Пожиратель Драконов. Часть 3 (СИ)

Точно Шиито не знал, почему вдруг спустя почти год заключения произошла такая резкая смена настроения тюремщика. Но, скорее всего, Палем узнал, что Исма не была моей женщиной, а лишь помощницей, а значит и ценности особой не представляла.
Дослушивал историю япончика я уже сидя. Ноги отказывали держать тело после всех ужасных откровений, что на меня обрушились за несколько минут.
Сколько же дорогих и близких мне людей погибло из-за того, что у меня не достало сил… но это было ещё не всё. По крайней мере судьбу ещё одного моего последователя я до сих пор не знал.
И что-то мне подсказывало, что на этот раз меня охватит не грусть, а злоба.
— Ты знаешь, где Дьюлла?
Исчезновение ламии после того, как она вытащила Руби с территории империи, сразу показалось мне странным. Но тогда я списал эту странность на то, что Руби, тогда бывшая Нейрагу, могла что-то не понять или понять неправильно.
Тем не менее сейчас в рассказе Шиито тоже прозвучали эти нехорошие звоночки. «Палем узнал, где проживает клан Рахиры». «Палем узнал, что Исма — не моя женщина».
С учётом того, что Майигу войны вряд ли стал бы вызнавать это всё сам, подозрения возникали сами собой. И, взглянув на Шиито, я понял его ответ ещё до того, как он открыл рот.
— У Палема. Я не знаю, зачем она спасла Руби, хотя её тоже можно было бы использовать против тебя в качестве заложницы. Может быть сыграла роль солидарность монстров. Но затем она присоединилась к Палему и, судя по всему, слила ему всю информацию о тебе, какую только знала.
— Итого из тринадцати человек и Майигу, следовавших за мной, трое меня предали, а четверо мертвы, — тяжело вздохнул я. — Такая себе статистика.
— А почему трое?
— Ну: Дьюлла, Гвурек и Чусилаго.
— Чусилаго — да, слинял с концами, — кивнул Шиито. — А Гвурек, хотя и сбежал тогда, тебя не предал. Он сейчас, как и Зайв, в объединённой армии, но, разумеется, на другой позиции.
— Приятно знать, хотя, честно говоря, меня это совсем не успокаивает.
— Могу представить. Но теперь-то ты вернулся и всё изменится! Скажи, насколько сильным ты стал? Какая ступень по человеческим меркам?
— Точно не скажу, — пожал я плечами. — Думаю начальная шестнадцатая.
— КАКАЯ???!!!
Вой Шиито был настолько громким, что через секунду из окна на верхнем этаже башни, разворотив раму, вылетела и, ударившись о землю, разлетелась на сотню кусков, прикроватная тумбочка.
— ДАЙТЕ ПОСПАТЬ УСТАВШЕМУ МАЙИГУ!!! — догнал тумбочку голос Кримзона.
— Ладно-ладно, спи! — крикнул я. — Пойдём, поговорим в другом месте.
Оставив бывшего короля отсыпаться, мы с Шиито, продолжая обсуждать произошедшие события, его и мои, отправились повидаться с Зайвом и Гвуреком.
Молодой маг, изобретатель своей специфичной магии на основе Даров силы и исцеления, в эти восемь лет не терял времени даром. Во-первых, достиг пика седьмой ступени, что среди людей Тейи уже было невероятно высоким уровнем. А во-вторых, наконец-то обрёл достаточно навыков, чтобы заняться своей внешностью.
Изначально, когда я его только встретил, Зайв был, откровенно говоря, тем ещё уродцем. Низкий, горбатый, одна нога короче другой, плешь в половину головы, щербатый рот со следами заячьей губы, невероятно широко, как-то по-жабьи посаженные глаза.
Его доброму и сострадательному характеру внешность никак не вредила, но из-за неё очень многие банально не желали узнавать Зайва получше. Однако, используя силу седьмой ступени, он смог начать исправлять свои дефекты, на протяжение лет постепенно приводя себя в норму.
Его ноги выправились, выпрямилась спина, полностью исчезли следы заячьей губы, глаза подтянулись поближе друг к другу. С плешью на голове он справился проще, начав банально брить себе череп. И хотя до статуса красавчика ему ещё было далеко, но как минимум он сумел исцелить те неполноценности, что негативно влияли на его жизнь.
Меня он был очень рад видеть и с готовностью предложил свои услуги, когда бы они мне ни понадобились.
Гвурек, Майигу, выглядевший как прямоходящая жаба размером со слона, переевшая стероидов и анаболиков, обладатель Дара силы, при встрече поступил почти как Кримзон. Обновил свою клятву верности, при том что я об этом даже не упоминал и успел только поздороваться, а после начал всячески извиняться за то, что сбежал при появлении Палема.
 
Вообще я не собирался принимать ни его, ни журавля Чусилаго обратно. Но, узнав, что Гвурек все эти годы сражался под началом Кримзона с имперцами, стараясь хотя бы так искупить свою вину, я всё-таки согласился, что жаб заслуживает второго шанса.
Потом я познакомил их с Руби, потом слетал в штаб командования человеческой армии, чтобы немного разъяснить ситуацию и сообщить, что у них есть как минимум неделя отдыха.
А потом, когда все неотложные дела были выполнены, мы пошли пить.
Никогда не любил вкус алкоголя, и тем более мне не нравилось то, что он делал с разумом и телом. Тем не менее, сейчас я чувствовал, что мне просто необходимо напиться.
Хотя, нет, не так.
Нажраться.
Дар жизни обычно использовался для всяческого улучшения состояния тела. Но в принципе он вполне мог сделать и ровно противоположное, и сейчас я прибёг к его помощи, чтобы снизить устойчивость своего организма к алкоголю. В противном случае даже цистерна спирта меня бы не торкнула.
А так к вечеру я уже слабо представлял, что происходит от застлавшего разум пьяного дыма. Правда, лица погибших из-за меня даже так продолжали то и дело выныривать из этого угара, но хотя бы чувство вины притупилось и выносить их вид стало попроще.
Так, оккупировав палатку Шиито, мы втроём: я, он и Зайв, просидели, считай, с полудня до полуночи, вылакав, кажется, пару бочек крепкого спиртного. Девяносто процентов пришлось на мою долю.
А под утро я проснулся от ощущения, которого, как думал, больше никогда в жизни не испытаю. От похмелья.
Можно было бы нейтрализовать его за секунду тем же Даром жизни. Но, решив настолько отчаянно бухать, нужно было быть готовым принять последствия. Так что я не стал себя лечить и несколько часов промучился головной болью и тошнотой.
Лишь когда состояние плюс-минус пришло в норму, я отменил снижение устойчивости.
Шесть следующих дней я был занят. Изучение ситуации на фронте и в целом в Тейе. Расспросы Шиито о положении дел в империи, куда он, пользуясь Даром тьмы и скрытностью, что он давал, гонял как к себе на дачу. Участие в переговорах с имперцами, которым, разумеется, тоже было интересно происхождение ледяной стены посередине полей Изракка.
Не сказать, что я прямо мотался по лагерю, но в крупных и мелких делах эта неделя пролетела почти незаметно. А потом воскрес из мёртвых Кримзон, явившийся ко мне заметно посвежевшим, хотя и всё таким же растрёпанным, и заявил, что на следующий же день состоится Большой Совет.
Я был только за. У меня было время подумать о дальнейших действиях, словах Йольда и Лой, и в голове уже успел сформироваться вполне чёткий план. И сбор большинства сильнейших Майигу из анти-имперской партии этой части континента должен был стать отличной отправной точкой.
К следующему дню для переговоров мной даже была подготовлена «площадка». Хотя по сути это был просто купол из чёрного льда в ближайшем к полям Изракка районе диких земель, достаточно большой, чтобы туда вместились даже самые крупные Майигу.
С Кримзоном мы договорились так, что он будет встречать прибывающих покровителей человеческих кланов и стран, а я буду дожидаться их внутри. Разумеется, в истинной форме, чтобы сходу внушить как можно больше трепета и страха.
Сработало это на ура. Появлявшиеся один за другим Майигу, входившие под купол, экранировавший мою ауру, с горделивым видом, при виде пятисотметрового дракона тут же сдувались и тихо-мирно распределялись по территории под куполом.
Кто-то пытался сбежать, но таких я просто ловил тисками приказа фиксации. С учётом огромного объёма мировой ауры, производимого Сущностью грома и молний, мои мировые приказы по мощи были сравнимы с Дарами первых классов. Сделать что-то против такой силы, тем более находясь на чужой территории, большинство Майигу были бессильны.