Бунтарка (СИ)

— Могу, особенно если моя девушка провинилась и знатно потрепала мне нервы. Так что теперь твоя очередь исполнять мои маленькие прихоти.
— Твоя девушка? — единственное, что я услышала из его слов и заострила внимание.
— Конечно — моя, — Бессонов опускает руку на мою задницу и резко подтягивает к себе, очень близко и даже тесно.
Я растерянно смотрю на парня, но отчего-то спорить не хочется, когда он любовно ласкает мою щеку своими пальцами. Признаю, его ласки мне приятны и вызывают трепет, но за его жгучим взглядом таится очевидное желание. К сожалению, это меня и пугает, и притягивает. Не могу определиться…
— Моя красивая девочка, — шепчет Кирилл, а его большой палец опускает на мои губы, едва ощутимо нажимая. — Моя бунтарка, — парень улыбается, — моя…
Я резко выдыхаю, несколько шокировано смотря на Бессонова, а он снова прижимается своими губами к моим. В нём испаряется нежность, и поцелуй выходит требовательным, властным и жарким. Он сдергивает с меня кофту, которую я даже не успевая словить, оставаясь в кружевном бра.
Его руки поглаживают мои спину и бедра, а губы опускаются на подбородок, спускаясь волнующей меня дорожкой к шее. Меня простреливает необычайное удовольствие. Глаза против воли закрываются, а с губ срывается едва уловимый стон.
Я ощущаю, как он снова и снова оставляет метки на моей коже, которые уже сейчас багровыми пятнами усеивают шею. И я отпускаю себя, снова признаваясь себе, что мне это нравится. Мне нравится быть в его руках, нравится, что он считает меня своей, нравится, когда так неистово целует…
— Кир… — я хватаю его запястья, когда он расстегивает пуговичку на моих джинсах. — Я не могу.
Он поднимает полыхающий взгляд и буквально пронизывает меня, словно смотрит в самую мою суть.
— Я тебе противен? — задает он странный вопрос.
— Нет. Конечно, нет! Просто я… — отвожу взгляд, отпуская его руки. Мои руки теперь тянутся верх, пытаясь прикрыться. — Я не готова к этому. Ты должен меня понять.
— Я не собираюсь лишать тебя невинности на кухонном столе, — жестко передёргивает он, упрямо смотря в мои глаза. — Но мы можем попробовать стать ближе, попробовать друг друга. Есть масса вещей, которые доставят нам удовольствие, — он шепчет, как настоящий змей искуситель. Чего только стоит, чтобы не поддаться ему!
— Я устала, — меняю тему. — Ты отвезешь меня домой?
— Нет, я же сказал, что сегодня мы останемся вместе, — он водит невидимые узоры по моему плечу, пальцем поддевая лямку от белья. — Можем заняться увлекательным познанием сексуальной жизни, — он лукаво ухмыляется, когда я шлёпаю его по руке.
— Я тебе не дам, мой парень, — фыркаю, отворачиваюсь. Кирилл срывается на смех, такой глубокий и соблазнительный, что я заинтересованно смотрю на него. Почему-то сама поддаюсь, и улыбаюсь.
Красивый, паршивец, до чего же он хорош собой!
— Ты восхитительная, Лиса, — он улыбается и касается моего лба губами. — Хочешь в душ? Я пока расстелю постель и найду интересный фильм.
Киваю. Кирилл подхватывает меня и ставит на пол, позволяя своим рукам лишний раз прикоснуться к моей спине и талии. Он ведет меня в ванную комнату, показывает полотенца и банные принадлежности, оставляет свою футболку.
Когда выходит, оставляя меня одну, я хватаюсь за бортики раковины, смотря на себя в зеркало. Мои глаза лихорадочно блестят, зрачки расширены до передела, а на щеках алый румянец, от которого я ощущаю жар. Срочно нужно охладиться в контрастном душе!
Не теряя времени, включаю воду и скидываю свою одежду, вставая под воду. Тело передергивает от прохлады, но, когда подставляю лицо под воду — становится легче. Беру мужской гель для душа, с необычайным удовольствием нанося на себя его запах. Мне нравится оказаться в окружении его запаха.
Смотрю на шампунь и решаю добить эффект на максимум — мою голову, несмотря на то, что она чистая. Кирилл не пользуется парфюмом, от него всегда пахнет свежестью от душа. Мне это нравится, и я покрываюсь мурашками от собственных чувств, улыбаясь.
 
Надо же… Он правда назвал меня своей девушкой, и я в этот момент ощущаю, как живот крутит в приятной судороге.
Когда по коже веет ветерок, я вслепую нахожу кран и добавляю больше теплой воды. Расслабляюсь после холода и ставлю руку на стену, продолжая подставлять лицо под струи воды. А в следующий момент мой истерический крик сотрясает стены ванной, когда я ощущаю чужое прикосновение.
— Ты в своем уме?! Выйди! Немедленно! — я закрываюсь руками, пища, когда за моей спиной стоит полностью голый парень и прижимается ко мне со спины. — Ненормальный! Выйди-выйди-выйди!
— Тш-ш-ш, зачем же так шуметь, будто я тебя здесь насилую? — он, словно издеваясь, ещё и глупые вопросы задаёт.
— Бессонов, где твой мозг? Я голая! — истерично кричу, едва не прижимаясь к стене. Он крепко меня держит одной рукой за талию, а второй преграждает путь к выходу из душа, уперев её в стену.
— Да, я вижу. Мне нравится, когда ты со мной без одежды, — Кирилл целует меня в плечо, из-за чего я вздрагиваю, откланиваясь и пытаюсь прижаться грудью к стене. Его рука не позволяет отстраниться, наоборот, прижимает меня к себе ближе.
— Что ты вообще вытворяешь… — негодую я. — Это всё неправильно.
— Мы уже были близки. Я хочу напомнить, что тебе не стоит меня бояться. Дыши, Лисичка, не стоит так нервничать, — шепчет парень, а я понимаю, что хватаю ртом воздух, но не дышу.
Стараюсь успокоиться. Но едва я думаю о ситуации, что сейчас мы оба обнаженные и стоим рядом друг с другом — меня трусит от стыда и негодования. Как я должна реагировать?
— Не закрывайся от меня. Ну же, Лисичка, обернись, — шепчет Кирилл и медленно, так осторожно поворачивает меня к себе лицом, словно я бомба и вот-вот сейчас сдетонирую… Хотя, доля правды в этом была. Я готова взорваться от смущения, когда парень смотрит на меня так внимательно и долго.
— Кир… — шепчу я, облизывая губы, и прижимаюсь к его груди так плотно, чтобы он не смог меня разглядывать. Лучше пусть смотрит в глаза, чем жадно поедает моё тело глазами. — Ты очень наглый! — выпаливаю я, раздражаясь, что он загнал меня в угол.
Как я вообще могла не додуматься и закрыть двери?
— Я тебе не нравлюсь? — он склонился надо мной, и так близко наклонился к губам, что одно моё движение и нас будет ждать поцелуй.
— Нравишься, — вздохнула я, словно это самая тяжелая ноша в моей жизни.
— Покажи, насколько, — парень умело хочет меня спровоцировать на тесный контакт. А мне кажется… Что я сейчас поведусь на это всё по своей воле.
Немного поднимаюсь на носочки, и сама накрываю податливые губы парня своими. Целую с жаждой, стараясь передать ему то пламя, которое он во мне умело поджигает. Руками обхватываю широкие плечи, а он опускает свои ладони ниже — схватившись за мою задницу, прижав меня к себе. Я сбиваюсь в поцелуе, когда ощущаю его достоинство, которое упирается мне в низ живота.
Меня сотрясает, когда я смотрю в его лукавые глаза, а он всё также внимателен к моей реакции и, кажется, доволен ею.
— Моя невинная Лисичка, — мне кажется, что он умиляется, когда я опускаю любопытный взгляд вниз, а поднимаю уже ошарашенный. — Тебе нечего бояться. Я тебя не обижу. Доверишься мне?
Я смотрю в его глаза и нахожу там влекущие меня нежность и надежду. Ведомая чувствами, заторможено киваю, ступая совершенно на незнакомую мне ранее дорогу. Хочется ему верить и довериться.
— Но мы же не будем… — тяжело выдыхаю.
— Только когда сама будешь готова. Наставить не буду, но с удовольствием покажу тебе то, что ты так бесцеремонно забыла предыдущей ночью, — Кирилл мягко улыбается, когда я возмущенно соплю. — Подождешь меня в спальне?
Киваю. Парень открывает слишком уж бесшумную дверцу душа и выпускает меня, окидывая многообещающим взглядом. Мои руки немного дрожат, когда я обтираюсь полотенцем и натягиваю на голое тело футболку.
— Вещи оставь, я закину в стирку, — говорит Кирилл, когда тянусь к своим вещам, не зная, что с ними делать. Чёрт, второй раз я в сомнительной ситуации и без запасной одежды. — Согрей для меня постель, Лисичка. Я скоро присоединюсь.