Пенсия для морского дьявола - 3. Подводный охотник (СИ)

Баста! Решил для себя, вот раскидаюсь с этой показухой и, первым же делом, сделаю для Семиса ластину!
— Далеко нам ещё? — крикнул с соседней лодки отец Семиса.
— Так ты что, достойный Арииаху, — послышался с другой лодки ироничный голос Напо, — даже не знаешь, что нам этот пацан показывать собирается?
— Почти пришли, уважаемые! — заверил я публику. — Сейчас подойдём поближе к рифу…
Ветра почти не было, слышимость — отличная. И я расслышал, как один из старших, приблизившись на своей лодке к лодке вождя, негромко проговорил:
— Надо было бы кого-нибудь из касты глубин позвать. Всё-таки этот парень, как я понял, собирается нырять под воду.
— Послушайте! — я развернулся к ним всем корпусом. — Каста глубин работает на дне лагуны. А я на дно не собираюсь. Моя добыча плавает надо дном.
— И всё-таки это неправильно, — покачал головой «старший», глядя с укоризной на вождя.
— Давай сначала посмотрим, — небрежно поморщился вождь, — что нам парень хочет показать.
Встали, метров за пятьдесят от рифа. По ту сторону океан катил свои волны, с шумом разбивающиеся о преграду. Говорить стало сложнее.
Я перекинул ноги в длинных ластах через борт. Судя по вытянувшимся лицам, многие, да почти все, видели их впервые.
— Это же какое-то колдовство! — громко заявил парень, которого я окрестил «сыном Напо». — Нам надо немедленно вернуться и позвать шамана!
— Шаман в курсе, — голос приходилось повышать, чтоб перекричать прибой.
Ну, ничего, сейчас я нырну туда, где потише.
Чуть не перевернув лодку, соскользнул в воду, повис рядом с бортом.
Теперь труба. Верёвку вокруг головы я навязал заранее, оставалось просунуть под неё трубку, но только аккуратно, чтоб не замять.
Бамбуковая труба с острым коленом заболталась справа у лица, слегка «прикусывая» кожу. Всё-таки это не алюминий и не пластик, изделие получилось весьма массивным. Зато дышать могу! Взял в рот «загубник»… хотя какой это загубник⁈ Обхватил губами толстую бамбуковую трубу, попробовал дышать. Воздух проходил нормально.
— Ух ты! А это что⁈
Глазёнки у Семиса сверкали, как у пятилетнего пацанёнка, увидевшего непонятную хренотень.
— Семис, дружище, — ровным, спокойным тоном попросил я, — давай всё, что интересно, я тебе потом расскажу?
— Извини. Всё! Не мешаю.
Вот так-то.
Я принял у Каналоа первую гавайку, достал из сеточки жгут, стал подвязывать…
— У него же копьё! — резанул по ушам истеричный крик сынули Напо. — У него оружие, вы что не видите! Он не человек войны, это табу!
— Это не оружие, — стараясь сохранять спокойствие проговорил я. Всё равно голосовые связки приходилось напрягать, чтоб перекрыть рокот прибоя.
— А что это? — довольно спокойно спросил вождь.
— Это… это… удочка такая…
— Что значит удочка?
— Ну… штука… Чтоб рыбу ловить!
— Понятно, — заключил вождь. — Вернёмся, я попрошу отца войны посмотреть на твою удочку. Молись духам, парень, чтоб он не признал это оружием!
Я ещё раз всё проверил. Ласты? Вроде норм, на ногах сидят, не натирают, гребок хороший. Труба? Вновь поймал губами трубку, подышал. Воздух проходит легко. Потом прошёлся пальцами по верёвке, держащей трубу. Хм, тоже не должна соскочить.
Ну-с… С лёгким волнением натянул жгут гавайки. Мелькнуло сожаление — эх, а ещё опытный подвох — мог бы и на пляже всё проверить. Вдруг сейчас порвётся?
Впрочем, жгутов у меня с запасом. Старый ещё жив, да и из новой заготовки штуки три, наверно, нарезать можно.
Проверил ещё линь, как идёт вдоль древка, накинул петлю свободного конца на кисть, остальное расправил, чтоб не мешалось.
Бум-бум-бум-бум…
Это что? Это пульс? Я что, волнуюсь? Ну-ка, товарищ кап-три, отставить панику!
Зацепившись левой рукой за борт лодки, удерживая невзведённую гавайку правой, я продышался.
Хорошо, пульс успокоился вместе с последними следами эмоций. Мысли тоже покинули голову. Пора.
Сунул трубу в рот, отпустил борт, лёг на живот и поплыл по поверхности к рифу, неторопливо шевеля ластами.
 
Хорошо, что я всё-таки дотумкал до трубки! Уже минут двадцать я неторопливо плавал вдоль рифового барьера, опустив лицо в воду, и обшаривал открывающееся подо мной пространство в поисках достойной цели.
Ничего!
Нет, конечно, мелочь всякая не переводилась — крутилась и стайками, и по одиночке, и, вообще, рыбы внизу было полно. Недаром я отправился к восточной части лагуны — тут же рядом, вон, руку протяни, холодное течение. Несёт с полярных вод, богатых планктоном и прочей рыбьей мелочью, корм для местной ихтиофауны. Ну не может быть, чтоб в лагуну ничего не прибивало! А значит тут точно должно быть больше как мелкой рыбёхи, питающейся планктоном, так и экземпляров покрупнее, охотящихся на мелкую рыбку.
Однако, ничего достойного внизу не наблюдалось.
Через тридцать минут по своим внутренним часам я подгрёб к борту нашей лодочки, попросил у Каналоа воды.
— Помочь залезть? — тут же предложил Семис.
Я просто помотал головой и хотел уже плыть дальше, как услышал раздражённый голос Напо:
— Да если бы у меня за это время в сети не попало ни одной рыбы, я бы таких рыбаков уже выгнал взашей! Сколько мы ещё будем здесь болтаться бестолку?
— Потерпите, уважаемый, — очень хотелось крикнуть что-нибудь типа: «Заткнись, мурло!» — но, во-первых, это один из старейшин племени. Думаю, за проявление неуважения к человеку такого ранга мой эксперимент тут же прервали бы. А, во-вторых, Скат, береги нервы. И кислород. Тумблер «эмоции», как говорили у нас, в положение «выкл».
— Да сколько ещё терпеть! — медведём взревел Напо. — Вождь! Я же говорил, что вся эта затея пустышка. Ерунда. Пацан просто издевается! Его гнать надо с острова, а не слушать что он там напридумывал.
— Ты куда-то торопишься, досточтимый Напо? — мягким, ненавязчивым тоном поинтересовался Арииаху. — Скат предупреждал меня, что дело это новое. И рыбу он хочет поймать большую. Значит пока не попалась.
— Действительно, Напо, — подал заинтересованный голос вождь, — давай ещё посмотрим. Гляди, чего паренёк придумал — и трубка, чтоб дышать, и листья какие-то к ногам привязал… Дай парню шанс.
Напо ещё что-то проворчал себе под нос, но я уже не слышал.
Поблагодарил взглядом вождя, кивнул Арииаху, типа: «Спасибо, партнёр». И вновь погрёб вдоль рифа.
Следующий перерыв сделал минут через сорок. Затянул до последнего, опасаясь, что как только прервусь — Напо опять начнёт провоцировать окончание показухи. Но от дыхания ртом чрез трубу горло здорово пересохло. Тем более, при дыхании ртом человек теряет воду — когда мы дышим носом такого не происходит, нос так устроен. А обезвоживание опасно. С одной стороны, количество электролитов в теле падает, нарушается нервная проводимость, а за ней и проблемы с моторикой начинаются. С другой — кровь густеет. Тоже не здорово. Так что хочешь — не хочешь, а надо пить. Даже, если кажется, что пить не хочется. Заодно, лишний раз промыл глаза пресной водой.
За всё это время внизу мелькнуло несколько вполне приличных экземплярчиков, думаю кило на пять, не меньше, и в обычных условиях я бы их обязательно стрельнул. Хотя бы чтоб «размочить». Но мне хотелось чего-то более достойного.
Однако, Напо молчал, лишь злорадно наблюдая за моими действиями из своей лодки.
Я отправился в новый заплыв.
На этот раз, решил на поверхности не оставаться. Вдруг я чего-то не вижу? Трубка хорошо, но и привязываться к ней не стоит. Провентилировался как следует, вытолкнул «загубник» изо рта, чтоб не мешался — трубка повисла на верёвке. И ушёл в глубину.
Решил пройтись вдоль коралловой стенки, что ограждала лагуну от океана. Здесь она была не обрывиста и уходила вниз эдакими ступенями. На всякий, гавайку «взвёл» — вдруг кто выскочит? Но вокруг крутилась всё та же мелочь.