Ее высочество, моя жена

– Ваша светлость, – поклонился он, краем глаза заметив, что Татьяна разглядывает женщину. Он как можно незаметнее подтолкнул принцессу локтем. Она испуганно посмотрела на мужа, затем поняла и неловко присела в глубоком реверансе.
– Ваша светлость, – эхом откликнулась Татьяна.
Мэтт подавил усмешку. Его принцесса не привыкла отдавать почести никому, но в данный момент она была не принцессой, а его женой.
– Я так рада снова увидеть вас. – Вдова протянула руку. – Прошло столько времени, Мэтью.
Он незамедлительно приблизился к ней, взял протянутую руку и поднес к губам.
– Боюсь, мэм, я в затруднении. Не припомню, чтобы мы встречались прежде.
– Конечно же, вы не помните. Вы были ребенком. Ваша бабушка привозила вас с братьями сюда столько лет назад, что я даже с уверенностью не скажу, когда это было, но я точно помню, как весело вы проводили время с моими внуками. – Пожилая леди покачала головой и вздохнула. – Как странно… чем старше становишься, тем легче вспомнить, что было двадцать лет назад, а не вчера.
Вдова повернулась к Татьяне.
– А вы, должно быть, леди Мэтью.
– Ваша светлость, – откликнулась Татьяна и сделала еще один реверанс.
– Оставьте, дорогая моя, мы здесь не придерживаемся церемоний, особенно если речь идет о членах семьи. И вне зависимости от того, понимает это Мэтью или нет, но я считаю его членом семьи, которая включает в себя и близких друзей. Его бабушка – одна из моих самых старых и близких подруг, и я всегда была привязана к ней, как к сестре. – Герцогиня снова взглянула на Мэтта. – Мы часто переписываемся. Вам это известно?
– Нет, я не знал. – Казалось, галстук вокруг шеи стал еще туже.
– Тем не менее. Достаточно часто, чтобы я знала, что вы, – она пронзила Мэтта суровым взглядом, – своей бабушке не пишете. По правде говоря, даже с моей плохой памятью, уверена, что она писала мне, будто не получала от вас вестей много лет. Я права, Мэтью?
– Возможно. – Галстук определенно стал туже.
– К тому же, она никогда не упоминала, что вы женаты. – Вдовствующая герцогиня пристально смотрела на него. – Бьюсь об заклад, она и не знает об этом. Принимаете пари, Мэтью?
– Вероятно, нет. – Мэтт подавил желание ослабить галстук и задумался, позволит ли леди этому предмету одежды удушить его у нее на глазах.
– Ваша светлость, в последние годы лорд Мэтью был очень занят, – вмешалась Татьяна. – Он провел много времени в море, а сейчас все его время отнимает работа с аэростатами…
– Ах, да, воздушные шары, – леди понимающе кивнула.
Татьяна метнула на Мэтта быстрый взгляд.
– Вы же понимаете, как быстро летит время.
Мэтт послал принцессе благодарный взгляд.
– У него действительно самые лучшие намерения, – продолжала Татьяна. – Но вы же знаете, каковы становятся мужчины, когда дело доходит до вещей вроде переписки.
– Именно поэтому, моя дорогая, – твердо ответила герцогиня, – у них есть жены.
Татьяна слабо улыбнулась, и Мэтт задумался, не ощущает ли она тоже невидимой петли, сдавившей шею.
– Безрассудству и неуважению нет оправдания. Однако, полагаю, что когда речь идет об отчуждении в семье, такие вещи нужно понимать и прощать. – Ее светлость пристально смотрела на Мэтта. – Я понятно выражаюсь, Мэтью?
– Да, мэм, – быстро ответил он, хотя не был полностью уверен, с чем именно он только что согласился, или чего ожидала от него герцогиня.
– Превосходно, – кивнула леди Роксборо. – Полагаю, судя по тому, что я увидела, войдя сюда, вы только поженились?
– Вы правы, совсем недавно, – ответил Мэтт.
– Совсем, – подтвердила Татьяна.
– Буквально неделю назад, – сказал Мэтт.
– Чуть больше года, – одновременно с ним сказала Татьяна.
Мэтт подавил стон. Как можно убедительно обмануть кого-то, если они не могут даже договориться о сроке брака?
– Понимаю, – протянула герцогиня.
– Нет, ваша светлость, уверена, что не понимаете. – Татьяна шагнула вперед.
– Любовь моя, – предостерегающе промолвил Мэтт. – Татьяна.
Она не обратила на него внимания.
– Вскоре после того, как мы обвенчались чуть больше года назад, дела семьи вынудили меня возвратиться в Авалонию. К сожалению, муж не мог сопровождать меня. Я лишь недавно вернулась в Англию и к Мэтью.
 
– И вы вернулись, чтобы написать о моей старой подруге – принцессе Софии.
– Совершенно верно. – Татьяна победно улыбнулась Мэтту. – Но что гораздо важнее, я вернулась к своему мужу.
– Именно. – Некоторое время герцогиня внимательно смотрела на Татьяну, затем удовлетворенно кивнула. – Нам многое следует обсудить. И вашу принцессу, и мужа.
– Жду с нетерпением, – ослепительно улыбнулась Татьяна и получила улыбку в ответ.
Мэтт сразу почувствовал себя странно, словно его исключили из какого-то важного дела. Беспокойство прочно обосновалось где-то в области желудка.
– Превосходно. Прошу меня извинить, – ее светлость повернулась и вышла в фойе, делая знак лакею.
Мэтт подошел к Татьяне и наклонился, прошептав ей на ухо:
– Так не пойдет.
– Чепуха, – тихо ответила она. – Все идет прекрасно.
– Мне не нравится, что приходится ей врать.
– Мы не врем. Просто не говорим всей правды.
– Такое чувство, что врем.
– Неправда. Мы не сказали ни одного слова лжи. – Она вздохнула. – Кроме того, Мэтью, суть хорошего обмана в том, что он строится на правде. Тебе бы лучше запомнить это.
– Меня не волнует, сколько правды лежит в основе этой истории. Я отказываюсь лгать герцогине.
– Тогда я буду делать это одна, – быстро ответила Татьяна. – Это облегчит твою совесть?
– Нет, – раздраженно бросил Мэтт. – Нравится мне это или нет, но я часть этого обмана. Я заключу с тобой сделку. Ты расскажешь мне правду прямо сейчас, и тогда я решу, продолжать или нет играть тут в шарады.
– Правду?
– Да.
– Какую именно? – протянула она.
– Что значит «какую»? Сколько ее всего? – прищурился Мэтью. – Или правильно говорить, сколько всего лжи?
– Одна или две. – Татьяна закусила губу. – Или чуть больше.
– Я хочу знать все, Татьяна. Почему ты здесь. Что тебе нужно. Все.
– А что если тебе не понравится то, что ты услышишь?
Мэтт стиснул зубы.
– Тогда я не буду разочарован, я ведь ничего хорошего и не жду.
Она дерзко взглянула ему в глаза.
– А если я во всем не признаюсь?
– Я расскажу герцогине, кто ты. Вне зависимости от твоей истинной цели, полагаю, это сведет на нет все твои усилия.
– Что ж, ты не оставил мне выбора. Конечно, не время для этого, но я хочу объясниться сейчас, пока мы одни. – Она безразлично пожала плечами. – В любом случае, я собиралась скоро тебе все рассказать.
Он выпрямился и вперил в нее взгляд.
– Ты, без сомнения самая…
– Мэтью, не будете ли вы столь любезны проводить меня на ужин. – В комнату снова вошла вдовствующая герцогиня.
– Почту за честь. – Он поспешил к ней, вознося молитву, что они с Татьяной говорили достаточно тихо, чтобы их не услышали.
– Сегодня нас будет только трое. – Ее светлость взяла Мэтта под руку и улыбнулась ему. – Жду не дождусь, когда мы сможем поговорить. Должно быть, безумно интересно.
Но не так интересно, как последующая часть вечера. Мэтт выдавил беззаботную улыбку и впервые за вечер солгал:
– Надеюсь, мэм.
Если за весь вечер у всех троих и была тема для разговора, не требующая лжи, то она касалась важности семейных ценностей.
Вдовствующая герцогиня пространно говорила о различных представителях многочисленной и, по всей видимости, постоянно растущей семье Эффингтонов. Татьяна была благодарна за то, что ни одного из членов семьи в данный момент не было в поместье. Она бы никогда не вспомнила бесконечное число имен и титулов.
Старушка коснулась и семьи Мэтта, очевидно, считая своим долгом поведать ему о братьях. Татьяна поняла, что имя Мэтта в записке, которую она послала, и стало причиной того, что герцогиня ответила столь быстро и охотно. Теперь беседа открыла ей прошлое любимого человека.