Колыбельная виски (ЛП)

Сзади раздается смех, и я оборачиваюсь. Джули стоит в дверях нашей спальни с улыбкой на лице.
— Неужели дом мечты Барби одерживает верх над моим большим плохим мужчиной? — говорит она, начиная идти ко мне.
Я оглядываюсь на проклятую игрушку, и качаю головой.
— Мне все равно, что написано в инструкции. Эта дверь не подходит.
— Мои пальцы меньше твоих. Может, у меня получится, — Джули тянется вниз, и берет маленькую розовую дверь из моей руки, затем она встает на колени и начинает работать над кукольным домиком.
Она выглядит такой красивой сегодня. Ее темные волосы собраны в какой-то причудливый пучок на макушке, а шея обнажена. На ней все еще платье, которое она надела на вечеринку в канун Рождества. Оно темно-красного цвета и заканчивается чуть выше колен, плотно облегает ее попку и свободно спереди, но я все еще могу видеть ее маленький животик. Горловина с вырезом, который опускается достаточно низко, чтобы была видна верхняя часть ее груди.
Провел ли я большую часть ночи, глядя на ее сиськи? Да, черт возьми!
Они всегда были красивыми, но, проклятье, с тех пор как она забеременела, они, кажется, растут с каждым днем. Клянусь, мой член был твердым с той минуты, как я увидел ее в этом чертовом платье.
Она наклонилась, пытаясь понять, почему дверь не встает на место, ее задница высоко поднята в воздух, и слегка покачивается. Я знаю, что нам нужно закончить все приготовления к рождественскому утру, но я должен получить ее сейчас.
Как я могу отказаться, когда ее задница высоко поднята и умоляет меня взять ее?
Я тихо подхожу к двери, щелкаю замком и двигаюсь за моей девочкой. Не говоря ни слова, я хватаю ее за низ юбки и тяну вверх, обнажая ее красивую попку в форме сердца, прикрытую только шелковыми трусиками.
Она начинает подниматься, но я кладу руку ей между плеч и легонько толкаю ее вниз. Она смотрит через плечо, в ее глазах вопрос. Начинает говорить, что у нее на уме, но я качаю головой. Провожу пальцами по ее трусикам, мне нравится, что она уже мокрая. Моя милая Джули всегда готова ко мне. Я продолжаю ласкать ее через трусики, пока расстегиваю свои штаны. Оттянув промокшие трусики в сторону, я беру свой член и провожу им вверх-вниз по ее киске, покрывая ее влагой, прежде чем медленно погрузиться в нее.
— Бл*дь, детка, как ты все время становишься туже?
Она не отвечает словами, но подталкивает меня своей задницей назад, принимая меня еще глубже внутрь. Я вхожу в нее в медленном, устойчивом темпе глубоких толчков. Ее киска сжимается вокруг меня, сигнализируя, что ее разрядка близка. Потянувшись к ее бедру, я обхватываю ее клитор пальцами и вгоняю в нее свой член. Ее спина выгибается, когда оргазм прорывается через нее, и я врезаюсь в нее, пока мой позвоночник покалывает, а мои яйца напрягаются, заливая ее киску своей разрядкой.
Я накрываю ее тело своим, нежно целую ее шею. Неохотно отстраняюсь от ее великолепного тела и помогаю ей встать. Я еще раз целую ее губы, затем снимаю с нее платье и лифчик. Она лениво заползает в кровать, пока я раздеваюсь, затем я забираюсь вслед за ней, притягивая ее в свои объятия, чтобы устроиться на ночь.
— Ты чертовски совершенна, детка. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, но ты все еще должен закончить тот кукольный домик, — дразнит она.
Черт.
Джули
Услышав движение в коридоре, я выныриваю из сна. Знаю, что это, должно быть, Бетани, потому что, если бы Дженни не спала, она бы набросилась на нашу кровать, с нетерпением ожидая, не пришел ли Санта. Я собираюсь встать с кровати, но Джейс останавливает меня, сонно притягивая к себе.
— Куда ты убегаешь, детка? — ворчит он, прижимая свой твердый член к моей заднице и обхватывая мои бедра.
— М-м-м, с Рождеством, — простонала я. Он так хорошо чувствуется. Я не уверена, дело в нем или в моих гормонах беременности, но я ненасытна, когда дело касается его. Прижимаюсь к нему, давая ему понять, что хочу его.
Его пальцы ловко проскальзывают между моих ног, нащупывая меня мокрой и готовой для него.
 
— Это будет действительно очень веселое Рождество, — говорит он, слегка приподнимая мою ногу и входя в меня сзади. Он медленно проникает в меня, шепча, как сильно он меня любит, между покусыванием и посасыванием моих шеи и уха.
Пальцы скользят вниз по животу и, проникая во влажный жар, обводят клитор. Мой оргазм быстро нарастает, и мне требуется каждая крупица самоконтроля, чтобы оставаться спокойной. Как раз перед тем, как я опрокидываюсь в беспамятство, Джейс замирает и шепотом кричит:
— Бл*дь.
Смех вырывается наружу, и я не могу сдержаться, потому что слышу, как дверь Дженни распахивается, и она бежит по коридору с криком:
— Уже Рождество! Вставайте! Вставайте!
Она добегает до гостиной, и я слышу ее восторженные визги, когда она рассматривает подарки, которые оставил ей Санта.
Джейс снова начинает неглубокие толчки.
— Я могу двигаться быстро, чтобы мы могли кончить, — соблазняет он.
Я бы хотела сказать, что я не искушена, но это так. Но даже в этом случае у нас нет ни единого шанса на то, что у нас есть время до того, как ворвется Дженни и потребует, чтобы мы отправились смотреть подарки. Я стону:
— Если мы не встанем сейчас, она придет за нами, — я встаю с кровати и подмигиваю через плечо. — Я разберусь с тобой позже, секси.
Джейс такой милый, когда расстроен. Он бормочет себе под нос о синих яйцах и блокирующих член Сантах, а я не могу перестать хихикать над его ситуацией. Он слезает с кровати, хватая с пола свои брюки. Он как раз застегивает их на своем все еще твердом члене, когда я подхожу и нежно целую его, а затем провожу рукой по его выпуклости.
— Не дуйся. Это же Рождество.
Он рычит, буквально рычит, прежде чем игриво шлепнуть меня по заднице. Я быстро выбегаю из комнаты, хихикая, направляюсь в гостиную, Джейс быстро идет за мной по пятам.
Под елкой еще больше подарков, чем было, когда я ложилась спать. Я смотрю на Джейса, и он улыбается мне. Качаю головой и говорю:
— Что ты сделал?
Он продолжает улыбаться, наблюдая, как Дженни переходит от подарка к подарку. Она переминается с ноги на ногу, такая взволнованная.
— Можно я открою их сейчас? — спрашивает она с криком.
— Успокойся, детка. Сначала мы позавтракаем, а потом ты сможешь порыться в подарках. Хорошо? — говорю я ей.
— Разве я не могу открыть один прямо сейчас? Пожалуйста, — хнычет она.
Я смотрю на Бетани и Джейса, и они оба кивают, взволнованные не меньше, чем она.
— Хорошо, ты можешь открыть один подарок, а потом мы позавтракаем.
Она начинает с самого большого подарка. Когда она видит, что это дом мечты Барби, она начинает визжать.
— Смотри, что Санта принес мне.
Она не ждет, пока мы ответим, просто хватает другой подарок. Вот тебе и первый завтрак. Не успеваю я оглянуться, как мы все открываем подарки. Когда открываю подарок Джейса, я начинаю плакать.
— Вау.
Это серебряный браслет с шармом в виде двух переплетенных сердец на одном из звеньев. Я присматриваюсь, и на нем выгравированы слова «Навеки в моем сердце». В шарм вкраплены маленькие бриллианты. Это точно такой же браслет, на который я обратила внимание, когда мы покупали рождественские подарки для Дженни. Должно быть, я смотрела на него достаточно долго, чтобы он обратил внимание, потому что я никогда об этом не говорила.
Я смотрю на него, чтобы сказать «спасибо», но останавливаюсь, когда вижу, что он держит в руках. У него на коленях лежит фотоальбом, который я ему сделала. Я работала над ним несколько часов, перебирая все фотографии, которые у меня были. Он заполнен фотографиями из жизни Дженни. Я постаралась добавить все важные моменты ее жизни: каждый день рождения, праздник, первый день в школе… Я даже добавила фотографии ее УЗИ и меня, когда я была беременна. Я как раз собираюсь спросить, нравится ли ему это, когда он посмотрел на меня блестящими от слез глазами.