивает и снова атакует, комбинируя ментальные техники с обычными. Разогревшись, спокойно парирую каждый удар, не забывая проводить контратаки. Понятно, что тренировку мы проводим в лёгком режиме, не забывая поглядывать по сторонам. Наконец, наставник вытянул руки вдоль бёдер, показывая, что прекращает бой. А я, закрыв глаза, повернулся лицом к реке, с выдохом выбросил ладони вперёд. Вода забурлила, принимая на себя излишки энергии, которые мне не удалось использовать, и взвилась белесыми бурунами и опала, пропав на глади реки.
Ополоснувшись, я оделся и устроился в «зодиаке», рассматривая противоположный берег в бинокль. Робкие краски рассвета уже разбавили унылую серость природы, следить за обстановкой стало комфортно. Внезапно в переплетениях лесного кустарника и молодого ельника мелькнула тень и растворилась в глубине леса. Пожав плечами, я провёл биноклем по берегу, но больше ничего интересного не заметил. Мог ли это быть человек? Допускаю такую мысль, как и ту, что ранняя птица проснулась и полетела в поисках пищи. В любом случае, доложить Алмазу надо. В походе — он мой командир, так повелел князь Мамонов.