Адвокат вольного города 6 (СИ)

— А что барин, Вьюрковский, налоги дерёт? — спросил я фермера, который ошивался рядом и присматривал за работой своих подопечных, а особенно тем, чтобы они ничего не сломали при выгрузке и не упёрли.
— Да не, ему всё равно до нас, он и так богатый. А тебе-то чего?
— Да мой напарник, — я показал жестом на Тайлера, который в салоне отмахивался от мухи, даже не просыпаясь. — Домик нам подснял, будем машину ладить, какое-то время тут поживём. В городе-то жильё дорогое.
— Приезжие? Из беглых?
— Да не, просто за длинным рублём подались, так-то мы смирные.
— Смирные это хорошо. А Вьюрковскому до наших крестьянских дел интереса нет, я его в последний раз, почитай, года полтора назад видел.
— Не выходит в деревню?
— А что ему тут среди коров и гусей делать? У него за стеной чинно и благородно, я один раз видал, а тут лепёхи, да лужи.
— И то верно. А почему село называется Харьков?
— Известно почему. Тут в былые времена, когда Степь была шальной и опасной, стояла крепость, там был атаман Харько, или Хорько, а может Хорьков. В общем, писарь как-то так записал.
— А где крепость?
— А пёс его знает.
— Может это там, где у барина наёмные солдаты? А на кой они ему?
— Нет там крепости, так, три барака деревянных. А зачем? Ну… это его баринское дело. Степняков гоняет, как в старые добрые времена. Конники его на ключном поле обретаются, бывало проскочат, степняков ловят, а так-то тоже им до нас дела нет.
— Научите, Анатолий Сергеевич, а кто ж тогда в селе всем управляет?
— Городской, что ли?
— Саратовский я, из городских окраин. Заводской район.
— Ну, огород вам с напарником нужен, — он скептически посмотрел на него. — А заправлять тут никто не заправляет. В селе это так не работает. Есть ты, есть земля. Работаешь, хлеб есть. Баклуши бьешь, пустой суп хлебаешь. До тебя никому дела нет. А так… сопьётесь вы с напарником.
— А куда в селе можно пойти?
— На пруд рыбу половить. Тут только родственники постоянно друг другу в гости ходят, особенно по зиме. К вам тоже никто не придёт. Может только девки незамужние тобой заинтересуются, да городовой полицейский зайдёт, — его тон изменился, и он осадил кого-то из своих подопечных. — Ну куда! Куда ты мешок потащил⁉ Степа, я тебе снова всю морду разобью, тварь ты вороватая. Всё твоей мамке расскажу!
— Не говорите мамке! — испуганно заверещал один из работников, который под прикрытием грузовика, в образуемой им слепой зоне попытался стащить один из мешков.
— Да и вообще оно протравленное, едрёна вошь. Это ж датские семена свеклы, они ядом пропитаны, их только на вырост можно!
Разговор наш в процессе попытки наёмного работника завладеть имуществом своего нанимателя как-то скомкался, но кое-что я узнал. Попрощавшись с фермером, мы поехали обратно в город, где снова сработала странная синекурская магия. Тайлер проснулся бодрячком, как и не спал, выдул бутылку пива, а на повороте к мастерской попросил его высадить со словами, что до дома сам доберётся.
Глава 3 
Цыганский извоз 
Грузовик в мастерской Кастета у меня взяли. И даже пообещали, что утром в девять я могу его забрать, из-за чего у меня встал достаточно жёстким ребром вопрос, а как теперь до деревенского дома добраться?
Дом тот какого-то особенного названия не имел, номер в договоре не значился, ближайший дом объективно находился на улице Ржавая, отделён пустырём и грунтовкой, а мой, согласно указателям, расположен на улице с весёленьким названием Кладбищенская.
То есть теоретически, я арендовал (уплатив сразу за полгода, зато сущие копейки, вышло девяносто пять рублей аренды и двадцать рублей Цветлану) дом по адресу: село Харьков, Кладбищенская, 1.
Такое обозначение мне совершенно не нравилось, так что я буду для себя его именовать «дом с ёлкой», потому что у дома росла непонятная, потерявшая от времени часть веток, ель или сосна, в общем, что-то хвойное, но явно не кедр.
Можно, конечно, извозчика до Харькова нанять, хотя для деревенских такие замашки будут смотреться крайне подозрительно, когда ты арендуешь дом в деревне ради экономии, а потом раскатываешь на такси. Да и любая машина, экипаж или пешеход, это то, что сельские жители замечают и потом обсуждают, кто такой был, куда шёл, зачем и так далее. Мне к своей скромной персоне интерес вызывать не хочется. Тайлер ещё смотался, алкаш старый. Лучше бы я на такое задание с собой Чена взял или там, Джо, если он уже пришёл в себя после той истории с бандитами-«сольпугами». Другое дело, что Тайлер должен быть мне полезен, как детектив. Как-то же он расследует свои дела? У любого Шерлока Холмса от его методов печень бы отвалилась.
 
Взяв всё же извозчика, я прокатился с ним до своего домика в городе, зашёл туда, с тоской потрогал дверной блок, на котором остались царапины. Вот это «сольпуги» вскрывали замок. Тут грузчики потёрли коробками с плиткой.
Активировал Шило и попал в свою пещеру.
Из-за внезапной задачи Предка, которая, впрочем, укладывалась и в мои личные интересы, работу башкир пришлось спешно свернуть. Кое-где не дотёрты швы, не выкрашены двери, часть дорожки к хоббитской дверке не уложена.
Но! Дверка-то висит и даже имеет с своей структуре действующий встроенный замок, густо смазанный беловатой смазкой, мазки которой видны даже снаружи.
Построен туалет, построена кухонная зона, сделаны опоры под душ, повешена бочка.
Душ наполняется из ручья, не из озерца.
Для озерца я приобрёл восемь тонн песка в мешках, которые сам же и перетаскал. Пока что эти мешки стоят, как криво возведённое военное укрепление.
Стоят квадраты окон, собранные вместе в единую стену-группу.
В общем, я башкирам честно заплатил за полный объём работ, но доделать не дал, что называется, сам же. Их вины в этом нет, я даже был им благодарен, что сделали настолько много. Пора было двигать в деревню.
Сейчас решил переночевать тут, в пещере.
Собственно, по уровню комфорта моя пещера могла легко поспорить с уютной норой Бильбо Беггинса.
Для пещеры был единый план, дорожки, постройки, как если бы это был участок земли в элитном посёлке.
Чего там. Красиво!
Стоит домик, от него отходят дорожки, через ручей перекинуты два мостика, вымощена плиткой кухня и надо сказать, кухня без крыши — это нечто странное, сделана мойка, к ней подведена вода, стоит холодильник. Красота.
Зашёл в домик. Тут пока что всё просто — одно большое окно, два стула в упаковке, кровать, отопление уже повешено на стены. Штор нет и вообще уютом не пахнет. Но, ничего, спать можно — уже здорово!
День был трудным, так что разжёг очаг, погрел себе еды из холодильника, пока грел, вскрыл две дюжины мешков с песком.
Так я отсыпал «пляж», то есть участок около озера. Со дна надо убрать крупные камни и получается, что дно озера тоже песчаное, только из местного песка с металлическими крупицами.
Покушал, проверил как открывается и закрывается окно.
Оконная группа перекрыла ток воздуха за пределы пещеры и, чтобы была вентиляция, была сооружена вытяжка. Теперь пещера существенно согрелась, но чтобы посмотреть виды, надо подойти и открыть.
Лёг спать и почти сразу же забылся беспокойным сном, в котором мне мерещился мой пернатый предок, который летал внутри огромной пустоты и изредка повторял «вжух», а его жуткий ехидный смех гармонично смешивался с птичьим уханьем.
* * * 
Утром, на грузовике с «подтянутыми гайками», менее разболтанном и капризном чем обычно, я прибыл в продуктовый магазин Штейнмана.
Затрещал ручник, я подхватил пачку документов и поспешил к скучающей продавщице:
— Как забрать заказ для Вьюрковского?
Она указала мне большим пальцем чтобы я обошёл здание и когда я это проделал, то у заднего входа меня встретила она же, вздохнула, скептически осмотрев с головы до ног (сделала это, как очень опытная приёмщица мясных туш) и махнув рукой, позвала за собой.