Девственница. Дракон. Депортация

Ивар хмыкнул и сказал:
– Слышал бы твои слова тот дракон.
Ива закрыла лицо руками и что-то простонала. Что-то про тупоголовых певиц или девиц.
Ивар унёс меня в ванную и серьёзным тоном произнёс:
– Это значит, Марина, что дракон, с которым ты разделила постель… Кхм… Он сильный, понимаешь? Он полностью контролирует свою силу и может какое-то время не пользоваться артефактами. Он не просто сильнейший. Он сильнейший из сильнейших.
– Оу… – выдала я. – И что теперь будет? Я умру? У меня вырастут рога, хвост? Меня казнят? Отрежут язык, выколют глаза? Что?
– Ничего, – спокойно пробормотала подошедшая Ива, сунула мне в руки кружку с какой-то жутко воняющей густой жёлтой жижей и приказала: – Пей! Живо!
Потом включила воду, чтобы наполнить ванну и сказала:
– Немного поболеешь и полежишь в кроватке, как послушная девочка. Хотя можно было бы обойтись и без этого, найди ты действительно слабого. Хорошо хоть на огненного не нарвалась, а то бы точно, как ты говоришь – трындец тебе капитальный!
– Э-э-э-э… – протянула я и многозначительно посмотрела на оборотней.
У Ивы глаза стали походить на плошки.
Ивар, всегда сдержанный, выматерился, поразив меня многоэтажностью и виртуозностью местного мата. Надо бы запомнить.
От волнения и яркой пантомимы оборотней я быстро выпила гадость и даже не поморщилась.
– Ты хоть замела за собой следы? – надломленным голосом поинтересовалась Ива, отбирая у меня уже пустую кружку.
– Конечно, – кивнула важно. – Правда, одна бусина осталась. Забыла про неё, хотя хотела раздавить, когда по трубе со второго этажа спустилась, но я там в кусты упала и совсем забыла. Ещё и поранилась больно.
Показала окровавленные пятки.
Ива побледнела и застонала, будто сейчас случится Армагеддон. Даже кружку выронила, но над самым полом поймала её.
Ивар показал жест, будто сейчас застрелится (я научила).
– Кровь! Братик, она оставила кровь и не использовала после этого бусину! Марина, ты – дура?
– С тобой в разведку точно не пойду, – как-то уж обречённо проговорил Ивар.
– Я не знаю, чем ты руководствовалась, сбегая из особняка по трубе, но логику я исключаю сразу! – съязвила ведьма.
Я насупилась и, усевшись прямо на пол, сжала голову между коленей.
– Зато я теперь смогу получить вид на жительство, – привела весомый довод. – А ещё на этой вечеринке мне предложили работу. Музыкальному коллективу понравилось со мной работать. И вот я…
Ива вдруг схватила мою руку и, ткнув пальчиком с острым коготком в мою ладошку, рыкнула:
– Это ещё что? Ты обменялась с драконом контактами кристаллов?!
Непонимающе посмотрела на ладонь, а потом вспомнила – дроу. Ничего себе как мне плохо, что я уже о недавнем знакомом успела забыть.
– А, это? Нет, это не дракон, а один дроу оставил, просил завтра его набрать. Льер Мерлин Ирэи.
– Ты назвала кому-то своё имя? – нахмурился Ивар.
– Э-э-э…
– Не экай! – стукнула по кафелю Ива кружкой и та не выдержала напора ведьмы и всё-таки разбилась.
Ведьма поджала губы, щёлкнула пальцами, осколки посуды и кафеля тут же исчезли. Бытовая магия – это мега вещь! Но сейчас не об этом.
– Я дроу назвала своё имя и ещё музыкантам. Но дракону назвала вымышленное. Ему я представилась Ариной. А вот дракон имени не назвал.
– Дракон оказался умнее. Дохлый гоблин, это конец, – прошептала Ива. – Ивар, быстро вспоминай, сколько огненных драконов на Архане?
– Так-с, император – раз.
– Да не-е-е, он бы не появился на вечеринке, – отмахнулась Ива.
– Наследник, – продолжил оборотень. – Трое его друзей. Есть ещё драконы, приближённые к трону. Знаю из них пятерых. Ещё двое, кто не относится к любителям вечеринок, и ведут скромный образ жизни. Но всех всё равно не назову. Не все драконы раскрывают стихию своего зверя.
– Засада, – пробормотала Ива и, посмотрела на меня, как на смертницу. Вздохнула обречённо и сказала: – Тебя будут искать, Марина. Огненные – самые сильные драконы и не терпят, когда ими пытаются манипулировать и использовать в своих целях. Будь это слабый, он бы не стал заморачиваться, выместил бы раздражение на ком-то и на этом всё. В любом случае, ты ему силу подарила, а вот огненный… Василиски тебя пожри, Марина!
 
Она посмотрел на брата и заявила:
– Нам нужно бежать! В другой мир, в другую вселенную или… А лучше сразу самоубиться!
– Стоп! Никуда бежать не станем, – остановил панику Ивар. – Марину на время спрячем, но сначала, а именно завтра обязательно сходим в миграционную службу. Дракон в любом случае придёт в себя только к утру, потом пока сообразит, мозги в кучу соберёт, что Марина ноги унесла. Пока он всё разузнает, кто она и откуда… Какое-то время на это у него уйдёт. Мы успеем оформить её, а потом спрятать. Я этим и займусь. А вот ты, Ива, уничтожишь все Маринины следы здесь, в своём магазине и ещё сбегаешь в клуб, там тоже немного пошумишь, чтобы даже ни капли запаха её не осталось. Мы всё успеем.
– А что потом? – спросила устало.
– Потом я тебя спрячу у своего друга – дроу. Кстати, этого твоего льера тоже знаю – порядочный ушастик. Пару месяцев посидишь в укрытии, дракон со временем успокоится, найдёт себе новую игрушку и забудет о тебе. Ты вернёшься к прежней жизни, и всё будет прекрасно, – нарисовал радужную перспективу Ивар. Но звучало как-то слишком наигранно оптимистично, что слабо верилось в успех.
– Угу, не смеши мои усы! «Всё будет прекрасно». А про нас ты забыл? Нам хвосты узлом завяжут, уши на лапы натянут, усы пинцетом выщиплют! – прорычала подруга.
– Мы с тобой учились в одной академии и проходили испытания по выдержке боли, так что ничего, стерпим, – улыбнулся сестре Ивар.
А мне стало дурно.
– Вот уж нет, я не хочу, чтобы с вами что-либо делали! – попыталась возмутиться и заодно подняться на ноги.
Но тело слушалось плохо, и я завалилась на бок.
– Ты не слушай меня, – сжала мою ладошку ведьма. – Это я по привычке ворчу. С нами ничего не будет, милая. Ну, проведут допрос – попробуют в наших мозгах покопаться, но поверь, ни одна драконья морда не узнает от нас о тебе. Я уже давно придумала средство, которое помогает защитить сознание от подобных допросов. Выпьем с братом моего средства, и будут менталисты смотреть наши самые бредовые выкрутасы сознания и подсознания. А о тебе ничего не узнают. Даю хвост на отсечение.
– Не надо хвост на отсечение, я верю, – улыбнулась ей и, вздохнув, прошептала: – Я – идиотка.
– Нет, ты не идиотка, – погладила Ива меня по голове. – Ты – хуже. Нет ничего страшнее дуры с целью.
Мне стало смешно. Я хихикнула, Ива следом хохотнула, только Ивар посмотрел на нас как на двух ненормальных.
Она махнула брату и сказала:
– Всё, иди. Дальше я сама помогу Марине.
Ивар покинул ванную, и тогда Ива принялась разоблачать меня.
– Тебе хоть не сильно больно было? – поинтересовалась подруга. – Ну, когда ты с драконом того…
– Больно? – удивилась я и, улыбнувшись, прошептала, чувствуя, что краснею: – Ива, это было прекрасно. Он был очень ласковым и… В общем всё было очень и очень хорошо. Правда, он сильно удивился и напрягся, когда понял, что я девственница и потом просил не уходить… А потом я увидела как над ним дракон появился – весь в огне и такой…
– Жуткий? – улыбнулась Ива.
Кивнула ей.
– Вообще, никто и никогда не видел их сущности, а тебе выпала настоящая удача увидеть его зверя. У слабого бы такого не было. Силы столько нет, чтобы выпустить дух дракона…
– Да уж, удача… Я так перепугалась… Ива, а может, мне стоило просто прийти к драконам и обменять свою невинность на возможность постоянно жить на Архане?
– Да счаз! – хмыкнула Ива. – Он бы запер тебя в какой-нибудь золотой комнате без окон и дверей, и наслаждался бы твоим обществом, пока бы ты ему не надоела.
От слов подруги меня передёрнуло, но потом стало как-то немного обидно за дракона.
– Думаешь?