Новогоднее желание (СИ)

Завтра же позвоню своей гинекологине и запишусь на приём.
В моём возрасте беременность хоть и не диковинка, но по моему личному мнению, нуждается в более внимательном наблюдении и поддержке. Обязательно надо принимать витаминчики и может даже ходить на какие-нибудь процедуры. Особенно, если вспомнить, что в юности, моя беременность протекала далеко не слава Богу.
Незаметно опустошила целую кружку ромашкового чая, даже не заметив каков он был на вкус, так крепко задумалась.
Рано я расслабляюсь, еще новость Вадиму как-то сообщить надо. Безумно переживаю за его реакцию. Но признаваться буду сразу, как вернётся. Не хочу обманывать его и еще больше не желаю обманываться самой. Ребёнку все равно быть. А будет ли у него отец или нет, решать Вадиму.
  
Глава четырнадцатая
 
Я лишь на мгновение прикрыла глаза, открываю, а за окном новый день. Как так-то? Только ж ночь была.
Верчу головой по сторонам, чтобы окончательно проснуться и понять, где меня угораздило отключиться. Хм, я у себя в спальне. Воспоминания о вчерашнем вечере кружат танцем маленьких чертей, раздирая их в клочья туманными обрывками.
С немалым усилием собираю всю свою волю в кулак и приподнимаюсь на локтях. Меня немного штормит, но в принципе чувствую себя сносно. Обвожу туманным со сна взглядом пространство спальни и натыкаюсь на спящую в изножье кровати Светку. И что она там жмется в позе эмбриона? У меня не кровать, а целый сексодром. Не один «боинг» посадить можно. Могла б и рядом лечь.
Тихо-тихо, чтобы не разбудить подругу, сползаю с кровати и войлоков тащу свою тушу по зову природы, в известном направлении. Когда прохожу мимо стороны, где спит мой рыжик, чуть не опрокидываю пустую бутылку из-под вина и недопитый бокал с бордовой жидкостью. Хорошо, видать, вчера посидели.
Сижу на унитазе, справляю малую нужду и пытаюсь натрудить мозг воспоминаниями о вчерашнем вечере и ночи. Ощущаю только присутствие неприятного осадка. С чего бы?
Бросаю мимолетный взгляд на раковину и застываю на месте. На белоснежной поверхности раковины небрежно лежит тонкий кусок белого пластика. И это точно не градусник.
Беру в руки положительный тест на беременность. Тяжёлый выдох выходит из легких.
— Значит, не приснилось! — воспоминания выстраиваются в правильный ряд чередующихся событий, попутно приобретая эмоции и краски.
Ох-ох! У меня за всю жизнь не было столько приключений, сколько за последнюю ночь. Случай с Вадимом в лифте не в счет.
На скорую руку умываюсь, чищу зубы и кое-как привожу в порядок волосы. Бреду на кухню запить трэш ночных воспоминаний стаканчиком прохладной водицы и натыкаюсь там на копну рыжего беспредела. Подруга стоит у открытого настежь холодильника и жадно пьет из горла трехлитровой банки помидорный рассол. У меня аж обильное слюноотделение началось, так представила себе его вкус.
— М-м-м-м-м, какая прелесть! Оставь мне тоже, пожалуйста, — блин, как-то резко на солененькое потянуло.
Светка нехотя отрывается от банки с живительной влагой и поворачивается в мою сторону.
— Да уж! Видок у тебя еще тот, — выношу свой вердикт некогда идеальному не смытому на ночь макияжу и мятой в хлам одежде подруги.
— А ты что хотела? — откликается она осипшим голосом. — Ты виновата, винища понабрала, а пить мне одной пришлось. После такого количества странно, что я вообще жива! Боже, как же сушит! — и вновь припадает к банке.
— Эй, детка! Про меня не забудь! — возмущаюсь, наблюдая за жадными глотками. — Ну Свет, ну пожалуйста, очень хочется, — продолжаю нудить, давя на жалость.
— Да на свой рассол, только нее ной, тут еще пол банки! — передает мне тару и уходит в освободившуюся ванну.
— М-м-м-м-м, какой кайф, холодненький! — отпиваю жадными глотками мою прелесть и облизываюсь от удовольствия.
Надо закупить этого добра побольше.
Света выходит из ванны через пол часа, когда я уже соорудила завтрак из свежих овощей, сваренных всмятку яиц, тостов и ароматного заваренного кофе.
Блин!
 
Совсем забыла, мне же теперь нежелательно пить кофе, особенно натуральный.
С сожалением выливаю одну кружку в раковину. Что ж, перехожу на чай. Я, конечно, не кофейный наркоман, но по утрам очень даже уважаю.
Внешний вид подруги значительно преобразился. Лохмы рыжих волос вычесаны и красиво заплетены в свободную косу. Лицо без вчерашнего макияжа выглядит уже более свежим, только немного припухшие веки напоминают о вчерашнем сабонтуе. Одежда, гм, надо дать Свете, что-нибудь из своего. Её изысканный брючный костюм от кутюр выглядит весьма плачевно после ночи проведенной в нем. Как она не догадалась его снять, не понятно.
— Я наверно дам тебе, что-нибудь из своего гардероба. Твоя одежда выглядит так, будто ты провела ночь в каталажке, а не на посиделках у подруги. Кстати, почему ты не разделась, прежде чем улечься спать?
— Гм, хороший вопрос! Ты думаешь, я помню, как уснула? — возмущается Света, — так за тебя перенервничала, что пила залпом бокал за бокалом, чтобы привести в порядок нервы. Кстати, как ты? Успокоилась, хоть немного?
— Нормально. Уже нормально! Конечно, меня немного тревожит предстоящий разговор, но это уже не так страшно по сравнению с тем, что пришлось пережить вчера.
— Всё познаётся в сравнении, крошка!
— Не могу, не согласиться, — искренне улыбаюсь женщине благодаря, которой не разрушилась моя жизнь. — Давай завтракать, все уже готово.
— Да ты ж, моя хозяюшка! Может, ты ко мне жить переедешь? — спрашивает, поигрывая бровями.
— Кто знает? Может и перееду! — резко меняется моё настроение. — Вот отошьет меня Вадим и сразу с чемоданами к тебе.
— Э-э, даже и не думай! Всё хорошо будет! Поняла? — налет шуточного настроения сходит с лица Светы. — Ты заслужила, чтобы у тебя наконец-то было всё хорошо.
— Так же, как и ты! — отзеркаливаю ей.
— Ну я — это отдельный разговор. Ты же знаешь! Давай не будем о грустном.
— Как скажешь, моя хорошая! — мягко улыбаюсь рыжуле, не желая, чтобы она и со мной думала о своей неудавшейся жизни.
Завтракаем быстро и молча. Света спешит, у нее самолет ночью, а надо еще какие-то дела в городе завершить и вещи собрать.
Уходя, подруга просит сообщить ей, как прошел мой разговор с Вадимом. Сжимает в крепких объятиях и целует в обе щеки. Я в свою очередь желаю ей хорошего полета и мягкой посадки.
Когда за Светой закрывается дверь, я вспоминаю про свой телефон.
Вадим обещал написать, когда вернется в номер, и не увидев моих ответов вряд ли обрадуется. Я бы на его месте ой-ёй, как разозлилась бы.
Мобильный ищу долго, но спустя почти час тщательного осмотра всего моего жилища, нахожу тот в прихожей, в шкафу с обувью. Как он там оказался даже не хочу знать! Помню только, что в последний раз держала его в руках, когда пыталась дозвониться Вадиму. Надеюсь, он не разряжен.
Снимаю блок с экрана и цепенею от количества пропущенных.
— О, Господи! Вадим меня прибьет! — думаю вслух, так легче воспринимать реальность.
Судя по времени, в начале шли сообщения:
«Жень, я не понял! Ты почему мне так и не ответила?».
Следом.
«Я уже в номере. Только зашел. Конференция была наинуднейшая»
«Я в душ. Если выйду и не увижу от тебя ответ, надеру задницу!»
Через пятнадцать минут начинается целая череда пропущенных вызовов. А если быть точной — семьдесят восемь.
«Смелая, значит…»
«Я просто очень надеюсь, что ты спишь и «всего-навсего» забыла мне отписаться»
Это всё были ночные сообщения и звонки.
А вот утренние… это уже отдельная история.
Сто шестнадцать пропущенных вызовов.
Он меня точно убьёт. Потом откачает и снова прибьёт. И так, пока не надоест.
Сообщений всего два.
«Ты решила извести меня? Если да, то тебе это почти удалось!!!»
«Жень, у тебя всё в порядке? Ты представить себе не можешь, что я только не надумал …»
И все… и дальше тишина.