Адвокат вольного города 6 (СИ)
Стена была собрана из слегка проржавевших от времени, но всё ещё прочных прямоугольных металлических листов, которые крепились к каркасу здания и начинались прямо от покрытого лишайником бетонного фундамента.
— Замок навесной, фигурный, на нём написано ХТЗ. Входная дверь освещена, это большой минус. Территория просматривается. Второй замок врезной, ключ не рассмотрел. Ключи хранятся в здании АБК.
— Где искомые ящики и как мы их узнаем?
— Вот маркировка, их надо заменить на примерно такие же…
— Нет, — перебил меня Дядя Ваня и вопросительно посмотрел на старшего.
— Винтовая сборка, — многозначительно ответил тот. — Шесть винтов на лист.
— Ты хочешь их открутить? — спросил Дядя Ваня. — Громко будет.
— Сейчас тормозухой прокапаю и уже к вечеру будут крутиться, как нечего делать.
— Вы хотите проделать это сегодня? — ужаснулся я.
— Нет, полгода выждем для верности, — совершенно по-волчьи весело оскалился средний.
— А если нас увидят?
— Сопрём какой-нибудь левый ящик, как прикрытие, — я не до конца понимал суть их разговора и это меня злило. Мы стояли в пустом проулке и, хотя нас никто не видел, мне всё происходящее казалось абсурдом.
— Лучше всего было бы днём, — неуверенно предложил младший брат.
— Ночь, время волка, — покачал головой средний.
— Замена? Ящики вскроем?… Аркадий, — Дядя Ваня обратился ко мне. — Ящики подъёмные?
— Должны быть, хотя и с трудом. Погрузка и выгрузка когда-то проведена без специального оборудования, но потребуются усилия всех четверых. Если сильно надо, я могу пойти с вами.
— Без сопливых гололёд, — отрицательно дернул головой старший из братьев. — Без обид, но мы так не работаем.
— Вы видели ящики? — что-то прикинул в уме Дядя Ваня.
— Да, — подтвердил я. — Все ящики промаркированы очень точно, маркировку я вам дам.
— Замки на ящиках есть?
— Есть, небольшие и дешёвые.
— Ящики из досок?
— Да, пропитаны креозотом.
— Сшиты металлическими полосами?
— Вроде бы нет.
— Тогда замки можно игнорировать, вскрыть по боковой плоскости, потом забить обратно.
— Следы останутся, — хмуро сказал старший.
— Замажем пылью, как и потёки от тормозухи. Шесть ящиков, все подъёмные. Думаю, по времени что-то около от восьми и до пятнадцати минут. Должны успеть. Аркадий, хотите помочь? Дайте нам хлам, который мы положим в ящики вместо Вашего груза.
— Нет, погодите. Вы говорите так сумбурно. Кажется, понимаете друг друга даже не с полуслова, а с четверти. Объясните толком.
Дядя Ваня невозмутимо махнул рукой Братьям и те пошли обратно, но, кажется, с возвратом, старший явно собрался смазать винты, которыми крепились стенки склада.
— Мы приезжаем в четыре, примерно, часа ночи. Утра. Сон хороший, но ещё не стало светать. Становимся тут, осматриваемся. Если что-то не так, разворачиваемся и уезжаем. Если всё тихо, а мы определённо услышим, если будут посторонние, то старший крутит гайки, мы снимаем или загибаем лист, получаем проход на склад. Ваши замки и запоры, это всё там не нужно, Вы слишком стереотипно мыслите. Света по минимуму. Знаете, где ящики?
— Да, покажу.
— Нарисуете схему. Вы ждёте нас на месте выгрузки. Если что, мы станем убегать, нам не нужны лишние глаза и ноги, сами справимся. Заходим, вскрываем ящики, меняем груз. Это будет тяжело, но мы справимся. Груз грузим в кузов, он будет устелен мягкой тканью, чтобы ничего не гремело. Погрузились, младшие закрывают ящики, замазывают следы и отметины. Если сразу не заметят, то через неделю уже ничего не будет понятно. Выходят, мы со старшим привинчиваем лист обратно, у нас как раз руки отдохнут. Прыгаем за руль и едем. Уязвимость, то есть период, когда полиция, охрана или казаки могут появиться и что-то противопоставить, примерно пятнадцать минут, от начала и до конца. А потом мы неторопливо и открыто едем по улицам к Вашей точке выгрузки.
— Это будет медный завод.
— Да хоть серебряный. Привозим, выгружаем, тут можете и помочь. И всё, работа закончена.
— Вы так складно всё рассказываете, в жизни так ровно не бывает.
— Это рамочный план, заведомо допускающий вероятности. И успешные действия всегда начинаются с пошагового планирования. Как быстро Вы добудете нам увесистое, но подъёмное барахло для подмены в ящиках?
…
Подъехал грузовик и перекрыл вид на стену.
Старший выпрыгнул и остановился, средний осмотрелся (мне показалось, что даже будто бы принюхался верхним чутьём) как зверь, который ищет капканы и кивнул. Старший достал небольшую грязную бутыль и стал обрабатывать нужные винты нижней прямоугольной металлической пластины.
Я взял мобилет и набрал Кастету.
— Константин Иванович, скажи, а у тебя там вроде здание есть, слева по территории, пустующее.
— Да, наладочный цех. Он не работает, там всякое барахло лежит.
— А что за барахло?
— Цепи от ленточных погрузчиков, старые, но может на что сгодятся, пустые короба, поддоны, бракованные уголки.
— Станки есть?
— Есть некоторые, но без станин. Они убиты в хлам, ещё при Хокшилде, их надо будет сдать в металлолом.
— Я задействую это здание для личных целей, ты не против? И мне нужен доступ туда даже ночью.
— Херня вопрос, поговорю с безопасником и охранником на вахте.
— Предупреди, что я начну уже сегодня.
— Фига, ты резкий! Ладно, сделаю. Похлопочу про ключи.
…
— Поехали, посмотрите на место выгрузки и загрузитесь хламом на обмен. Если ваш план всё ещё в силе и если он действительно будет вами реализовываться. Так-то вы придумали его за пару минут, просто перебрасываясь странными фразами.
— План как план. Мы при малейшей опасности повернём обратно.
Глава 11
Экспертиза
— Встать, суд идёт! — судья Родионов, входя в зал, посмотрел на меня с некоторой тоской, в которой явственно читалось, что он видит меня слишком часто.
Я и мой оппонент, одетый с иголочки немолодой Илья Адамович, встали.
— Слушается дело по иску фирмы компании «Цукерман и сыновья» к компании «Грюнк» о взыскании на сумму один миллион триста восемьдесят девять тысяч двести один рубль восемьдесят копеек. Дело рассматривает судья Родионовым при секретаре Коваль, есть отводы?
— Доверяем, отводов нет, — почти синхронно ответили мы.
Мне пришлось приложить поистине титанические усилия, чтобы не зевнуть всей пастью. Не то, чтобы мне было скучно в деле с номиналом требований более миллиона, что сопоставимо с бюджетом республики и богатством любого из самых зажиточных семейств региона, но половину ночи я абсолютно не спал, торча в ожидании на медном заводе.
Охраннику я навязчиво от широты души выставил бутылку хлебной водки, соврав, что у меня сегодня день рождения, просил держать ворота не запертыми, чтобы, когда приедет срочная поставка оборудования на грузовике с голубой кабиной, сразу пускать, пропуск не спрашивать (да и не было никакого пропуска).
Потом ждал, ждал, ждал.
Они приехали чуть усталые и со следами высохшего пота. Странное семейство не куражилось, не говоря лишнего слова, они подъехали к наладочному цеху, сами распахнули ворота, сами закрыли их за грузовиком и весьма шустро разгрузили. Хотя до этого и говорили, что им нужна будет помощь в разгрузке, а я уже привлёк к этому делу Тайлера, больше никого не успел придумать.
Я оплатил главе семейства заранее запасённым конвертом с восьмью сотенными купюрами, целое состояние, но особенности поставленной задачи совершенно точно того стоили. Николай Викторович/Иван Иванов говорил, что можно найти подрядчика на кражу за сто двадцать рублей, но у меня не было цели сэкономить, скорее наоборот.
…
— Есть ходатайства до начала судебного заседания? — голос судьи вырвал меня из пучины сонных воспоминаний.
— Да! — встал Илья Адамович. — Заявление о фальсификации, ходатайство о назначении экспертизы.