Ее высочество, моя жена

У него не было желания возобновлять то, что у них когда-то было. Если не брать во внимание его намерение защитить свою семью, главной причиной, по которой он принял её предложение, стало стремление покончить с мечтами о ней. Татьяна засела у него в печенках. Мэтт хотел вернуть обратно ту часть своего сердца, которую он когда-то подарил ей. Теперь Татьяна интересовала его не больше, чем любая другая женщина, которую он хотел уложить в свою постель.
Однако, было бы странным не отметить, как быстро она согласилась с его последним условием. И эта мысль застряла в его голове. Мэтт прекрасно знал, что если не считать её первого мужа, у Татьяны не было других мужчин до него. Но, возможно, они были у неё после их разлуки? Испытывала ли она ту же страсть с другими мужчинами? И сколько было этих мужчин? Пятнадцать месяцев, три недели и четыре дня, нет, уже шесть дней – это очень долгий срок.
Конечно, у него были другие женщины с их последней встречи. Но он не помнил их имен и, зачастую, даже лиц. Мэтт старался лишь заполнить ими ту пустоту, что Татьяна оставила в нем. Чувствовала ли она ту же пустоту?
Вряд ли. Он сжал челюсти при этой мысли. Это ведь она покинула его. Она решила, что их союз не может больше продолжаться. По сути, у него не было выбора. Так же как и не было выбора в её возвращении.
Его внимание привлек звук приближающегося экипажа. Мэтью зашагал к двери и вышел на улицу. Но, безусловно, теперь-то у него был выбор!
Двухколёсный экипаж, на вид совершенно новый, остановился на дороге напротив домика. Сзади повозки была привязана еще одна лошадь. Поводья держал джентльмен, а вернее офицер, который помогал Татьяне запрыгнуть в седло во время её последнего визита. Сейчас Татьяна сидела на скамье рядом с ним, находясь слишком близко от мужчины. Брови Мэтью взлетели в изумлении. Безусловно, это было неподобающе как для принцессы, так и для любой другой респектабельной женщины.
Сопровождающий её офицер выскочил из экипажа и поспешил помочь Татьяне спуститься на землю с такой фамильярностью, что это задело Мэтью, как что-то слишком личное и крайне раздражающее.
– Добрый день, лорд Мэтью, – она послала ему ослепительную улыбку.
– Добрый ли? Я что-то не заметил, – его слова были обращены ней, в то время как он не сводил взгляда с её компаньона. Тот был привлекательным, его даже можно было назвать красивым, в некоторой степени. Безусловно, глупые женщины в восторге от его темных волос и неодобрительного взгляда. И Мэтт задавался вопросом, насколько глупа была Татьяна.
Она засмеялась.
– Навряд ли это удачный способ начать такой замечательный день. Я уверена, вы можете сказать что-нибудь более приветливое, искреннее пожелание доброго дня вполне подойдет.
– Добрый день, – ответил Мэтт, хотя в голосе его не слышалось ни капли искренности.
Глаза офицера слегка сузились, ему явно не понравился тон, которым Мэтт сказал это.
Татьяна же проигнорировала очевидную напряженность между мужчинами:
– Милорд, я хотела бы представить вас капитану Петрову. Капитан, это лорд Мэтью Уэстон.
– Милорд. – Кивнул невозмутимо Петров.
– Капитан. – Голос Мэтта был таким же холодным. По какой-то причине ему не нравился этот человек, и, совершенно очевидно, эта неприязнь была взаимной.
Петров был такого же роста и телосложения, что и Мэтью, оба имели очевидную военную выправку. Тем не менее, Мэтт был уверен, что сможет одержать над ним победу в честной борьбе, если возникнет необходимость. Эта идея показалась ему на удивление заманчивой.
– Я думал, что мы поняли друг друга. Если ты хочешь, чтобы твое мошенничество состоялось, тебе придется смириться с моими условиями, – Мэтт встретил пристальный взгляд капитана. – И я, кажется, специально упоминал, что прислугу они не включают.
Глаза офицера потемнели от злости, и он сделал шаг вперед. Отлично. Мэтт крепко сжал кулаки. Он с удовольствием поколотит Татьянин эскорт.
Она вытянула руку, чтобы удержать офицера.
– Что за вздор, милорд. Любой дурак поймет, что капитан Петров не прислуга.
 
– Быть может, ваше высочество, – сказал спокойно Петров, – его светлость не просто какой-нибудь дурак, а самый большой дурак из всех.
– Возможно, так и есть, – откликнулась она оживленно. – Возможно, только такой дурак согласится помочь мне в моем предприятии, и за это мы должны быть ему особенно благодарны.
– Вы просто вскружили мне голову своими комплиментами, ваше высочество, – сыронизировал Мэтт.
– Тем не менее, капитан, извинения будут вполне уместны. Лорд Мэтью не глупый, просто раздражающий. Это одно из его чудесных качеств.
– Не сомневаюсь в этом, ваше высочество, – Петров пренебрежительно посмотрел на Мэтта. – Что ж. Прошу простить меня, милорд, потому что на самом деле вы самый крупный раздражающий дурак.
– Я так же хочу принести свои извинения, что перепутал вас с простой прислугой, в то время как очевидно, что вы не более чем, – Мэтт скрестил руки на груди, – прославленный кучер.
– Ну все, довольно. – Татьяна покачала головой. – Мне следовало бы знать, что вы двое не поладите. Слишком уж пхожи у вас темпераменты, чтобы одобрить друг друга.
– Еще один комплимент? Даже не знаю, достоин ли я такой похвалы… или оскорбления, – мужчины смотрели друг на друга не отрывая взгляда, и Мэтт прекрасно знал, что капитан оценивал его как возможного противника.
– Это оскорбление взаимно, милорд. Более того, вы должны знать, что я не одобряю плана её высочества, – растянул Петров. – Я считаю, что это также безрассудно, как и опасно.
– Опасно? – На лице Мэтта отразилось удивление. – Едва ли сбор информации для семейной истории является опасным предприятием.
– Враги Авалонии повсюду, – в его голосе слышалась решительность и непреклонность. – Как начальник караула, который отвечает за безопасность принцессы, я бы предпочел, чтобы она позволила сопровождать себя тем, кто был специально подготовлен для этого, а не доверять свою безопасность одному человеку.
– Она будет находиться под защитой как моего имени, так и моей личной. Никто не причинит ей вреда, – Мэтт осторожно наблюдал за капитаном. Слишком уж остро тот реагировал на всё это, даже если принять во внимание то, что это было частью его долга. Если, конечно, Татьяна сказала правду о своих планах. А отношение капитана лишь подкрепило подозрение Мэтта, что вся её история не что иное, как ложь. – Я позабочусь о ней.
Петров наклонился ближе к нему, голос его был суров, в нем слышалась угроза:
– Вы уж позаботьтесь. Если с ней хоть что-нибудь случится, я из-под земли вас достану и убью голыми руками.
– Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем увидеть ваши попытки выполнить свою угрозу, – понизил голос Мэтт.
– Прекратите это немедленно! – пригрозила Татьяна. – Вы ведете себя, как мальчишки. Милорд, вы сегодня надоедливы больше обычного, а вам, капитан, давно пора идти.
– Принцесса, я не могу… – Петров сделал шаг в её сторону.
– Вы можете и должны, – отрезала она решительно. – Ну же, Димитрий. Дискуссия окончена.
Димитрий?
– Хорошо, ваше высочество, – сказал капитан натянуто, коротко кивнул и зашагал вокруг экипажа к своей лошади. Он отвязал животное, вскочил на него и подъехал к Татьяне. – Я буду ждать от вас известий в Лондоне.
Петров послал Мэтту последний угрожающий взгляд и ускакал по дороге.
– Я ему не понравился, – сказал Мэтт, глядя на удаляющегося офицера.
– Да ну? Даже не представляю почему. Вы же, как всегда, были само обаяние и любезность. К тому же, вы и не попытались скрыть своего мнения о нем, – она тяжело вздохнула. – Не нужно было ему так грубить.
– А ты всех своих стражников зовешь по именам? – сказал он, не подумав, глядя на исчезающего по дороге всадника.
– Вообще-то, нет. Но я знаю капитана Петрова всю свою жизнь. Я считаю его своим другом и доверенным советником, – она изучала Мэтта с любопытством. – Вас ведь не беспокоят мои близкие отношения с Димитрием?