Город опаленных крыльев

– Как он связан с бунтовщиками?
Он и словом об этом не обмолвился. И теперь Мэй гадала, не было ли это все его изначальным планом, а ключ – лишь уловкой.
– Этого мы пока не знаем. Но он, несомненно, им что-то пообещал. – Мать осторожно потеребила ниточку своего брючного костюма кончиками пальцев и выжидающе уставилась на Мэй. – Как это возможно, что за время ваших с ним тренировок ты ничего не заподозрила о его планах?
Мэй этот вопрос тоже не давал покоя. К горлу подступала горькая кислота. Предотвратить переход магии к бескрылому у нее не было шансов, но ведь предугадать его ход она могла! Должна была предугадать.
– Не было никаких признаков.
Словно сама по себе, ее рука скользнула в карман штанов и сжала маленькую шахматную фигурку. Мэй пообещала Орасу присматривать за городом. Но ей не удалось этого сделать, и даже думать не хотелось о том, что бескрылый будет творить дальше.
Мать поджала губы и одарила Мэй недовольным взглядом. Она снова почувствовала себя маленькой девочкой, которая недостаточно хорошо выполнила свое задание, хотя и старалась изо всех сил. Мэй невольно съежилась.
– Лорды теряют к нам доверие. – Вранова леди резко опустила бокал на стол, тот опасно звякнул, и вино в нем закачалось из стороны в сторону. – Тебе надо постараться, иначе мы потеряем весь престиж, который приобрели за последние годы.
В горле у Мэй набух комок. Она знала, как важна для матери была ее победа в играх богов. Лишь так они смогли восстановить хорошее имя семьи, которое прилично пострадало во времена жизни деда Мэй. Старый врановый лорд проиграл семейное состояние и стал посмешищем.
В гостиную прошмыгнул крючконосый слуга и протянул врановой леди письмо, запечатанное королевским гербом.
Желудок Мэй, чуя неладное, болезненно сжался.
Мать кончиками пальцев осторожно открыла конверт, словно опасаясь, что он отравлен, и наморщила лоб.
– Этот проклятый ублюдок, – в конце концов злобно прорычала она, встала и резко сунула листок в руки Мэй.
Мэй пробежала взглядом по записке. Снова и снова перечитывала эти несколько строк, пока до нее, наконец, не дошел их смысл.
«Завтра в четыре часа пополудни я сделаю в тронном зале важное объявление. Присутствовать на нем или нет – решать Вам. Однако, если Вы заинтересованы в том, чтобы случаи выпадения перьев перестали расти, настоятельно рекомендую Вам принять участие в собрании.
Король Луан».
Мать одним глотком опрокинула остатки вина и беспокойно закружила перед камином.
– Как ты думаешь, что он задумал? – спросила Мэй надтреснутым голосом.
Она не ожидала, что после захвата власти он будет сидеть сложа руки, но и не рассчитывала на такие скорые действия.
– Наверняка ничего хорошего.
Вранова леди снова взяла письмо и, перечитав его еще раз, швырнула в огонь.
С мрачным выражением лица она наблюдала за тем, как бумага, съеживаясь по краям, превратилась за несколько секунд в пепел и дым.
– Мы должны продумать наши следующие шаги.
Потирая виски, она повернулась и остановилась перед семейным портретом, уже давно прикрытым куском черной материи.
– Твой отец знал бы, что делать, – тихо сказала она.
В этих словах Мэй услышала боль. Ту самую скорбь, от которой спустя все эти годы ее собственное сердце все еще обливалось кровью.
Мэй встала и подошла к матери. На картине ее отец, гордо расправив свои сойкины крылья с сине-черным узором, обвивал ими свою семью, словно желая защитить их от любых невзгод. Его темно-синие, как ночное небо, глаза, такие же, как у Мэй, с любовью смотрели на жену, чьи вороновы гены унаследовала Мэй.
Сама она стояла посередине, родители положили руки ей на плечи, и она улыбалась до ушей, демонстрируя дырку на месте выпавшего зуба.
Мать подняла руку, словно хотела прикоснуться к полотну, но на полпути опустила ее.
– Он бы в гробу перевернулся, если бы узнал, что творится с городом, – пробормотала она.
Несмотря на то, что Мэй едва держалась на ногах от усталости, в ней опять проснулась решительность:
– Я выясню, что задумал бескрылый.
 
Вранова леди задумчиво кивнула и посмотрела Мэй в глаза:
– Нам нужна информация, чтобы подготовить ответный удар. В этот раз от тебя ничего не должно ускользнуть.
– Я сделаю все, что в моих силах, – заверила Мэй и еще крепче сжала маленькую шахматную фигурку.
  
Глава 12. Мэй
 
Мэй не знала, что ожидала увидеть во дворце на следующее утро, но точно не ожидала, что все будет выглядеть как всегда. Стражники стояли у дверей, летали над строениями, придворные дамы возбужденно переговаривались вполголоса, а вокруг, заливаясь громким смехом, порхали дети. Лишь присмотревшись, можно было заметить пращи на поясе у некоторых стражников. Оружие бунтовщиков. Более дешевое, чем лук и стрелы, но не менее смертоносное, если уметь с ним обращаться.
Ее никто не останавливал, и она полетела в свои палаты.
К ее удивлению, в ее кресле, скрестив ноги, сидел Риз.
– Что ты тут делаешь?
– И я тоже рад тебя видеть. – Он криво усмехнулся и зевнул. – Думаю, никому хуже не станет, если я расскажу тебе о том, что выяснил прошлой ночью.
Он был одет в невзрачную крестьянскую куртку, дырявые штаны и заляпанные сапоги, с которых на ковер Мэй осыпались комки земли.
С дурным предчувствием она уселась напротив него.
– Как пепельные воители?
– Все в добром здравии. Нужно лишь подождать, пока они проспятся после отравления. Тебе повезло, что ты не так много вдохнула. – Он наклонился вперед и с беспокойством оглядел ее. – Как ты себя чувствуешь?
Мэй проспала свой утренний полет и проснулась только потому, что ее разбудил крючконосый слуга матери. Ее кости еще немного ломило от усталости, но это обстоятельство не помешает ей отплатить бескрылому за его выходку.
– Я в строю.
– Другого я от тебя и не ожидал, – ободряюще улыбнулся Риз.
– Что ты узнал?
– Каждого, кто обладает рангом и именем, пригласили на сегодняшнее собрание. В числе гостей даже некоторые из наиболее преуспевающих купцов. Бескрылый планирует что-то серьезное, в этом нет никаких сомнений. К тому же вчера вечером по всему городу якобы свидетели трезвонили о его грандиозной битве с жар-светом. Его популярность среди горожан возросла. Его теперь все чаще величают «королем Луаном», а не просто «бескрылым».
Мэй показалось, что в голосе Риза сквозило восхищение. Признаться, оно и сама не могла не оценить блестящего хода бескрылого, благодаря которому он заручился поддержкой и доверием горожан. Наверняка в Элидоре только об этом и говорили, приукрашивая и дополняя историю новыми подробностями, и каждый старался превзойти в своем изложении другого. Бескрылый же представал лучезарным героем, спасителем, который одержал славную победу над своим первым жар-светом, не получив при этом ни единой царапины.
Мэй сцепила пальцы:
– Совету остается только сделать хорошую мину при плохой игре. Если они начнут без доказательств обвинять его, они лишь подорвут доверие к себе.
– Так и есть. Думаю, дедушка предложит усыпить его бдительность, пока мы разработаем план действий.
Это будет непросто.
– Тогда мне явно лучше поспешить и выведать что-нибудь полезное.
– Нара как раз выясняет у других слуг, где сейчас находится бескрылый, – сказал Риз и пронзительно посмотрел на нее своими темно-зелеными, как мох, глазами. – Береги себя. Уверен, он на все способен.
Не он один был в этом уверен.
– Я постараюсь, – пообещала она.
Риз сцепил пальцы:
– Ты все еще помнишь наш тайник?
– Как я могу забыть?
Раньше они часто прятали тайные послания под корой одного дерева.
– Если что-то пойдет не так, то мы опять им воспользуемся, ладно?
Мэй энергично кивнула, хотя и надеялась, что все пройдет гладко.
В этот момент открылась дверь, и вошла Нара. Перья ее были взъерошены. Она едва заметно поклонилась.