Тринадцатый V (СИ)

— Здравствуйте. Как вы заметили, у нас ещё нет мебели. Поэтому предлагаю вам расположиться на стульях на кухне и поговорить.
— Заметил, да. Ваш вариант вполне меня устроит, — кивнул Михаил.
Мы прошли на кухню, где у рабочих магов было отдельное место для приёма пищи. Обычный стол и четыре стула. Пока дорогущая мебель по заказу Светы не пришла, хвастаться здесь было нечем.
Я и Михаил присели. Рядом со мной плюхнулась Лесси и Маша. На этом стулья закончились, и Жене со Светой пришлось постоять, как и второму представителю из магоконтроля.
— Слушаю вас. Чем быстрее мы разберёмся, тем быстрее вы покинете дом моей уважаемой подруги, — сказал я и кивнул на Свету.
Заискивать мне с ним не было смысла. Наоборот, я хотел по эмоциям на его лице понять: в курсе ли он, что говорит с князем, или знает только про Свету.
— Да, конечно. Однако должен отметить, что выглядит странно, когда простолюдин говорит за аристократов.
Да, в обычных условиях первыми бы сели княжичи, и говорил бы Евгений, как старший в роду. Но у нас ситуация совсем нестандартная.
— Вы пришли ко мне, или я не правильно вас понял? — спросил я, смотря прямо в глаза мужчине.
Надо отдать ему должное, взгляда он не отвёл. Сильная воля. А это уже не столь хорошо для меня.
— Я пришёл ко всем вам, уважаемые. С плохими новостями, — ответил Михаил Мирославович.
— А мы от магоконтроля другого и не ждали, — хмыкнула Лесси.
— И то пришёл чисто из уважения к вашим друзьям из княжеской семьи.
Так, а вот это меня уже напрягает.
— Говорите уже, нечего резину тянуть.
— Всю вашу компанию обвиняют в незаконном содержании магических питомцев, похищении магического кота, связи с сектантами, ну и наконец в похищении. Вам знаком Авдеев Роман Викторович?
Я знал этого человека. Сам же запер его клятвами в подземелье и оставил своим слугой в наказание. Хороший пример для всех орденцев. Однако Михаилу я ответил иначе, никак не выдавая истинных эмоций:
— Сдаётся мне, вы уже не знаете, до чего бы докопаться. Магического кота мы нашли и вернули хозяевам, они это подтвердят. Ну, а если вы и с ними в сговоре, то это легко докажет наш юрист. Свидетелей полно. То же самое про связь с сектами. Вы даже не уточнили, с какими, потому что вам нечего предъявлять. По факту.
— Не совсем…
— Я ещё не закончил, — перебил я. — Какого-то левого человека вы к нам тоже не сможете приписать. Нет доказательств. А касательно питомцев, — я обернулся к сестре и попросил. — Свет, принеси, пожалуйста, документы на всех. Они в той же папке, что и бумаги на дом.
— Ага, хорошо, — кивнула сестра и помчалась к лестнице.
Михаил Мирославович конечно отметил, что это я отправил её за документами, а не наоборот. Ну и пусть.
Света вернулась минут через пять. И я протянул мужчине документы на питомцев. Даже на регата. Он внимательно изучил, не нашёл к чему придраться и хмыкнул.
Всё же хорошо, что мы живём в обществе, где нельзя просто прийти и зарубить того, кто тебе не нравится. Тем более, если он аристократ или находится под их покровительством. Тут придётся извернуться, что сейчас и пытался сделать сотрудник магоконтроля.
— Вы знаете, — я снова обратился к Михаилу Мирославовичу. — Мне проще дать вам номер своего юриста, чем самому что-то доказывать. Давайте так и поступим. И не скажу, что рад был познакомиться.
— Алексей Дмитриевич, я подозревал, что услышу нечто подобное.
Он достал из внутреннего кармана пальто конверт и протянул мне. Ордер на обыск. Это простолюдинов можно обыскивать по любому поводу, а для аристократов нужно разрешение от судьи по вопросам дворянства.
— А, ну раз так, то мы ещё немного вас потерпим. Обыскивайте себе сколько угодно, — махнул я рукой.
У ордена не было документов, а связанные с ним разрешения я хранил в училище. Сделал в своей комнате тайник под половицей и спрятал туда.
— Хорошо, нам потребуется время.
— Конечно. А чтобы вы случайно не нашли того, чего нет, Евгений Дмитриевич проследит за вами. С камерой, — я кивнул на брата.
 
— С камерой? — удивился он. — Может, лучше её к летучей мыши привяжем и пусть себе снимает.
— Можно и так, если ты сможешь проконтролировать, чтобы наши дорогие друзья не выходили из кадра, — ответил я.
— Тогда к двум летучим мышам. Чтоб наверняка, — брат вопросительно посмотрел на Лесси.
— Можно попробовать. Главное, чтобы они телефоны не потеряли, — кивнула красноволосая.
— Вот и потренируетесь, чтобы не потеряли, — прокомментировал я.
— Живые дроны получатся, — улыбнулась Маша. — Я должна на это посмотреть!
— Тогда приглашаю всех во двор. Вам же будет удобно начать оттуда, Михаил Мирославович?
— К сожалению, нет. Ведь всегда есть вероятность, что вы уничтожите улики в доме, пока я осматриваю двор.
— Что ж. Тогда всё равно выходите с нами. Подождёте, пока мы привяжем камеры к летучим мышам, а потом делайте что хотите, — сказал я голосом, не терпящим возражений.
А то знаю, как это работает. Стоит нам только отвернуться, он тут какую-нибудь псевдомагию найдёт, которую сам же и принёс с собой. Но его к сожалению, фиг обыщешь перед обыском. Поэтому только тотальный контроль и летучие мыши. Да и Зубастика следом отправлю с призраками, чтобы сразу маякнули — если вдруг Михаил Мирославович или его помощник найдут способ нас подставить.
Но они не нашли. Хоть мы сами и не ходили за ними, но мужчины-то понимали, что за ними тотальный контроль. А будь у меня видеодоказательства, юрист семьи бы легко с их помощью отправил встречные обвинения.
Провожать нежеланных гостей я не стал, только всучил им визитку с номером семейного юриста. Он предупреждён о моей личности, так что легко разберётся, не раскрывая моей личности. Хотя это должно случиться уже скоро. А мне так не хочется расставаться с фамилией Алмазова. Такой вот выбор: лёгкая жизнь или статус и власть. Но скоро и у первой моей личности закончится лёгкость.
И чем больше будет становиться орден, тем сложнее будет хранить тайны. Но и к этому я готов.
— Проследи за ним, — шепнул я Макару, когда наши гости отошли на десяток метров в сторону выхода с моей территории.
— Да, капитан! — воскликнул призрак и помчался следом.
Всё же призраки — идеальные шпионы, хоть и нематериальные.
— Фух, наконец-то убрались. А то они так нервировали Булочку, что в ней охотничий инстинкт проснулся, — призналась Маша.
Я посмотрел на лежащего на снегу гепарда. Ну, если в ней и есть инстинкт охотника — то только зачатки. Скорее инстинкт сна и лени.
— А как ты это узнала? — поинтересовался я.
— Я же чувствую её эмоции. Ещё никогда она столько агрессии не передавала.
— Растёт, — улыбнулся я.
— Ага. Надо будет дрессировщика попросить с этим разобраться. Не уверена, что если будет серьёзная ситуация, что смогу её сдержать.
— Верно мыслишь. Вообще, такими темпами наши питомцы уже через месяц должны с первого раза выполнять любые команды. Утрирую, но даже если отдашь приказ сброситься с крыши, у питомца не должно быть возражений.
— Ой! Ты чего? Я так никогда не сделаю!
— Я тоже. Это для понимания сути. К такому уровню связи мы и стремимся.
К нам подплыл Макар с крайне недовольной физиономией. Он скорчил такую рожу, что уголки рта опустились ниже подбородка. И если меня это лишь слегка забавляло, то Маша и вовсе рассеялась.
— Когда-нибудь я организую театр для призраков, и ты в нём будешь главным актёром! — сказала графиня.
— Правда? — сразу обрадовался Макар, а улыбка аж до ушей растянулась.
Вот так, всего за несколько секунд призрака отбросило из крайности в крайность.
— Да! Скоро орден расширится, и у тебя будет своя целевая аудитория, — ответила Маша и обратилась ко мне. — Лёш, ты же не против? Мне кажется, это не плохой стартап.