Пенсия для морского дьявола - 3. Подводный охотник (СИ)

— Я слушаю тебя, мальчик, — отец Семиса дождался, пока жена и дочери накроют на стол.
На большом глиняном блюде посередине стола возвышалась горка просяных лепёшек, а каждому из нас поставили по деревянной, тарелке, с рыбиной приличных размеров. Моя была, наверно, в локоть взрослого человека — так, как обычно рыбаки и показывают размеры трофеев, а по форме больше всего напоминала ставриду.
Возможно показалось, что отец Семиса внимательно, хоть и с лёгкой иронией, всмотрелся мне в лицо, когда блюдо с «горячим» оказалось передо мной.
Хм, его ожидания мне были понятны — для обычного «земляного» паренька, да и для рыбачка из семьи попроще, такое блюдо должно было вызвать шок. Сомневаюсь, чтоб тот же Хеху хотя бы видел рыбу подобного размера.
— Давайте кое-что проясним, уважаемый Арииаху, — я как ни в чём не бывало, пододвинул блюдо с рыбой поближе, прикидывая, как лучше начать её ковырять — столовых приборов никаких не наблюдалось. — Меня зовут Скат, и я предпочитаю, чтоб ко мне обращались именно так.
— Хорошо… Скат, — хмыкнул собеседник. Он взял рыбину со своей тарелки руками, оторвал голову, откинул в сторону, отщипнул кусочек от тушки, положил в рот. Прожевал. — Я слушаю тебя.
Хм. Ну, руками, так руками. Рыба была горячая, а аромат, что она распространяла действовал одуряюще. На рифе такого точно не подавали. Учеников кормили сушёной, видимо, чтоб не заморачиваться с готовкой.
— Собственно говоря, дело моё простое, и связано оно, как я уже говорил, с рыбой, — начал я.
Собеседник молчал, никак не реагируя на мои слова, только поглядывал изредка и продолжал расправляться с едой, периодически, помимо рыбы, подкидывая себе в рот кусочки просяных лепёшек. Насколько я помнил, в семье Хеху просяные лепёшки были чем-то на подобии праздничного блюда.
— Вот это, — показал я на стол, с некоторым пренебрежением, — насколько я знаю, самое большое, что могут выловить ваши люди.
Арииаху на мои слова и бровью не повёл.
— И то, настолько крупные экземпляры попадаются очень редко. Поэтому идут на стол только таких уважаемых людей, как вы…
Молчание. Собеседник неторопливо жуёт. Ни тебе кивка головой, типа, «слушаю», ни тебе реплики какой. Хотя бы промычал что-нибудь.
Ладно, продолжаю.
— Вы ограничены в размерах вылавливаемой рыбы. Сетями. Ничего более крупного, — я опять кивнул на свою рыбину, от которой осталось дай бог половина, — вы выловить не можете.
Тишина. Только звук работающих челюстей.
Чёрт с тобой, тогда перейду к главному.
— Когда я проходил обучение на рифе Учеников, я видел там, под водой о-о-очень крупных рыбин. Просто гигантских! Вот таких!
Я развел руки настолько, насколько их хватало.
— И даже больше…
Выдержал небольшую паузу, чтоб у собеседника в мозгу укоренилась последняя, донесённая мной мысль.
— И я могу их добыть! Только я.
Всё. Ход сделан, теперь жду. Кстати, можно и поесть.
Минуту или две тишина за столом прерывалась лишь редким чавканьем, да звуком облизываемых пальцев — рыба оказалась жирной.
— Кстати, — отметил я, — вашей хозяйке блюдо удалось. Передайте ей моё восхищение! — я склонил голову.
Первый раз, с начала обеда, Арииаху удосужил меня какой-то ответной реакцией. Он задержал на мне взгляд чуть подольше. И кивнул.
— И рыбу вы явно чем-то приправляли, так? Этот аромат, он просто… великолепен! Вот только, на нашем острове я ничего подобного не знаю.
Собеседник, вернее — сообедник, поскольку с самого начала он так ничего и не сказал, наконец, открыл рот не только чтоб туда чего-то положить.
— Это особые травы. Сушёные. И да, ты прав, на нашем острове они не растут. Мы покупаем их у торговцев.
— Посуда тоже привозная? — показал я глазами на блюдо под лепёшками. — Не думаю, чтоб у нас умели так делать.
— Ты наблюдательный, — хмыкнул отец Семиса. — Да, люди паруса могут предложить много такого, чего в нашем племени и в глаза не видели.
Я закинул в рот кусок лепёшки. Хм, в семье Хеху они были пресными и сухими. Здесь же масла не пожалели. Интересно, какое использовали? Ведь явно не пальмовое? И не рыбий жир, кто ж его не узнает. Тоже привозное?
 
— Кстати, — задал я вопрос, который на самом деле интересовал меня больше всего. Ну, разве, после заключения сделки по добыче крупной рыбы. — Бронзу привозят тоже они?
Вот теперь-то я смог наконец удивить уважаемого человека.
— Бронзу? — брови Арииаху так и поднялись. Он помолчал некоторое время, над чем-то раздумывая. — Это очень дорогой и очень редкий товар, мальчик. Мало кто может его себе позволить. Да и не нужен он нам… А ты зачем спрашиваешь?
— Ну… Интересно. И вообще, может понадобиться. Для моего дела.
— Во-от как…— протянул отец Семиса. — Не знаю, как тебе это может помочь, но привозят его очень издалека. Даже не с наших островов. С Большой земли…
Я, словно охотничий сеттер, сделал «стойку».
— С Большой земли?
— А ты не знал? — мягко улыбнулся Арииаху, видя мою реакцию. — Наш мир не состоит только из островов, — пояснил он мне, словно учитель, раскрывающий ученику устройство мира. — Далеко, за большой водой есть большая земля. И там тоже живут люди. Эти люди умеют… Очень много умеют. И даже иногда продают свои поделки… Но стоит такое очень дорого. Редко кто может себе позволить.
В голове пронёсся целый калейдоскоп вопросов. Но ни одного задать не успел, ибо отец Семиса, по-видимому, наконец-то, перешёл-таки к делу.
— Я выслушал тебя, мальчик. — сказал Арииаху, обсасывая по отдельности каждый палец. Облизнул капельку жира, что скатилась по руке.
Хм, «мальчика» я отметил. Но вида не подал.
— У меня один вопрос к тебе.
Он снова отвлёкся, наливая себе воды из глиняного кувшинчика в глиняную же чашку, больше похожую на пиалу.
— Мы, каста воды, поколениями добываем рыбу. Да, ты прав, она вся мельче, чем эта. Ну и что? Нам хватает, — ещё пауза, чтоб отпить. Поставил чашку. Пожал плечами, — А зачем мне… то есть всем нам, твоя крупная рыба?
Он не уставился на меня буравя глазами, нет. И не откинулся назад с видом: «И что ты скажешь?» Он просто продолжил приводить руки в порядок, словно и не прозвучало только что главного вопроса.
Ага, мысленно усмехнулся я, хватает. Семейство Хеху рыбу видит по великим праздникам, если не реже. Даже отец Хэча, рыбак, и тот приносит домой лишь мелочь и порченую, которая храниться не будет.
— У большой рыбы совершенно другое мясо. Оно более питательное, и… вкусное, — получилось так себе, но ладно, как уж вышло.
— Для нас, для всего племени, та рыба, что мы вылавливаем — хорошая еда. Ты же сам сказал, что тебе понравилось? — он даже руками развёл. — Те, кто может позволить купить себе у торговцев сушёных трав или молотых орехов могут приготовить её вот так.
— Да, получилось отлично! Но есть ещё одно. — Я посмотрел на собеседника с вызовом. — Сколько сейчас за день вылавливает одна лодка? Большая лодка, на восемь гребцов?
Арииаху не ответил.
Пришлось продолжать:
— Большая рыба, размером вроде той, что ранила вашего сына, весит наверно не меньше дневного улова!
— Меньше, — отпарировал, качая головой собеседник.
— Ненамного, — возразил я. — А добыть её я могу один. Один, слышите? Там — восемь гребцов, и целый день работы. А здесь я один, — я перевёл дыхание. — Кстати… Вы говорили, что торговцы могут предложить что-то, что на этом острове не видывали. Так вот. Не только они. Я. Я могу предложить тоже.
Пауза. Собеседник думал.
Время шло, пауза затянулась, но что-то добавлять было, с моей точки зрения, уже неправильно.
Наконец, отец Семиса раскрыл рот.
— Вот что, мальчик… Скат, — поправился он после краткой заминки. — Мне надо подумать, ибо то, что ты предлагаешь, это… необычно. Потом, возможно, я сам поговорю с Напо. Приходи завтра.
Хм. Уже неплохо. Лёд тронулся?
— Когда? — чуть не ляпнул, «во-сколько?»
— Когда хочешь, — пожал плечами Арииаху. — Завтра я дам тебе ответ.