Оверсайз. Приятки с моллионером (СИ)

 Голос Ба лился ровно, но в глазах ее я впервые заметил слезы. Несгибаемая Ба оказывается была обычным человеком.
- Грушка с отцом очень близка была. Как ниточка за иголкой. Он в ней души не чаял. И в тот день они одни дома остались. Я к сестре уехала в деревню, а Гелька пошла к подруге, вроде. Позвонили мне уже вечером. Сына застрелили прямо на диване. Грушка тогда говорить вообще перестала. Ее достали из-под дивана соседи, всю вымазанную в отцовой крови. А Гелька не вернулась домой. Ее сбила машина.
- Почему вы раньше это все не рассказали?
- А вы не спрашивали, кто ж знал, что Арнольд такой идиот?  Сказочник Оле Лукойе, блин, - вредно буркнула кудлатая мафиоза.- Я вообще против вашего союза была изначально. В этой истории все дружки оказались гнилыми, уж прости. И ты мне не нравишься, учти. Я с тебя глаз не спущу. Обидишь внучу – лицо тебе обглодаю. Но видимо карма у вас такая дурная. И чего пялишься?- спохватилась Ба.- Девка собралась сделать то, о чем всю жизнь мпотом жалеть будет. Она ведь от ребеночка вашего хочет избавиться. Черт, хорошо, что эта проныра старая меня из себя вывела колесом своим поганым, а то бы лежала овощем до сих пор. Вот скажи мне, зятек, что лучше моноколесо или...
- Где она? – бедная моя Киска. Ей так страшно. А я и вправду, сижу как дурак.- Где моя женщина?
- Я с вами,- засуетилась бабулька. – Скажи церберам, пусть отдадут мне барахлишко мое.
- Вам нельзя еще,- рявкнула Вангелия.- Сами справятся. Да лежи ты уже, выдра старая. Не могла раньше рассказать все. Не было бы всего этого.
- Я тебя...
 Я не стал дослушивать. Выбежал из палаты, сжимая в руке листочек с адресом. Еще немного, и все встанет на свои места. Совсем чуть-чуть.
- А про меня ты не забыл, братец? – раздался голос из полумрака лиловых сумерек. Выстрел прозвучал тихо, словно кто – то хлопнул в ладоши. Мир вспыхнул искрящейся болью.
Аграфена
- Можно телевизор включить? – спросила я у Фиры, бесцельно слоняющейся по горнице,- у меня от твоего мельтешения уже в глазах рябит.
- Можно,- рявкнула тетушка и бросила мне пульт. – Только не очень громко, а то соседи потом костры у меня разводят под забором, скоро виселицу наверное строить начнут, паскуды. Ну смотрю я сериалы, так тихонечко же, а им слышно, видишь ли. Падлы рогатые.
 Я уставилась в экран телевизора, положила руку на живот и бездумно его погладила, словно прощаясь. Даже не слышала, что там бурчат актеры очередного нескончаемого «мыла», не следила за сюжетом, была мыслями очень далеко.
- Ба твоя, звонила, кстати, пока ты намывалась в душе,- вдруг рявкнула Фира,- девка, ты посмотри на меня, что ли, черт, не успела...
- Чего не успела? – спросила я, выныривая из глубины своих переживаний, уставилась на экран. Начались новости.
- Сегодня.. покушение...Герман Розанов...
Я ничего не слышала, только обрывки фраз, от которых кружилась голова. От которых хотелось выть и биться в истерике.
- Жив, он жив. Жив,- тихо погладила меня по плечу Фира,- бабка твоя заполошная и звонила потому. А теперь слушай меня.
- Фира, — снова раздался голос Ангела. Я точно сойду с ума даже раньше, чем останусь совсем одна. – Фира.
- Ты слышишь? – прошептала я, тетушка взяла меня за руку и потянула за собой.
- Пойдем уж, горе. Покажу тебе кое-что, точнее твоего Ангела. Видно время пришло.
Эпилог
Эпилог
Никогда в жизни не думайте, что ваша жизнь кончена. Это не так. Теперь я точно знаю. Прав был доктор – один день это много. Очень много.
Я тихо вошла в палату и посмотрела на моего невозможного маньяка с улицы Лесной. С тех пор как я увидела его впервые прошло не так уж много времени, но мне кажется, что я успела прожить целую жизнь. Подошла к кровати, борясь с желанием свалиться на лежащего в ней Германа, вцепиться руками и ногами, заявляя права на этого невозможного мужчину, ставшего для меня больше чем судьбой.
- Ты ведь не наделала глупостей, моя любимая киска? - тихий голос проник в самое сердце.- Я очень хочу стать отцом замечательного сына.
 
- Дурак ты Розанов,- всхлипнула я, — я ведь чуть не сошла с ума. И потом, а вдруг это будет дочка?
- Конопатая маленькая и курносая? – прошептал Герман.- Знаешь, если бы ты не пришла, я завтра бы сбежал из больницы, чтобы быть с тобой. И я хочу, чтобы это длилось всегда. Ты нужна мне больше жизни.
- Придется тебе помнить об этом вечно,- хмыкнула я, поправляя сбившееся одеяло.
Сильная рука ухватила меня за шею. Мой любимый притянул меня к себе, и я почувствовала сладость поцелуя, такую напористую и яростную.
- Ты для меня все,- прошептал он в мой рот, заставляя умирать от всепоглощающего счастья.
- Я так тебя люблю,- тихо всхлипнула я.
Что вам рассказать? Моя мама жива. После аварии она так и не пришла в себя. И теперь больше похожа на взрослого ребенка. Ба прятала ее много лет, боясь, что Арнольд довершит начатое. Огурец сделал предложение Вангелии, и мы с Розановым будем почетными свидетелями. Ба и Фира бьются теперь за главенство в нашем доме. Пока ничья. Кстати, они сошлись во мнении, что лучше всего сигвей, и теперь гоняют на этих бандурах, распугивая не привыкших к такому зрелищу снобов богатейского поселка.
Марк – Гадик живет в доме отца. Герман не стал возбуждать на него дела, за то что он его ранил. Арнольд умер от инфаркта, так и не дождавшись суда.
Да, кстати, я богатая наследница. Сокровища, украденные моей матерью из тайника, превратились в шикарный дом и счет в банке на мое имя.
 Вот такая вот история.
Восемь месяцев спустя
Аграфена
- Ты самая красивая на свете невеста, — хихикнула Ба, протягивая мне моноколесо. – Знаешь, эта старая клюшка была права. Если ты появишься на регистрации брака оседлав коняшку все офигеют.
- Ба, я пойду к алтарю своими ногами. Младший Розанов сегодня очень неспокоен,- прошептала я, погладив округлившийся живот, обтянутый кремовым шелком.- Я же говорила, надо подождать пока наш мальчик не родится, а потом уже свадьба.
- Ну конечно, наш наследник не должен родиться байстрючонком,- рявкнула Фира, прикалывающая к моей высокой прическе ужасную тюлевую фату. – Вы все ритуалы промохали, даже простыней не махали. А это непорядок. Эх. В наше время...
 Я всхлипнула и уставилась на лужу, растекающуюся возле моих ног.
- Ты чего ее шпилькой проткнула? – заголосила Ба.
- Это воды, дура ты старая,- простонала Фира. Черт, жениха зови.
 - Нельзя, она в свадебном платье,- заблажила храбрая Ба.- Примета плохая.  
- Позовите Германа,- вздохнула я, — и гостям вы объясните, что свадьба не состоится сегодня.
Герман
- Я клянусь любить тебя вечно. И в горе и в радости, в болезни и здравии,- прошептал, сжимая пальцы любимой. Наш маленький герой лежит на ее груди, причмокивая малюсенькими губками. Он центр вселенной. Нашей вселенной, у которой бесконечное количество продолжений.
- Розанов, я так тебя люблю,- шепчет моя горячая киска запекшимися губами. – Вас люблю.
- Платье придется выкинуть свадебное,- шепчу я, надевая на безымянный палец любимой обручальное кольцо.
- Жаль, оно мне нравилось,- хмыкает конопатая. – Но следующее будет мини. В нем удобнее будет нестись к алтарю на моноколесе.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Конец