Город опаленных крыльев

– Только не говорите мне, что я лез в портшез ради какого-то старого пера, – сказал бескрылый скучающим голосом и провел пальцем по алмазной дорожке, украшающий саркофаг.
– Проявите уважение. Это священное место.
– Да-да, знаю. – Он с легким нетерпением взмахнул рукой. – Но что мы здесь делаем?
Мэй сделала глубокий вдох. С тех пор как ей пришлось вернуть ему ключ, она не сомкнула глаз, ночи напролет глядя в потолок, размышляла, как же ей теперь уговорить его тренироваться. Правда, он, на удивление, будто и сам вдруг осознал эту необходимость. Его мотивация оставляла желать лучшего, но хоть сколько-то им удалось продвинуться. Теперь она должна была показать бескрылому другие компоненты передачи магии, и ей пришла в голову идея отправиться с ним в храм. К тому же она надеялась, что сможет привить ему чуточку благоговения перед божественной мощью, займет его работой и удовлетворит его любопытство – чтобы он прекратил свои регулярные одиночные прогулки по дворцу.
– Здесь хранятся несколько трактатов о магии, которые я бы хотела показать вам. – Она указала на заднюю часть храма, где находилось несколько хранителей. – После вас, – сказала она, чтобы не выпускать его из виду.
Да, у дверей храма стояли стражники, а внутри находилось более трех десятков хранителей, и все же Мэй ни на грош не доверяла бескрылому. Кто знает, что еще он может выкинуть.
Бескрылый безропотно последовал ее указанию и пошел вперед, петляя меж рядов молящихся.
Над головой Мэй изгибался золотой купол, самую верхушку которого составлял сложный хрустальный узор, сливающийся в изображение солнца, лучи которого, словно вены, протягивались по металлу. Сквозь него проникал свет и отбрасывал яркие точки на бесчисленные портреты на стенах, на которых были изображены короли и королевы Элидора. К нижнему краю рамы каждого портрета крепилось маховое перо владыки. У изображения короля Ораса Мэй остановилась почти что против своей воли. Портрет был сделан мастерски: прямой нос, кустистые брови и кудри – Орас был совсем как живой, казалось, он сейчас сойдет с полотна и подмигнет Мэй. Он часто так делал: и во время утомительных заседаний совета, на которых небесные князья спорили друг с другом, и на банкетах или просто пролетая мимо.
– Тяжело, наверное, потерять друга.
Бескрылый остановился рядом с Мэй, рассматривая изображения владык.
– Да. – Она едва могла сдержать дрожь в голосе. На сердце стало тяжело от переполняющей его скорби, которой не было места в ее мире. – Я все время думаю, где он сейчас?
– Сидит в гнезде Солнечного Орла, вместе с предыдущими королями и королевами Элидора, и смотрит на вас сверху.
– Вы действительно в это верите?
– Нет. Но мне нравится думать, что есть что-то еще. Где-то еще. За пределами нашего воображения.
Мэй подумала о своем отце. Вспомнила это чувство, будто он совсем рядом, которое охватывает ее, когда она стремительно пикирует с высоты. Возможно, легенды, истории верховных жрецов о жизни после смерти были правдивы. А может быть, они всего лишь отражали желание оставшихся, их надежду когда-нибудь вновь увидеть своих любимых.
Внезапно Мэй отчетливо ощутила присутствие бескрылого рядом с собой, тепло магии, источаемое его кожей и овевающее ее, словно безмолвное утешение.
Она поспешно сделала шаг в сторону, чтобы увеличить дистанцию между ними. Он заметил это – не мог не заметить – но даже бровью не повел, а направил свое внимание на другие картины.
Не будь он таким мерзавцем, который из-за какого-то ключа готов наслать на элидорцев проклятье, Мэй, возможно, почувствовала бы укол совести.
Тут ей снова вспомнились слова Риза о том, что бескрылый мог и украсть магию.
– Вы знали Ораса? – спросила она, надеясь выведать побольше и скрыть за равнодушным тоном свою недавнюю реакцию.
– Разумеется. – Он сунул руки в карманы штанов и прошагал вдоль ряда портретов. Мэй в очередной раз отметила про себя, что из всего изобилия роскошных нарядов, которыми заполнен его гардероб, бескрылый всегда выбирает самый простой. – Он был королем. Все его знали.
 
– Я не это имею в виду. – Мэй медленно последовала за ним.
Он обернулся к ней и, прищурившись, уставился на нее:
– На что это вы намекаете?
Мэй с удовольствием спросила бы его напрямую: присвоил он себе магию нечестным путем или нет. Только вот вряд ли он скажет ей правду. Чтобы хоть что-нибудь выяснить, действовать надо было изобретательней.
– Ведь могло же случиться такое, что вы когда-то встречались с ним лично, – объяснила она и, бросив печальный взгляд на оставшийся позади портрет, вновь обратила внимание на бескрылого.
На его лице промелькнуло загадочное выражение.
– Я всего лишь бескрылый, принцесса. Если хотите с кем-нибудь о нем поговорить, вам следует обратиться к своим благородным друзьям, которые постоянно находились в его обществе. И вообще, я думал, мы сюда по важному дело, а не языком трепать.
Он был прав. И хотя недоверие Мэй ничуть не развеялось, она поспешила к обитому металлом сундуку, который стоял рядом с портретом первого владыки Элидора. За его спиной возвышались черные сорочьи крылья с белыми кончиками, а его колючие голубые глаза пронизывали насквозь. Словно он хотел напомнить ей о ее долге.
В конце концов, какая разница, украл бескрылый магию или нет – теперь он обладал ею и должен был научиться с ней обращаться. Все остальное не имело значения. Мэй склонилась над сундуком, в крышке которого располагались восемь маленьких колесиков с цифрами. Мэй выставила верную комбинацию. Бескрылый с любопытством приблизился, и она поспешила прикрыть циферки крыльями. Чем меньше он знает, тем лучше.
Раздался тихий щелчок, за которым последовали треск и скрип, словно в ларце начали ворочаться несколько шестеренок. Крышка подскочила вверх, открывая взору каменную шкатулку, внутри которой лежало несколько книг.
Мэй вытащила потрепанный трактат. По засаленной обложке тянулись три глубокие царапины, и один уголок слегка обуглился.
Боковым зрением она заметила, что бескрылый пристально смотрит на нее.
– Эта книга освободит меня от ужасных дыхательных упражнений?
– Тут я вынуждена вас разочаровать. – Мэй повернулась к нему, и уголки ее рта дрогнули. – Для того, чтобы передать магию, вам нужно не только ее контролировать, но еще и знать ритуал. Он записан здесь. – Она с любовью провела рукой по потрепанному корешку книги.
– И что я должен для этого сделать?
– Всего лишь выучить наизусть заклинания.
В этот момент, не дав Мэй опомниться, он выхватил у нее из рук книгу и так ловко развернулся вокруг своей оси, что она уже не могла до нее дотянуться.
– Будьте осторожны. Это единственный экземпляр. Прочесть текст вы все равно не сможете, он написан на древнем языке.
Лишь немногие владели языком богов, и Мэй была одной из них.
Бескрылый наморщил лоб, перелистывая страницы.
– Если я выучу слова, смогу я передать магию преемнику, когда умру? – В его голосе сквозила странная нотка, которая Мэй не понравилась.
– Да, именно. – Она протянула руку к книге.
Он задержался взглядом на одной странице, а после с хитрой улыбкой поднял глаза.
– Если так, то я и слышать об этом ничего не желаю.
Он захлопнул книгу и швырнул ее по направлению к Мэй.
Она поймала книгу и сверкнула глазами на бескрылого.
– Почему?
– Разве это не очевидно? – Он театрально закатил глаза. – Это страховка моей жизни.
Мэй недоверчиво посмотрела на него. Неужели он это всерьез? Ведь так он намеренно подвергает город опасности: если он свалится с крыши, или выпадет из окна и разобьется, он не сможет никому передать магическую силу.
– И знаете что, принцесса?
Мэй лихорадочно соображала, как же его переубедить.
Он подошел к ней и понизил голос, словно собирался поделиться секретом:
– До тех пор, пока я не выучу ритуал, вы должны за мной присматривать. Из-за магии, сами понимаете.