Бунтарка (СИ)

— А знаешь, Артём, ты прав, — болезненно улыбаюсь, а в глазах снова собираются слезы от обиды. — Боюсь, что эта его выходка была последней.
— Всё, что сейчас происходит, на твоей совести, Василиса. Или скажешь, что я не прав?
Меня всё ещё колотит от жесткой перепалки с Ковалёвым и от колких слов Бессонова, отчего мозг отключается, давая волю задетым чувствам и обидам.
Понимаю, что Кир ведет свою игру, но я сейчас эмоционально слаба, чтобы понять его выверты. Мне больно было слышать его едкие слова, наблюдая полнейшее безразличие. Тяжело выдыхаю, смотря себе под ноги.
— Выпей пива и встань в стороне. Расслабься, но никуда не исчезай. Я обещал Киру за тобой присмотреть, но зная твои выкрутасы… В общем давай просто дождемся конца этой гонки и разойдемся с миром? Потом, если захочешь, лично отвезу тебя домой.
Я удрученно отворачиваюсь, слабо кивая. Артём, решив больше попусту не болтать, уходит, а я отхожу к палаткам с закусками. Меня мутит от нервозности, поэтому просто стою в стороне и пытаюсь разглядеть то, что происходит на гоночной трассе. Практически ничего не видно, кроме фар двух мотоциклов, а обзор закрывают болельщики у старта и танцующая молодежь.
Что же ты задумал, Кир? Зачем снова влез в эту авантюру? Зачем снова хочешь меня подвести? Я ещё не готова к такой отчаянной битве. Ты же знал, что я не выдержу подобного…
Я терпеливо стою поодаль, нервно сложив руки под грудью. Стараюсь не смотреть на трассу и обращаюсь к Господу, чтобы всё это закончилось без последствий. Я больше не вынесу этой гнусной потасовки с Ковалёвым!
Какой же он мерзкий гаденыш… Как только Бессонов раньше с ним общался? Неужели ни разу не обратил внимание на его поведение и интрижки? Почему этот ублюдок из кожи вон лезет, чтобы добраться до меня? Просто чтобы задеть Кирилла или под его действиями скрывается нечто более грязное?
Сколько вопросов… И ни одного ответа! Это до безумия раздражает, а неопределенность удручает.
— Крошка, как насчёт пива? — спрашивает смутно знакомый на лицо парень, протягивая бутылку пива.
Я заторможено осматриваю его с головы до ног, затем бутылку и снова смотрю в глаза парня.
— Я не пью.
— Любишь что-то позабористее? — хмыкает он.
— Типа того, — неопределенно пожимаю плечами, отвечая холодно.
— Такая красотка и стоишь одна… Не по понятиям, — дергает он бровью.
— Что ты… — неприветливо чертыхнулась, закатывая глаза от неуместного и тупого пикапа. — Слушай, парень, я хочу побыть одна, ладно? Я жду своих друзей, так что на этот вечер у меня есть компания. Проходи мимо.
— Да ладно тебе, красотка. Чем же я так плох, что ты воротишь свой симпатичный носик?
— Ты кадришь девчонку, как девственник-переросток, — раздается за моей спиной, заставляя резко обернуться.
— Э-э… — натянуто улыбаюсь, растерявшись. Ситуация кажется мне странной и несколько смешной, но у меня складывается ощущение, что всё происходит не просто так. — У меня есть парень, так что не тратьте время попусту, ребята.
— Кто знает, красавица. Сегодня парень есть, а завтра — нет, — рассуждает один из них, мерзко ухмыляясь, а у меня от его слов болезненно сжимается сердце.
Не нравится мне их компания…
— Верно, красавица, и такое бывает. Мы тоже можем тебя развлечь и намного веселее чем твой…
— Поосторожнее, красавчик, — перебиваю я наглых прилипал, сложив руки под грудью. — Лучше оставьте меня в покое по-хорошему, потому что Бес не любит попусту трепаться.
— Сама не пойдет? — они переглядываются, тяжело вздыхая.
— Не пойдёт, — соглашается второй.
А едва я открываю рот, один из них отдергивает куртку с лева, показывая запихнутый за ремень не то нож с изящной рукоятью, не то кинжал. Я на несколько секунд впадаю в прострацию.
Я не сразу понимаю, что ситуация серьезная, глупо и слишком громко хмыкая с широкой улыбкой, качая головой от происходящего.
Он это серьезно? Мы что, в девяностых и он решил меня припугнуть? И ради чего так напрягаются?
— Это неудачная шутка, да? — смотрю на странных парней, но они вмиг перестали улыбаться, наблюдая за мной достаточно пристально.
 
— Ты пойдешь с нами.
— Зачем? — негодую я.
— Пожелание Ковалёва, красотка. Лучше обойтись без шума, если не хочешь оказаться дырявой, — парень до боли хватает меня за предплечье, когда я дергаюсь в сторону от страха, ужалившее моё тело.
— Тогда доставай свою зубочистку и махай ею, умник. Я никуда не пойду. А учитывая то, что людей здесь достаточно много, вас сразу же скрутят. Так что будет лучше, если это вы обойдетесь без шума и исчезните. Сейчас же.
— Бесстрашная красотка… Теперь понятно, почему Ковалёв так на тебе помешался, — говорит парень и вытягивает нож, приставив к моему боку лезвие. Я замираю под таким напором. — Шагай. Для тебя же лучше, чтобы ты не дергалась.
Мне не страшно, скорее абсурдная ситуация отключает активность моего тела, в тихом ожидании. Резать меня явно никто не будет, пустые угрозы. Но вот то, что это дружки Ковалёва, догадка о возможном исходе событий кидает в холодный пот и мелкую дрожь. Этого ублюдка как раз-таки я боюсь больше, чем чего-либо.
Оглядываюсь, в надежде наткнуться взглядом на Артёма или Мирослава, возможно на Тимофея или Аню, но я не вижу знакомые лица в беснующейся толпе. Вот же чёрт… Они все словно куда-то исчезли. Неужели я снова здесь одна против всех?
— Шагай, пока можешь сделать это сама, — парень давит рукоятью ножа на мою куртку, которая опасно натягивается, приближая лезвие к моей печени, едва прикрытой одеждой.
Подчиняюсь. Рисковать опасно, я не смогу побороть двух здоровых парней с холодным оружием, не зная, что у них на уме. Но я вкладываю в свой взгляд ярость и презрение, наградив им каждого из них, прежде чем начала движение.
Это им с рук не сойдёт.
Парень с ножом приобнимет меня, держа на прицеле лезвия, а второй скрывает происходящее своим мощным телом, двигаясь в ногу со мной. Они не торопят, аккуратно и даже слишком спокойно выводят меня из толпы, не давая возможности оборачиваться или осматриваться в поисках знакомых лиц.
Но на просторной площадке Живых холмов что-то происходит. Я это ощущаю энергетически, как и оба парня, остановившись. Музыка вдруг утихает, а ошалевшая толпа рванула к старту с шокированными возгласами.
Что-то произошло…
Сердце неспокойной ёкнуло в груди до режущей боли, заставляя меня по инерции обернуться.
— Что случилось? — я оглядываюсь по сторонам. — Что там?!
Мы отошли на расстояние, с которого совершенно не видны гоночные холмы, а переполох у старта начинает обретать громкие возгласы и крики. Слышу, как завелись несколько байков, сорвавшиеся у старта… Это не по правилам, только если… Произошло что-то чрезвычайное, там, на холмах, где находится сейчас Кир.
— Кто-то проиграл, — мерзко улыбается один из парней. — Ставлю на твоего скакуна, красотка. Двигаем, — они хотят продолжить путь, но я словно приросла к земле.
— Убери от меня свои грязные руки, мразь, — прошипела я, оттолкнув одного в грудь, осмелев от ярости и от желания немедля узнать, что произошло на трассе. Но я совсем забыла, что эти ублюдки угрожают мне ножом, который я почувствовала в следующий момент уже у моего горла, как и жесткую хватку на волосах.
Трави… Мерзкие твари!
— Игры кончились. Сядешь в тачку молча или с новой дыркой в теле, — язвительно выплюнул парень, толкая меня в спину, заставляя упасть в руки другого ублюдка.
Что-то щелкает в голове, и я поддаюсь своему инстинкту, вот только непонятно какому, когда неистово пытаюсь вырваться из рук этих мразей.
— Блядь, бешенная сука! — отвернулся один из них, когда я ногтями расцарапала ему лицо до крови.
Он неуклюже растирает кровь по лицу, а в следующий момент я падаю на колени, схватившись за живот. Боль от яростного удара этой сволочи разливается по телу, как горячее железо, плавя органы. Тяжело дышу, шокировано вздернув подбородок, глядя на этого отморозка.