Дело тел (СИ)
— И какие же? — равнодушно поинтересовалась драконица.
— Можете посмотреть моё досье, поймете, — дернула плечом Девятая. — Я тридцать лет топчусь на месте. Мне не поднимают зарплату, не помогают продвинуться. Мне ужасно нужна рекомендация, чтобы уйти оттуда, и перейти повыше. Но Первый мне никогда ее не даст.
— Ясно, — хмыкнула драконица. — И что ты мне хочешь предложить в обмен на доброе слово? Вы ты именно к этому ведешь, так?
— Так. Что угодно, — Девятая вскинула голову. — Хийтри, вы можете мне не верить, поэтому я прошу еще раз: посмотрите моё досье, проверьте. Мне правда нужна рекомендация. Очень.
— А почему он за вас держится? — с интересом спросила драконица.
— Четыре основных специализации, плюс я еще и врач в команде, — с неприязнью ответила Девятая. — За такие деньги…
— Я подумаю, девочка, — Хийтри задумалась. — Знаешь, что? Я, пожалуй, могу сделать следующее. Подам прошение о твоем переводе, пару месяцев просидишь здесь, а дальше — рекомендация туда, куда попросишь. Как тебе такой вариант?
— Это было бы великолепно! Как хорошо, что вы согласились мне помочь. Я просила раньше, но никто не хотел связываться. А в центрах… ну, вы сами понимаете, что можно услышать в центре, имея восьмой класс, — Девятая махнула рукой.
— Ты сама в этом виновата, — строго ответила ей драконица. — Позволила сесть себе на плечи, а теперь жалуешься. Вот тебе урок, новенькая, — повернулась она к Бонни. — Видишь, что получается, если сразу неправильно позиционировать своё место в команде? Себя нужно уважать. Ладно, идите.
— А как мы вам сможем помочь? — спросила Бонни. — Что нужно будет сделать?
Драконица рассмеялась.
— Ничего, — ответила она. — Уж поверьте, мне ваши услуги не требуются. Помогу, но чисто из альтруистических соображений и женской солидарности. А теперь идите, у меня много дел.
* * *— Клюнула, — удовлетворенно заметила Девятая, когда они с Бонни возвращались обратно. — Даже как-то странно. Я не ожидала.
— Разве клюнула? — удивилась Бонни.
— Конечно. Видишь, она сейчас копается в моем досье? — перед Девятой в воздухе возникли какие-то картинки и строчки, которые Бонни не могла прочесть. — Давай разберем ситуацию, хочешь?
Бонни закивала. Еще бы, конечно.
— Драконица нервничает. Сильно нервничает. Уже хороший признак. Первый всё рассчитал совершенно правильно, я, номинально, действительно слабая фигура в команде, и вполне возможно, что об меня, так сказать, вытирают ноги. Всякое бывает.
— А на самом деле? — с интересом спросила Бонни.
— На самом деле всё иначе, я тебе потом расскажу, — улыбнулась Девятая. — Сейчас она будет думать. Прикидывать, анализировать. И есть вероятность, что она рискнет. Вопрос — как именно?
— Она нам может приказать кого-то убить? — Бонни вспомнила очередную постановку, в которой была девушка-шпион, которая притворялась герцогиней, и, когда мужчины в нее влюблялись, их убивала, чаще всего — ядами. — Ничего себе!..
— Убить? — Девятая расхохоталась. — Дурочка… конечно, нет. Убивать никто никого не собирается, по крайней мере, пока. У нее на нас другие планы. Кое о чем я уже догадываюсь.
— О чем же?
— Не скажу. Мне интересно, сумеешь ты сама понять, или нет.
* * *Операция по заброске агентов на Равор-7 была назначена на вечер, и подготовились к ней весьма основательно — когда Фадан и остальные увидели агентов и боевиков, выходящих из своего дома, они диву дались, до чего натурально и достоверно те сумели сделать себе внешности. Четверо мужчин теперь выглядели в точности, как черные греваны, причем внешность их изменилась почти до неузнаваемости — прибавился возраст, изменилась манера двигаться, говорить; у Первого, которого Фадан признал только по насмешливому взгляду, появились залысины и объемистое брюшко, а Второй обзавелся бифокальными тяжелыми очками и неопрятным полуседым хвостом засаленных, давно не мытых волос. Но больше всего команду поразило, как выглядели Десятая и Пятый. Потому что те превратились… в Олку Гит и Кестала Амсунати. Сходство было просто поразительным, Десятая сумела скопировать даже манеры Олки, даже то, как та двигалась.
— И это всё — по короткому рассказу? — изумился Фадан, когда обе группы направились на Холм, к ожидающему их Гингку. — Невероятно.
— Не только по рассказу, — покачала головой Десятая. — Мы же смотрели вашу память. А там много что имеется.
— Круто, — одобрил Шини. — А волосы не оторвутся?
— Нет, — засмеялся Пятый. — Можешь подергать.
Шини не преминул воспользоваться предложением.
— Как настоящие, — одобрил он. — Крепко держатся.
— А они и есть настоящие, — заверила Десятая. — Парни, смотрите, не подставьтесь там. И сделайте завесу погуще. Нам нужна паника. Хорошая и качественная. На пару минут. Можно на одну минуту. Хотя бы.
— Сделаем, сделаем, — заверил Третий. — Лучше закладки проверь, советчица. И не заигрывайтесь. Через сутки обратно.
— Двое суток, — покачал головой Пятый. — Не успеем.
— Двое — это максимум.
— А как они попадут обратно? — с тревогой спросил Фадан. — Проход ведь, наверное, охраняют.
— О, конечно, его охраняют. Особенно после вашего бенефиса, — покивал Первый. — А после нашего бенефиса его будут охранять втрое тщательнее. Но не волнуйтесь, всё будет хорошо. Не в первый раз, поверьте.
— Все равно как-то боязно, — проворчал Бакли. — А что за закладки такие?
— Мы готовим сюрприз вашему тайному правительству, — хохотнула Десятая. — Вообще, вы действительно молодцы. Самое главное — это дать правильное направление для работы. Вы это сделали с блеском. Особенно если учесть то, что вы начинающие.
— Но что вы хотите сделать? — Фадан нахмурился. — Если я правильно понял ход ваших мыслей, вы хотите на какое-то время деа… деда… де-ак-ти-вировать наших этих… как бы правильно назвать…
— Да, ваше руководство. И именно что деактивировать. Но при этом — никого не убить, не искалечить, не изуродовать. Эта задачка, поверьте, прекрасно решается, — Десятая снова улыбнулась. — Особенно, если знаешь пути передачи.
— Передачи — чего? — не понял Фадан.
— Узнаете. Пусть будет сюрприз.
— Лучше бы всё-таки рассказали, — проворчал Бакли. — Может, мы что умное подскажем.
— Это вряд ли. Хотя… — Десятая задумалась. — Ты ведь врач?
Бакли кивнул. Нет, он отлично понимал, что до здешних врачей ему как от земли до неба, но, тем не менее — да, врач, и право голоса имею.
— Если ты врач, то скажи — ты сталкивался во время своей работы с противовирусными препаратами? Там, у себя?
— Нет. Я про них только читал, — Бакли задумался. — Шини, помнишь, мы тогда обворовывали этих, ну, которые из власти? Там вроде бы не было ничего против вирусов?
— Ты у меня спрашиваешь? — Шини покрутил пальцем у виска. — Я почем знаю? Я хватал то, что Эл и Сеп приказывали.
— Думаю, препараты там есть, но только для самой верхушки, — Сеп появился рядом с Бакли. — Не было в том хранилище ничего противовирусного. Антибиотики были, в количестве. Но не более того. Скорее всего, существует пара-тройка лабораторий, в которых частным порядком какие-то противовирусы делают, но даже если и делают, то, скорее всего, вам они будут безопасны. А вы что, хотите кого-то заразить?
— В некотором смысле, — туманно ответила Десятая. — Не волнуйся, мертвый, дальше адресатов вирус не пройдет, тем более что клональная линия живет трое суток.
— У меня есть имя, меня зовут Сеп, — Сеп рассердился. — И я не мертвее тебя, юная леди. А что за вирус?
— Не расскажу. Эффекта не будет, — Десятая хихикнула. — Кстати, а где первый мастер, где Ангк?
— Занимается какими-то делами, — Первый чуть нахмурился. — Он тут, на территории Таможни, сидит у начальства.
— Гингк в одиночку сумеет удержать связку? — с сомнением спросила Девятая.
— Заверил, что сумеет, — пожал плечами Первый. — Так, всё. Разговоры заканчиваем. Готовность.