Космический рейдер "Нибелунг" (СИ)
Ивор даже пиво не допил. Раздал визитки со своим кодом связи на случай, если кто-то передумает, и отправился к аэрокару.
Однако, внезапный шум возле административного корпуса привлек его внимание.
— Мы должны перестроить бригады помощи, — говорил крупный и высокий пожилой человек с гладко выбритым черепом. — Одного врача и одного медбрата на спасательную группу мало. Иногда там четыре или пять человек нуждаются в срочном вмешательстве, и приходится выбирать, кому жить, кому умирать. Почти всегда нужно провести анамнез, взять анализ крови, а это ещё больше времени. А между тем на станции сидит в ожидании целая дюжина хирургов при бесполезной аппаратуре, которую используют не чаще раза в год.
— Слушайте, доктор Хакетт, — возражал молодой администратор, ростом сантиметров на тридцать ниже доктора. — У нас же штатное расписание… мы не можем выйти…
— К черту штатное расписание! — проревел доктор.
— Но мы не можем разместить в спасательных машинах больше людей!
Доктор остановился и взял администратора за пуговицу.
— Не надо больше, мой дорогой, — спокойно сказал он. — Два парня, что орудуют гидравлическим инструментом для вскрытия кабины, в бригаде лишние.
— Вот как? — теперь возмутился уже администратор. — Как же они лишние, если вы даже не доберетесь до своих раненых, пока не вскроете кабину.
— Их функцию могут выполнить пожарные, — пожал плечами доктор. — Никогда такого не бывало, чтобы приходилось одновременно тушить огонь и вскрывать кабину…
— Вы как-то очень легко судите о чужих задачах, — покачал головой администратор. — Может хирургам дать поработать челюстным резаком, раз они разбираются в челюстях…
— Вы ещё шутите? Я проработал несколько лет терапевтом у графа Белова. Я работал в городском госпитале Милады. И везде к моим словам прислушивались. Только вы предпочитаете играть в бюрократические игры.
— Так может вы от этого так часто меняете место работы? — усмехнулся администратор. — Не думаю, что вы найдете её в очередной раз, если уволитесь отсюда.
Доктор покраснел. В какой-то момент Ивору показалось, что сейчас он раздавит щуплого администратора. Но он молча развернулся и направился к скамейке под деревьями во дворике. Получилось весьма удачно. Дело в том, что Ивор вспомнил о другой не менее важной вакансии — корабельного хирурга.
— Доктор Хакетт? — произнёс он. — У меня к вам есть разговор.
Врачей на Барти было полно. Почти каждая аристократическая семья имела собственного фамильного доктора, который жил в деревеньке рядом с усадьбой, присматривая заодно за служащими, невольниками и арендаторами. Пожалуй из свободных профессий это была самая распространенная на планете после надзирателей и охранников. Вот только семейные врачи мало годились на роль корабельного хирурга. Они, конечно, занимались травмами, но не такими и не в таких количествах, которые возникают на поле боя.
Врачи городской больницы были заняты по горло, но и там они по сути являлись операторами автоматизированных клинических комплексов. Терапевты занимался ранней диагностикой с помощью умных машин, а затем вместе со специалистами, ликвидацией болезней на том этапе, когда они только зарождались. Работа кропотливая, занимающая время, но позволяющая спланировать операцию заранее. Если консилиум приходил к мнению, что не потянет лечение самостоятельно, пациента отправляли на Надаль, где генетическая терапия на голову превосходила местную. В этом смысле врачи походили на кабинетных аналитиков где-нибудь в штабе.
В то время как хирург-травматолог был бойцом передовой. Травму ведь невозможно предсказать заранее, а время, отделяющее жизнь от смерти, часто шло на секунды. Как и солдаты вместо тихой кабинетной работы, хирурги часто стояли по локоть в крови, среди вражеского огня и криков товарищей. И вот такие полевые хирурги, вроде тех, что служили на спасательной станции, являлись своеобразным элитным спецназом. Они были редкими птицами на Барти, да и на любой другой планете. Штучный товар.
С другой стороны, на корабле случались не только ранения и травмы. Важен был контроль за санитарным состоянием корабля, профилактика и диагностика, борьба с инфекционными вспышками, вакцинация команды и другие процедуры при высадке на экзотические планеты, карантин при возвращении с них, сопровождение хронических заболеваний, психологическая и психиатрическая помощь и многие другие вопросы. Большие флоты обслуживало госпитальное судно с полным набором специалистов и оборудования. Одиночному рейдеру требовался универсал. Оказать помощь в гиперпространстве или в необитаемых мирах было некому, эвакуировать некуда.
Поэтому хирург с опытом работы терапевтом да еще и конфликтующий с нынешним начальством, стал для Ивора настоящей находкой.
* * *
Ещё одним перспективным источником пополнения команды являлась пенитенциарная система. Ивор мог бы легко навербовать людей в пересыльной тюрьме, где сейчас скапливались в ожидании кораблей те, чей срок подошел к концу. В принципе государства-клиенты даже поощряли, когда зеки после отсидки устраивались в каком-то другом мире.
И если бы не восстание Марбаса, который освобождал именно уголовников, Ивор обязательно воспользовался бы таким вариантом. Среди уголовников всегда можно найти тех, кто желает изменить судьбу. Но в нынешних условиях рисковать не стоило, и он довольствовался тюрьмой городской, где отбывали небольшие сроки местные нарушители порядка. За серьезные преступления отправляли по обмену в одно из трех других королевств. Тюремщики это называли почему-то перекрестным опылением, хотя как раз «опыления» пенитенциарная система старалась избегать. А вот дебоширов, хулиганов, запойных пьяниц, мелких воришек и всякого рода неплатильщиков оставляли в городе. И многие из них могли решить, что служба хорошая альтернатива камере.
* * *
— Как успехи? — спросил Маскариль, вызвав его по системе закрытой дворцовой связи.
— Пилотов я не нашел, — ответил Ивор. — Зато получил корабельного хирурга. И несколько кандидатов в матросы из маргинальных слоев. — А что у вас, милорд?
— Я нашел пилота на шаттл. И ещё заполучил компетентного оператора на системы связи. Я сманил её из почтового отделения.
— Её?
— Да. Прекрасное юное создание по имени Паула. Я обещал при случае показать ей дворец и познакомить с принцем.
— Так вот как вы обделываете дела… — протянул Ивор.
— Ха-ха, да, капитан, у меня есть свои методы вербовки.
* * *
Новобранцев из тюрьмы предстояло забрать под роспись морской пехоте. А остальные встретились на аэродроме у шаттла.
— Доктор Хакетт, — представил Ивор спутника. — Это господин Маскариль, он…
— Королевский шут, — засмеялся тот. — Вот вам летун, капитан, его зовут Кендрик. Он служил в метеоцентре.
— Сядете в кресло второго пилота, мистер Кендрик, — сказал Ивор. — Посмотрим на что вы годитесь. А это надо полагать Паула?
— Так точно, сэр! — прогремел глубокий голос, от которого закипала кровь. — Паула Шелдон.
Это была крепкая девушка с выдающейся грудью и русой косой, словно сошедшая с рекламной картинки пивного фестиваля на Волчице. Из-за спины Маскариля выглядывал ещё один рекрут. Молодой парнишка. Хорошо одетый, но растерянный.
— А это шевалье Джереми Кречман, сын нашего картографа, — Маскариль подцепил парнишку за рукав и вытащил перед собой. — То есть главы отдела картографии департамента ресурсов. Он готов служить юнкером на «Нибелунге». Джереми, это капитан. Ивор Гарру.
— Какая у вас специальность, мистер Кречман?
К юнкерам и кадетам регламент позволял капитану обращаться, как к нижним чинам.
— Специальность? — не понял тот.
— Сэр, — поправил его Маскариль. — К капитану положено обращаться «сэр».