Вик Разрушитель 7 (СИ)

— Впрочем, ещё ничего не решено, — успокоилась Арина. — Поступлю в университет, получу образование, а там видно будет.
3
Чёрный микроавтобус «Руссо-балт» въехал на территорию ленского особняка, и шурша колесами по горячему асфальту, ставшему как пластилин под жарким якутским солнцем, остановился возле беседки, больше похожей на китайскую пагоду, чью крышу поддерживали шесть мощных столбов из лиственницы. В ней не было ни одной стены, что давало возможность по вечерам любоваться закатами и ощущать свежесть ветра.
Скрежетнув полозьями, дверца отъехала в сторону, и из салона стали неторопливо вылезать крепкие, загорелые на местном солнце мужчины, каждому из которых было не меньше тридцати лет, а то и чуть больше, но именно в том возрасте, когда здоровье и физические кондиции находятся на самом высоком уровне. Все одеты в полувоенный камуфляж, который мог легко сойти за охотничью амуницию, на ногах — высокие берцы на мощной рифлёной подошве.
Один из мужчин распахнул заднюю дверцу багажника и стал играючи вытаскивать оттуда высокие рюкзаки, набитые доверху. Сразу посыпались шутки, сдержанные матерки, когда чей-то походный мешок падал на землю.
— Живее, парни! — из машины вылез ещё один мужчина, единственный из всех, выглядевший старше и опытнее по своей походке, взгляду и скупым, выверенным движениям. Нахмурил выцветшие брови. — Рюкзаки положите возле беседки. Размялись — и будя. Стройся в одну шеренгу!
Крепкие парни в количестве девяти человек без спешки выстроились у «пагоды», и даже подравнялись, завидев идущего к ним князя Мамонова и «безопасника» Лёню Козулина. Тот держался за спиной, успевая цепко оглядывать прибывший отряд.
— Смирно! — рявкнул старший и чётко выверенным шагом пошёл навстречу хозяину усадьбы. Остановился в паре метров, вскинул руку к кепи, на мгновение замер и выпалил: — Ваша светлость, отряд «Рысь» прибыл в полном составе для выполнения спецзадания!
— Здорово, Алмаз, — усмехнулся Мамонов, которому в некоторой мере нравилась армейская дисциплина, царившая в боевых группах, занимавшихся усмирением соседей и наказанием врагов клана. Поэтому он и не обращался к командиру по имени, предпочитая позывной. Впрочем, как и остальные. Имена их были доверены картотеке семейной СБ. — Как добрались?
— Потряслись немного, — Алмаз стянул кепи и пригладил лоснящийся от пота ёжик тёмных волос. — Сто километров по бездорожью пришлось ехать. Трассу размыло. На юге сильные дожди прошли.
— Ну ладно, знакомь меня со своими «рысятами», — усмехнулся Георгий Яковлевич, краем глаза заметив, как на крыльцо в сопровождении горничной вышла Аксинья, придерживая выпирающий из-под платья живот. Вот же любопытная баба! Сидела бы на террасе в тенёчке, нет на улицу потянуло. — Гляжу, у тебя сахаляры есть.
— Они великолепные охотники и стрелки, — Алмаз вытянул руку, приглашая князя подойти к шеренге. Начал знакомить слева направо, с крепыша среднего роста, русоволосого, с застывшим взглядом. — Рой, мой заместитель, профи высшего класса. Может без всяких скрывающих амулетов пробраться в лагерь врага и вырезать его.
Следующим был худощавый, словно из жил свитый сахаляр с матовой кожей.
— Сухой. Снайпер отряда. Хоть и неодарённый, но местные духи ему дали всё, что положено: зоркий глаз, твёрдую руку и железное терпение.
— И белке в глаз? — улыбнулся князь.
— Ну, это уж мифы про такую меткость, — хмыкнул Алмаз. — Охотники больше дробью стреляют, причём, в голову. А вот в глаз врага пулю вогнать Сухой сможет без проблем.
И пошло. Батон, Резкий, Шторм, Вискарь, Викинг, Диас, Ковбой…. Забавно, что у последних двоих явно просматривалась кровь испанских идальго. Оба со смуглым цветом лица, но никак не сибирского загара, с жёстким курчавыми волосами и тонкими пижонскими усиками.
— Они братья, — увидев интерес князя к этим парням, пояснил командир. — Я их во Владивостоке заприметил. Отца каким-то ветром занесло из Калифорнии в наши края, познакомился с русской красоткой, а вот эти жеребцы — плод их любви.
 
Диас и Ковбой синхронно улыбнулись, обнажив крепкие белоснежные зубы. Правда, у Диаса мелькнула золотая фикса. Успел, паразит, где-то погулять с лихими ребятами, нахватался атрибутики.
— Отлично, — Мамонов отходит на несколько шагов от шеренги и снова оглядывает бойцов, с которыми ему предстоит ехать на Аляску и во враждебном окружении добраться до Небесного Камня. Обязательно нужно доставить его в Якутию, и тогда у Рода появится шанс противостоять Мстиславским в долгом изнуряющем противостоянии. Да, пусть и завуалированном союзным договором, но это не отнимает права у тех или других использовать хитроумные ходы для ослабления союзника. Ничего удивительного, и такое бывает в мире, где правит одарённая аристократия. Этакие щипки, удары исподтишка, чтобы не спали, держали ушки на макушке. — В общих чертах вам известно, куда направляемся?
Сдержанный гул подтверждающих голосов — и снова тишина.
— Тогда кину вам ещё одну вводную, чтобы потом не было ворчания и хмурых взглядов. Через несколько дней ко мне приезжает младший сын, Андрей. Он тоже идёт в группе, как и его телохранитель, а также Странник.
Снова парни загудели, но уже оживлённо. Про Странника здесь слышали. И одно то, что он идёт с ними, прибавляло уверенности. Как бы ни был ловок и подготовлен боец, но магия порой побеждала профессионала огневого и ножевого боя. Чародей в бою — половина успеха. Это тяжёлая артиллерия отряда.
— Ваша задача — охранять княжича как зеницу ока, потому что от него зависит успех экспедиции. Более подробно обсудим наши планы уже на чужом берегу, — Георгию Яковлевичу понравилось, что парни спокойно воспринимают информацию. — Фактически, мы совершаем диверсию, поэтому нужно исключить попадание в руки местной полиции, отрядов самообороны чужих факторий, ну и наших недругов. Все понимают, что это значит?
В ответ повисло молчание. И правильно. Пусть осознают, насколько опасное дело закручивается.
— И самое главное — я иду с вами, — Мамонов усмехнулся, увидев, как оживились бойцы. — Алмаз, что у нас по моторным лодкам?
— Достали три «скорпиона» с движками на двести сорок кубов, десять «лошадок», — отчитался командир группы. — Они сейчас находятся на складе речного порта. Не влезли в машину.
— Я распоряжусь насчёт фургона, — кивнул князь. — Съездишь с парнями, привезёшь сюда. Полетим с местного аэропорта на самолёте, поэтому всё должно быть готово заранее. Конечная посадка в Сент-Майкле. А оттуда на лодках отправимся вглубь материка. Вечером с тобой и Роем посидим над картой, обмозгуем маршрут.
— Конечная точка известна?
— Нет, — огорошил его Мамонов и улыбнувшись, пояснил: — Только мой сын знает, где эта точка. Главное, нам нужно добраться до своих факторий.
— Ясно, — Алмаз не стал задавать вопрос, откуда мальчишка может знать дорогу туда, не знаю куда. Вероятно, князь не хотел раскрывать некий Дар младшего сына, и командир был не против, лишь бы вернуться домой без потерь. А то неизвестно, как аборигены отреагируют на появление чужаков на их территории. Есть возможность избежать боя — используй её.
— Лёня, помоги бойцам с обустройством, — повернулся к своему безопаснику князь. — У нас пустует летний флигель, вот туда их и засели.
— Есть, — кивнул Козулин.
Георгий Яковлевич не стал смотреть, как парни подхватывают свои баулы и организованно идут следом за Леонидом и Алмазом. Сам же подошёл к жене и осторожно приобнял её за располневшую талию.
— Неужели вам настолько важен этот артефакт? — Аксинья была посвящена в планы мужа, и первое время пыталась отговорить от авантюрной экспедиции, но когда Жора рассказал о видениях Андрюши, задумалась. Если второй осколок сможет соединиться с алтарным камнем Мамоновых, то есть шанс вернуть сыну Дар, а семье усилить свои способности. И всё-таки сомнения оставались. В первую очередь — из-за Андрея.
— Милая, мы уже об этом говорили сотню раз, — мягко ответил Мамонов, и показав знаком горничной, что она может быть свободна, помог жене сесть в кресло, которое ради неё поставили на открытой веранде. Свежий воздух, покой и тишина для беременной супруги сейчас волновали мужа куда больше, чем её саму. — То, что дух шамана сказал об осколке «небесной звезды» нашему Андрею, а не какому-то там местному князцу, невероятно счастливый случай. Как и то, что местные племена Аляски считают место падения священным местом, и никому о нём не говорят.