Золотой Дракон (СИ)

В волчьем облике поймала тощего несчастного зайца. Сгрызла и побежала дальше. Время, время… Тело едва начало восстанавливаться, даже возможностей оборотня не хватало, чтобы заживлять раны в условиях непрерывного движения, без нормального отдыха и пищи.
Отлежаться бы… да нельзя. В столице беда. Смертельной угрозы я больше не чувствую — она пропала, когда… вместе с Тарриэлем. И шрамом с моей руки. Но что-то осталось — давящее, угнетающее. Я должна быть там как можно скорее.
Ещё одна ночь непрерывного движения. Бежать днём я не рисковала. Здесь не водятся волки. В поросших лесом низких и холодных горах хозяйничают крупные кошки с белым мехом и бесшумным шагом. Я обхожу их стороной, едва лишь натыкаюсь на следы или улавливаю запах. Это обычные звери, но сильные и гордые — каждый из них будет биться за свою территорию… даже и с оборотнем.
Я думаю. Постоянно. Не позволяя волчице забрать власть над нашим общим сейчас телом, не позволяю человеку скатиться в чёрную тоску и мысли о том, чего нет, и никогда не было. Я вспоминаю лицо своей дочери. Настоящее, не то, что видят окружающие. То, какой она была раньше, пока не стала магом иллюзий. Сейчас у Рады (я называла её только этой, человеческой половиной имени) просыпается дар мага огня. Наследство её отца.
Я вспоминаю свой дом и лавку. Я вспоминаю лица моих друзей. И того, кто неожиданно занял место среди них… десять лет назад. Оррон — сын Ота, брат Хортивого, первый ученик Странника. Новый вожак стаи с того момента, когда От впервые был побеждён в поединке.
Я думаю… и едва не пропускаю момент, когда пересекаю границу нейтральной территории. Резкий запах хозяйской метки бьёт в ноздри.
Рык потревоженной кошки оглушителен. А я устала… и раны взрываются болью, когда тело резким прыжком уходит от клыков хозяина территории. Уходит… слишком медленно и неуклюже. Когтистая лапа пропарывает бок. Изворачиваюсь, чтобы вцепиться в горло. Кошка быстрее. Цепляю только плечо… и рычащий клубок катится по снегу, щедро рассыпая алые капли.
Тар
Уже два дня тянется их… заключение в гостевых покоях императорского дворца. Королева ни на миг не оставляет мужа, который не приходит в сознание. С того самого часа, как Странник доставил во дворец два полутрупа… первым был сам император — грязный, оборванный и заросший.
Второй находится на попечении самого Странника, никого близко к нему не подпускающего. Кто он такой, Тар так и не выяснила. Как и то, почему Странник старательно её избегает. С Ирисом же он разговаривает! На бегу… За пределами покоев больного… Нервно и немногосложно… И всё-таки!
Вообще, героические свершения как-то плавно перетекли в тоскливые будни.
Вот если бы в Даннор прибыл Хенно… лекарь, конечно, смог бы во всём разобраться. И не оттолкнул бы её — успевшую осознать свою никому-ненужность. Ирис ухитряется как-то покидать дворец и постоянно пропадает в городе. Рада с Мираэлем заперты по отдельности…
Сидя на подоконнике и глядя в ночное небо, девушка активно себя жалела. С каждой минутой получалось всё проникновеннее и убедительнее. Вспомнив об одном маленьком зелёном гоблине, Тар всхлипнула. И плотину прорвало… В ход пошла и обида на Ириса (за всё, что этот… ушастый сделал, сказал, подумал или не подумал…) и тревога за него же, и беспокойство за друзей, и осознание собственного сомнительного положения во дворце…
В общем, появившийся за окном демон обнаружил дочь, ревущую в три ручья у этого самого распахнутого в ночь окна. Кай осторожно перелез через подоконник и обнял девушку. Тар уткнулась в отцовскую рубашку, не решаясь посмотреть ему в глаза. А Кай уже обнаружил её крылья… На редкость недружелюбное лицо демона вдруг просияло. Такого подарка от судьбы он не ожидал.
Мир
— Как жрецу удалось получить такого… необычного союзника?
— Я не была ему союзником.
— И всё же… мама?
— Он пробрался в мои покои, когда император исчез. И предложил сохранить мне жизнь после захвата им и его союзниками империи. Предложение стать его женой было весьма лестно для меня. — Язвительно улыбнулась королева.
  
— Жрецу хватило наглости…
— Это могло быть проявлением ума. Без меня им не удалось бы удержать трон после смерти законных правителей.
— Вот как?
— Как видишь, завоевать его доверие было не сложно. Я намеревалась сорвать ритуал на пике магии и направить весь поток в его тело. Если бы мне не помешали…
— Эта девушка хотела спасти нас и погибла!
— Эта девушка подвергла нас всех страшной опасности и зря потеряла самое ценное, чем обладала. — Отмахнулась Эльнираэль. — Позволь теперь рассказать, для чего я к тебе пришла.
— Отец? — побледнел принц.
— Император жив и чувствует себя много лучше. Иначе я не оставила бы его.
— Благодарю. — Мир холодно поклонился.
Королева кивнула и прошлась по комнате, неодобрительно взглянув на небрежно застеленную постель.
Принц проводил её равнодушным взглядом, хотя чувствовал тревогу и раздражение. Мать явно собиралась сообщить ему что-то неприятное и подбирала слова, что на неё было совершенно непохоже.
— Тебе известно о событиях в Озёрном? — спросила она наконец, остановившись и в упор посмотрев на сына.
— В какой-то степени.
— Твои информаторы не слишком расторопны? — Эльнираэль одним изгибом брови выразила презрение к созданной трудами императора и (частично) его сына шпионской сети.
— Возможно. — Пожал плечами Мир. Расторопны. Только в последнее время в его покои даже мыши не проскользнуть. Вся стража заменена на эльфов, просто неспособных нарушить приказ своей королевы. А тайные ходы замурованы магией… её же стараниями. — Так что же там произошло?
Королева рассказала. Про затопленный город, спасённых доблестными магами (как они там оказались?) жителей, перенесённых прямиком в Даннор…
Мир терпеливо ждал, пока она перейдёт к цели своего визита. Некоторые подозрения по поводу личностей этих «доблестных магов» у него уже были.
— … строительство новой городской стороны уже началось, маги Академии прилагают все силы, чтобы большая часть домов была готова к торжествам.
— Торжествам?
— Твоя свадьба с младшей принцессой Югории состоится через месяц. Переговоры завершены, осталось назначить точный день и подписать договор. До того момента всё будет держаться в тайне — как и раньше.
— Моё мнение тебя не интересует? — спокойно уточнил принц.
— Ты уже доказал, что неспособен к принятию таких решений. — Отрезала королева.
— Я всадник, а не только принц. И я уже не ребёнок…
— Ты полуэльф и человеческие представления о возрасте в данном случае не применимы. Всадники же — одна из легенд нашего мира. Ею и останутся.
Мир фыркнул.
— Такая же легенда, как история любви человеческой военачальницы и эльфийского принца? Его тело так и не смогли унести от подножия её памятника? Сколько ещё дней ты сможешь удерживать площадь закрытой для всех?
— Это всего лишь магия. Мерзкая магия этих зверей… И она будет разрушена. — Зло сверкнула глазами Эльнираэль. — Ни одна из этих женщин не приблизится к представителю моего рода. Никогда!
— И ради этого ты пожертвовала жизнью брата? Только для того, чтобы он не мог соединиться с возлюбленной? Насколько велика твоя эльфийская гордыня? — вызверился принц, невольно копируя интонации и выражение лица своего отца. Такого, каким он был когда-то.
Эльнираэль невольно отшатнулась, ей почудилось, что за спиной Людвига появились тени вора, эльфа и ведьмы. Словно рука легла на плечо императора, и холодный пристальный взгляд волчьих глаз сверкнул из-под тёмных ресниц. Снова… Даже смерть врагини не избавила королеву от страха, что она вернётся. Пусть даже не в собственном облике, а переродившись в свою внучку или правнучку. И снова заберёт самое близкое существо…
Нет. Просто почудилось — поняла она через мгновение. Перед королевой стоял не муж её, а сын. И никого не было рядом с ним.