Ее высочество, моя жена
Внутри него все сжалось.
– Что ж, этого действительно достаточно, чтобы испортить кому угодно настроение.
Он перегнулся через край корзины. Один конец страховочного каната был все еще привязан к корзине. А второй, как он смог рассмотреть, танцевал на ветру под ними.
– Проклятье, – с недоверием выдохнул он. – Я видел, как веревка разматывалась, и не заметил ничего дурного. Не могу поверить, что пропустил это.
– Очевидно, мы были слишком заняты моим признанием, чтобы заметить.
Мэтью выпрямился и внимательно посмотрел на принцессу.
– Я лично проверял, чтобы быть уверенным, что веревка крепко привязана к земле, не более получаса назад. Учитывая это и состояние твоей комнаты, я заключаю, что есть еще что-то, что ты должна мне рассказать.
– Да, конечно, но ты разве не собираешь что-то предпринять?
– В данный момент, я мало что смогу сделать. Мы, похоже, попали в поток воздуха, который несет нас в северо-западном направлении с довольно большой скоростью.
Она с тревогой огляделась по сторонам.
– Разве мы не должны, ну, приземлиться?
– Ты бы хотела, чтобы мы приземлились на деревья? – он покачал головой. – Нам придется подождать пастбища или какого-нибудь другого открытого пространства.
– Ты уверен, что мы можем ждать? Разве шар не начнет спускаться, когда воздух станет холодным?
– Конечно. Однако… -Мэтт самодовольно улыбнулся, -…это именно то, над чем я работаю, поэтому для волнения нет никаких причин.
Татьяна посмотрела на хитроумное изобретение в центре корзины с очевидным скептицизмом.
– Я думала, ты сказал, что оно все еще нуждается в доработке.
– Да, в доработке, но незначительной, – он с гордостью изучил связку дутых бутылей, канатов и опор. – Эти сосуды заполнены смесью масла и спирта. Горения некоторых из них будет достаточно, чтобы поднять шар и не столкнуться с деревьями.
Он кивнул в сторону одного из кожаных мешков, свешивающихся с корзины.
– В том мешке, ты сможешь найти серные спички.
Татьяна засунула руку в ближайший мешок и покачала головой.
– Он пуст.
– Странно. Но, это не имеет значения, -Мэтью присел на корточки и стал пристально рассматривать нижнюю часть горелки, которая ради защиты, в ситуациях, подобных этой, была установлена в жесткую коробку. – Я бы предпочел спички, но это тоже подойдет.
– Хорошо, – принцесса опустилась на колени, вцепившись обеими руками в поручни, закрыла глаза и опустила голову на руки. – Дай мне знать, что происходит.
Он бросил на нее быстрый сочувствующий взгляд. Бедняжка. Сам он никогда не испытывал подобных проблем, но вполне мог понять ее страдания. Лучше всего, как можно скорее доставить ее на землю, но шар уже стал лететь медленнее, и без дополнительного подъема они вполне могут рухнуть на деревья.
– Это совершенно выбивает из колеи, – сказала Татьяна, словно разговаривая скорее с самой собой, чем с ним. – Тем более, что такого не произошло, когда я в последний раз была на твоем воздушном шаре.
Из другого мешка он достал несколько толстых фитилей, сделанных специально для его бутылей. В обычных обстоятельствах, фитили были бы уже вставлены в сосуды, но сегодня Мэтт не планировал ничего кроме быстрого подъема, короткого, простого и личного. Он даже не планировал надувать сегодня воздушный шар, учитывая, как низко были облака. Тем не менее, в данный момент, Мэтью был необычайно рад, что наполнил бутыли.
– Хотя мы не летали так свободно, как сегодня, а? Не помню, чтобы поднимался дальше, чем до конца веревки. Это совершенно иное ощущение.
Пятнадцать бутылей были установлены в круг, напоминающий собою гроздь. Диаметр каждого сосуда был несколько больше, чем у бутылки вина. Вставив фитили, Мэтью планировал поджечь только пять из них, которые оставляли внутренний круг. В отдалении Мэтт заметил открытое пространство, поэтому не было необходимости в дополнительном тепле, чтобы обеспечить подъем на необходимую высоту и достичь того места.
– И ветра в Париже всегда казались такими спокойными, – простонала Татьяна.
Мэтт с силой потянул за бутыль, вытаскивая ее из держателя, и чуть было не выпустил ее из рук. Дурное предчувствие охватило его. Емкость была намного легче, чем должна была. Он вытащил пробку, перегнулся за борт и осторожно перевернул бутыль. Из нее вытекло не более капли. Мэтт быстро проверил остальные сосуды. Все до единого были пусты.
– Становится все лучше и лучше, – проговорил он, скорее для себя, чем для принцессы.
– Мэтью?
– Минуту.
Ему было необходимо подумать – спокойно и разумно. И, как он ожидал, Татьяне тоже лучше сохранять спокойствие и благоразумие, потому что кто знает, как мучения, доставляемые ей ее желудком, отразятся на ее способности быть спокойной и благоразумной? Сейчас не время для эмоциональных вспышек.
Их положение еще не трудное, но уже и не особенно хорошее. Они летят на большой высоте, с большой скоростью, и Мэтт даже не представляет, где они находятся. Они могли находиться за сотни миль от Эффингтон-холла или буквально чуть ниже по дороге. Шар снижался, но медленно, что было в их пользу. С другой стороны, скоро сядет солнце, что представляет для них наибольшую проблему.
– Мэтью? – голос Татьяны стал чуть сильнее.
Если он не опустит шар вниз до заката, недостаток света сделает приземление опасным.
– Какие-нибудь твои авалонские традиции способствуют привлечению удачи?
– Ни одна не приходит на ум, – она вскочила на ноги, одной рукой схватившись за поручень, а другой за живот.
– Сейчас самое подходящее время, чтобы выдумать.
– Почему нам нужна удача?
– У нас нет топлива, чтобы подогревать воздух в шаре, и мы спускаемся. При этом мы все еще движемся достаточно быстро. Если нам невероятно повезет…, – он расстроено выдохнул, -…мы довольно быстро пролетим находящиеся сейчас под нами деревья и приземлимся на расположенном дальше открытом пространстве.
Она посмотрела на него так, словно он сошел с ума.
– Нет топлива? Почему нет? Разве это не… ну, глупо?
– Было бы, если бы я планировал путешествовать через всю страну, – резко ответил Мэтью. – Но все, что я планировал, это просто подняться вверх и спуститься вниз, не отлетая дальше, чем позволяла длина веревки. Все это, моя дражайшая принцесса, было сделано к вашим услугам.
– К моим услугам? – глаза Татьяны от негодования расширились. – Это твой воздушный шар. Я не имею к нему никакого отношения.
– Тот факт, что мои бутыли оказались пустыми, когда я лично заполнял их, подразумевает, что страховочный трос не был закреплен, хотя я его также лично проверял, – и все это не случайность. А в сочетании с разрушениями в твоей комнате и пропажей письма, говорит о том, что кто-то еще ищет твои проклятые драгоценности. Если бы ты посчитала нужным рассказать мне правду раньше, я бы предпринял соответствующие меры предосторожности. – Его голос поднялся. – А на данный момент у нас даже нет мешков с песком для балласта.
– Я не виновата в том, что ты оказался неподготовленным!
Мэтт стиснул зубы.
– Я не подготовлен не к тому, что планировал, а к обстоятельствам, в которых мы с тобой теперь оказались.
– Возможно, они смогут написать это на наших надгробиях! – ее голос стал резким, граничащим с гневом и, весьма вероятно, со страхом. – Если смогут найти наши тела!
– Они найдут наши тела – в вертикальном положении и ходячими, – ответил Мэтью с твердой уверенностью, которой он совсем не чувствовал. – Все, что нам нужно – это немного удачи. У тебя случайно нет припрятанной бутылочки с бренди?
Она наградила его полным отвращения взглядом.
– Дай мне подумать, – он пробежал рукой по своим волосам и озвучил вслух свои мысли: – Если мы продолжим лететь в том же направлении, в каком летим сейчас, и, учитывая медленный темп спуска в настоящий момент, то разобьемся среди вон тех деревьев. На расстоянии примерно ярдов сто или чуть больше от той поляны. – Он указал на далекую линию деревьев. – Если бы мы смогли подняться чуток повыше, это позволило бы нам добраться до поляны, где я бы смог выпустить воздух и опустить нас на землю.