Город опаленных крыльев

Тогда понятно, почему она настолько истощенна. Мэй полетела дальше и увидела бывших членов совета. Здесь был голубиный лорд, который, по всей видимости, оправился от последствий яда – его крылья уже наполовину обросли перьями. Рядом с ним сражался дятловый лорд – к удивлению Мэй, дуэль эти двое вели с канюками. Стоя спиной к спине, Клайд и его отец размахивали длинными клинками, сражаясь с бывшими соратниками.
Было очевидно, что бунтовщики уступали в численности, но их остервенелость, похоже, компенсировала этот недостаток.
– Отдайте нам бескрылого, и мы больше ничего не сожжем! – услышала Мэй пронзительный голос врановой леди, парившей с отрядом своих стражников перед «Пернатым жуликом».
– Ну, так сами его и возьмите! – крикнула в ответ трактирщица, пристально глядя на мать Мэй.
Вранова леди, облаченная в темное боевое обмундирование, выглядела поистине устрашающе. Она рванулась вперед и замахнулась мечом для удара. Мать Луана и бровью не повела: молниеносным движением руки она вытащила из-под своего передника в цветочек кинжал, и клинки с лязгом ударились друг о друга.
Мэй охватил чистый ужас, быстро перерастающий в панику. Мать могла хотеть от Луана только одного. Магию.
И главное, откуда лорды узнали об опорном пункте бунтовщиков? Почему заявились именно сюда? На мгновение в ее воображении возник Риз, но она тут же отбросила эту мысль. Он не был предателем – значить, должно быть другое объяснение.
– Мы должны их остановить, – крикнул Луан, наблюдавший за происходящим с таким же ужасом, как и она. – Прекратите! Немедленно прекратите! Это приказ короля! – Его голос ножом разрезал воздух.
Не сразу, но разъяренные элидорцы остановились. Обливающиеся потом лица повернулись к нему, и на него устремились изумленные взгляды.
– А у короля-то есть крылья, – сказал кто-то, и по толпе прокатился рокот.
Крылья Луана мощно вспыхнули у него за спиной и засияли, словно жидкий солнечный свет. Так ярко, что многим пришлось зажмуриться.
Мать Луана прикрыла рот рукой, а вранова леди ошеломленно распахнула глаза. Но к ней первой вернулось самообладание.
– Схватить его!
Она повелительно указала на Луана, и тут же несколько мужчин с врановым гербом на груди пришли в движение.
Дакс, обнажив оружие, преградил им путь, а вместе с ним и другие бунтовщики. Они выстроились стеной вокруг Луана.
Мэй рванула вперед и резко затормозила перед матерью.
– Что здесь происходит?
– А ты как думаешь? Довожу до конца то, для чего у тебя кишка оказалась тонка, – прошипела вранова леди. – Пока мы все не потеряли возможность летать и город не погиб. – Из ее крыла выпало перо и медленно спланировало на землю.
– Это не его вина, – заверила ее Мэй и умоляюще подняла руки.
– Если ты действительно в это веришь, то ты наивней, чем я думала. – Вранова леди засмеялась. Ее смех был ледяным.
Рот Мэй наполнился желчью.
– Это правда. Посмотри вокруг, и увидишь сама. – Она указала на собравшихся. – Перья выпадают у всех. И у бунтовщиков, и у тарросцев, и у его друзей.
Ее взгляд метнулся к Даксу: словно обезумевший, он размахивал оружием, чтобы сдержать гвардейцев, при этом из его крыльев без конца падали перья.
– Ты просто не понимаешь. – Вранова леди указала на Луана, оборонявшегося магией. – Он – корень всех зол. Предвестник гибели. Это из-за него наш город разваливается.
Мэй сглотнула. Ей следовало раньше поговорить с матерью. Рассказать ей все, чтобы не дошло до такого. Но она слишком боялась признаться ей в том, что она сделала.
– Ты ошибаешься! – крикнула она и услышала в своем собственном голосе отчаяние.
Ее мать покачала головой:
– Нет, Мэй. Если кто здесь и ошибается, так это ты. Я знаю о твоем предательстве. Ты выбросила все, к чему мы шли! Перечеркнула нашу жизнь, уступив все ему!
– Потому что город разрушается! И он нужен нам, чтобы защитить Элидор! – попыталась объяснить Мэй, но мать, похоже, совсем ее не слушала.
– Твой отец не пережил бы позора, если бы знал, что из тебя выросло.
Ее слова ранили Мэй в самое сердце, разбивая его на кусочки. И все же Мэй не сдвинулась с места и упрямо вздернула подбородок. Она больше не позволит собой понукать.
 
– Я сделала то, что было необходимо. Для нас. И для города, – в первый раз в жизни дала она отпор своей матери. – Я видела источник энергии, удерживающий Элидор. Без Луана нам конец. Нравится тебе это или нет.
– Мэй права. – Рядом с ней внезапно появился Риз в сопровождении Бури. Он тоже держал в руках кинжал.
Полные ярости глаза ее матери метали молнии, но ответить она не успела: из Золотого квартала послышался набат, и почти одновременно зазвенел и колокол в Тарросе. Все в ужасе замерли.
Мэй открыла было рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли у нее в горле. От того, что она увидела, у нее перехватило дыхание.
Рядом с часовой башней показался жар-свет, пронесся мимо тлеющих развалин «Пернатого жулика» и, брызгая искрами, стрелой полетел вдоль улицы к кратеру, словно нарочно туда и направлялся, и нырнул внутрь. Паника охватила Мэй, словно лавина, погребая под собой все остальные чувства. Она забыла и свою мать, и сражающихся, и свою усталость.
Мало ли что случится, если жар-свет столкнется с магическом шаром в недрах города? Вдруг это вызовет такую же реакцию, как недавно прикосновение Луана? А ведь там все сплошь покрыто деревом – огонь распространится моментально!
Тарросцы, до этого, видимо, прятавшиеся от уличных сражений, начали вылетать из своих домов и подниматься в воздух.
Мэй вышла из ступора, усилием воли переборов удушающий страх. Эмоции сейчас только мешали. Она повернулась к матери Луана, которая после стычки с врановой леди молча парила рядом с ними и наблюдала за происходящим.
– Нужно организовать цепочку для тушения пожара. Каждый, кто может нести воду, должен помочь. Это наш единственный шанс.
Трактирщица не колебалась, повернулась к своим людям и пролаяла указания.
Гвардейцы, опустив оружие, тоже приблизились. А вместе с ними и лорды.
– Я знаю, что ты мне не доверяешь и никогда меня не простишь, – сказала Мэй своей матери. – Но то, что здесь происходит, важнее всего. Важнее тебя, нашей семьи, нашей репутации. Это вопрос жизни и смерти. Если мы сейчас не объединим усилия, скоро нам будет не о чем спорить – не будет уже ни города, ни магии. Ни нас.
Вранова леди сощурилась, словно обдумывая слова Мэй. Ее взгляд скользнул по обрушившимся домам к разлому и обратно к дочери. Поджав губы в узкую черточку, она неохотно кивнула.
Луан
С мгновенье Луан растерянно смотрел вслед исчезнувшему в разломе жар-свету. Гнетущую усталость, от которой он только что чуть не падал с ног, как рукой сняло. Все, что он чувствовал, – это страх. Страх за Мэй, за свою мать, за своих друзей… за весь Элидор. Если жарсвет найдет шар и врежется в него, последующее за этим столкновение землетрясение может уничтожить весь город. Просто разорвать его пополам. А если жар-свет ограничится тем, что пройдется по стенам гнезда, в катакомбах может вспыхнуть такой пожар, что, чего доброго, спалит половину города.
Адреналин понесся по телу, и заряд энергии усилил его ослабшие крылья. Боковым зрением он увидел Мэй – она раздавала указания.
Вот и хорошо.
Если кто и мог организовать жителей города, то это она. А он должен целиком и полностью сосредоточиться на жар-свете.
Без колебаний Луан помчался обратно в Золотой квартал, спрыгнул с края разлома и спланировал вниз.
Оказавшись на месте, он, увидел, что худшего не случилось. Магия продолжала спокойно теплиться в шаре, непохоже, чтобы жар-свет со всего размаху на него наскочил. Луан огляделся, высматривая угрозу, но нигде ее не обнаружил. Зато некоторые ветки занялись огнем, и языки пламени уже протягивались к новым жертвам.
Он удивленно наморщил лоб.
Сверху пикировал Дакс. В руках у он тащил тяжелое ведро. Следом за ним летели еще элидорцы, расплескивая из сосудов воду. Мэй все устроила. Луан указал в направлении огня, и ястреб незамедлительно его потушил.