Не отпускай (СИ)

— Где твоя одежда? — она успела встретить меня внизу. — Уважающая себя девушка, никогда не оставляет своих вещей в мужской берлоге.
— О, только не нужно сейчас этих дурацких домыслов! — фыркнула я. — Это была экстренная ситуация. Ворчун здесь не причём. Что говорят стражи? Что показывает наблюдение за Артуром?
— Чарльз сообщил бы, если бы новости оказались безутешными. В сюжете, по поводу новой версии о взрыве Манакра сообщили, что информация о некой замешанной в этом бывшей воспитанницы была ошибочной. По всему Артур отступил, — Агата шумно вобрала в себя воздух и заявила мне совершенно другим тоном. — Послушай, мне абсолютно нет никакого дела до Корвинов и мне всё равно, как стражи нейтрализуют владыку теней и каким способом усмирят ведьмаков, хоть вплоть до их полного истребления. Меня волнуешь ты Шарлотта, и твоё будущее, которое я так рьяно отстаиваю, контролируя тянущих к тебе лапы стражей. Мне стоит немалых усилий отгородить тебя от того мира и окружить относительным спокойствием.
— Теперь меня зовут Лу, — холодно произнесла я, задетая её безразличием к судьбе человека, которого я любила. — Не стоит называть меня моим прежним именем. Нет больше никакой Шарлотты, и Чарли тоже нет. Извини, что разочарую тебя, но мне всё ещё плевать на моё будущее! Я не знаю, кто я и что я, о чём мне думать, чем заниматься, кому на самом деле есть до меня дело и где моё место. Всего этого я не знаю, не чувствую, мне паршиво в этом твоём относительном спокойствии.
Настолько, что без всякого желания общения я пряталась в своей комнате, запираясь изнутри и смотрела на море, отпуская в него свои мысли. Кажется, я начинала походить на пустой шкаф. Но хуже всего было ночами — я никак не могла уснуть, отчего становилась ещё более раздраженней и несчастней. Агата стоически терпела, проявляя героический такт, обращаясь со мной как со старинной китайской вазой, готовой вот-вот взорваться у неё на глазах.
В одну из ночей я снова выбралась из дома, повинуясь некой включившейся интуиции, видимо, организм использовал «автопилот» как последнее средство. Забравшись на яхту Даниэля, я с облегчением обнаружила его отсутствие, не без удовольствия устроившись в пустой каюте, отрубившись буквально за каких-то пару секунд. Так начались мои тайные ночные вылазки. Зато я стала высыпаться, и отсюда моё настроение улучшалось, я даже стала проводить больше времени с Агатой, беседуя с ней на нейтральные темы. Слушала истории о её мужьях, путешествиях, соседях, мы говорили о погоде, об улове местных рыбаков и о новом способе окрашивания волос. Короче говоря, о всякой всячине, не касаясь стражей, мира магии и всего за рамки выходящего. Даже о Даниэле, хотя мне очень хотелось расспросить Агату о том, как он потерял ногу, но я ни слова не упомянула об этом парне, радуясь, что мне уже шестую ночь удаётся незаконно и тем не менее спокойно спать на яхте в отсутствие её хозяина.
— Это что ещё за дела??!! — гневный взгляд был совсем не тёплым, а его возмущение выдавали даже ноздри. Даниэль заиграл желваками. — Какого хрена ты тут делаешь??!!
— Пр. ости, ты конечно же имеешь право сердиться, — сонно выдавила я, сжавшись в комок, грубо разбуженная им посреди ночи. — Но я почему-то могу засыпать только тут. Я лишь ночую и была аккуратна. Не будем ругаться. Думаю, я даже смогу возместить тебе моральный ущерб…
— Ещё бы! — Даниэль всё равно выглядел очень недовольным. — Мы действительно не будем ругаться, потому что ты сейчас же уберёшься отсюда!
— Конечно, — покорно кивнула я, выползая из тёплой постели и пятясь боком от разгневанного владельца.
Не знаю, знала ли Агата о том, что я не ночую дома, наверняка знала, но виду не подавала. Утренний визит не слишком вежливого гостя обнажил этот факт «на лицо».
— Где она? — услышали мы, как раз сев за стол завтракать. Через минуту Даниэль уже стоял на пороге столовой, глядя на меня укоризненным взглядом, будто поймал меня на воровстве.
— Сколько ночей ты провела на моей яхте? — сурово потребовал он ответа и я чуть не уронила свой тост.
 
— Семь, — тихо ответила я.
— А как же «доброе утро» и «приятного аппетита», «извините за раннее вторжение»? — возмутилась Агата.
— Я сейчас не настроен на правила хорошего тона, — Даниэль наградил её тяжелым взглядом. — Лу сказала, что возместит мне ущерб за незаконное проникновение и взлом. Будь добра отработать эту неделю в моём магазине, — снова обрушился он на меня.
— Я могу возместить всё в денежном эквиваленте, — дёрнула плечом Агата, — Может, позавтракаешь с нами, повесив топор конфликта за пояс?
— Но это будут ваши деньги, миссис Бандермен, — заметил Даниэль, придирчиво приподняв одну бровь. — Если у вашей племянницы нет личных средств, пусть потрудится, физические нагрузки ещё никому не вредили. Может, тогда спать будет крепче, — ирония в каждом слове. — Приступить желательно прямо сегодня. И спасибо, я не голоден, а на счёт топора, так до него дело ещё не дошло, я пока что мягок и отзывчив. Вы знаете, каким я могу быть в гневе, что мне вам рассказывать.
— Я всё улажу, — шепнула мне Агата, видя, как я поднимаюсь из-за стола.
— Не нужно, так даже лучше, — мне действительно понравилась его идея.
— А ты значит, снова в ссоре со своей девушкой? — задала я вопрос, шагая рядом с молчаливым и мрачным Даниэлем, спускаясь к его лавке.
— Это не та тема, которую я готов с тобой обсуждать! — отрезал он зло.
— Мне лучше притворится немой?
— Это будет лучшим подарком для меня.
Что ж придется подчиниться правилам, хотя я не совсем чувствую себя виноватой, но в представлении Даниэля я наверное оскорбило его право частной собственности. Посмотрим, как он вынесет моё молчание. И уж точно ему не запугать меня трудом, работа для меня избавление.
— Протри все полки, — холодно велел он, пропуская меня вперёд, переворачивая табличку, возвещавшую о начале рабочего дня. И я протирала, молча и прилежно, не оставляя ему даже шанса придраться.
«Я готова работать здесь дольше, чем неделю, если в обмен на это ты позволишь мне ночевать на яхте».
Записку с таким текстом я положили перед ним почти перед самым закрытием, умоляюще сложив перед собой ладони.
— Нет! — пробежавшись глазами, неумолимо бросил Даниэль. — Потому что! — ответил он на мой взгляд. — Когда я прихожу на СВОЮ яхту, в своё убежище, я хочу побыть там один, чтобы устаканиться и взять себя в руки, потому как даже я не всегда справляюсь со своим характером. И я не хочу каждый раз приходя домой находить тебя в своей постели!
Но я не отступаю так легко.
«Если ты будешь знать, что я ночую на ТВОЕЙ яхте, ты научишься сдерживаться и реже ссориться со своей любимой, чтобы оставаться в её постели, а не в моей»
Прочитав, Даниэль расхохотался. Без зла. Похоже, я его действительно насмешила. И оказывается — этот бука умеет смеяться. Знал бы он, как преображается его лицо от улыбки, становится необыкновенно милым, мальчишеским. Приятно глянуть.
— Ну ты и нахалка, Лу! На таран меня не взять и хитростью тоже. Тебе лучше распрощаться со своим капризом и научиться засыпать в своей комнате. А теперь топай домой. Увидимся завтра.
А я найду другой способ! Всю обратную дорогу я пронесла эту решимость на своём лице.
— У тебя такой вид, будто ты собралась штурмовать Бастилию, — хохотнула Агата. — Вы там с Даниэлем случайно не подрались? Или не дай бог у вас был секс? — спросила она уже совершенно серьёзно и почти испуганно.
 
— Нет, конечно! Этот садист лишает меня возможности спать по ночам. … В этом доме имеется спальный мешок?
Уж не знаю, где она его достала так быстро, но удивление на лице Агаты было неописуемо, когда вместо того, чтобы отправляться спать в свою шикарную к слову постель, я упрямо зашагала в сторону пирса, зажав под мышкой свёрнутый мешок. По моему воинственному виду даже Агата поняла, что возражать бесполезно. Я знала, что Даниэль на яхте, но в каюту я спускаться не собиралась — я расстелилась на палубе, нырнув в тёплый спальник. Помня о его чутком слухе я кралась на цыпочках, стараясь издавать минимум звуков, укладываясь мягко, как кошка.