Что такое Израиль
В ней жил св. Харитон, а по одной из легенд, здесь царь Давид скрывался от Саула. Во время налета сельджуков в 1139 году здесь нашли убежище христиане Текоа. Русско-израильский писатель Эли Люксембург вывел это место в своем мистическом детективе «Десятый голод» под названием «Кровавой пещеры». Его герой выходит из нее, преодолев под землей несколько тысяч километров, от самой Бухары, и испытав множество всяческих приключений.
Третий (второй по хронологии) монастырь был основан св. Харитоном в горах над Иерихоном, там, где стояла хасмонейская крепость Дагон (та самая, на стенах которой Птолемей пытал свою тещу, мать Иоанна Гиркана). Туда можно попасть по дороге Абу-Джордж, улучшенной Глабб-пашой и асфальтированной (она идет через Тайбе). Она ведет к источнику Эйн-Дюк, хранящему название лавры и крепости. Родник бьет в долине Нуэма, по которой носятся табуны диких ослов и армейские джипы. Вода низвергается в глубокую бетонную купальню, стоящую в роскошном саду армянского кафе «Севан». В купальне всегда много местных темнокожих жителей – потомков суданцев, привезенных Мухаммадом Али-пашой в XIX веке.
Можно пройти вверх по акведуку, пересечь глубокое и узкое вади – тут акведук разрушен, – и с другой стороны вы увидите бьющие из земли источники. Они образуют маленькое озерцо кристально чистой воды глубиной по колено. Лечь и полежать в этом озерке, глотая его воду, – такое блаженство, что можно понять монахов Дуки.
Недалеко от Дуки находится прилипший к обрыву монастырь Каранталь, бывший в древности «филиалом» лавры. На этом месте Иисус постился 40 дней – в память 40 дней Моисея на горе Синай, – и здесь Сатана трижды искушал Его. Иисус не поддался искушению (Матф. 4:1). В церкви монастыря есть камень, на котором, согласно традиции, сидел и постился Христос. В наши дни туда можно подняться на фуникулере от древнего кургана Иерихона.
Монахи освоили всю пустыню окрест и превратили ее в лавру, систему обителей, церквей и келий. Так возникли монастыри и церкви на Масаде и в руинах Гиркании. В Хан-эль-Ахмаре появился монастырь Св. Евфимия, на вершине Джабаль-эль-Мунтар – обитель Св. Евдокии. «Город-пустынь» – так назвал возникшее созвездие монастырей современный исследователь. В Святой земле в те времена кипело религиозное творчество, и, конечно, не только в пустыне.
В Кесарии, тогдашней столице Святой земли, обосновались Ориген и Евсевий, в Вифлееме поселился блаженный Иероним, а блаженный Иоанн Мосх исходил все монастыри и оставил нам поучительный рассказ о жизни их насельников.
Самый огромный и пышный монастырь – Св. Мартирия – находится прямо посреди нового еврейского поселения Маале-Адумим (там сохранился огромный мозаичный пол, колонны, стены). Самый удаленный и труднодоступный – монастырь Преподобного Феоктиста в расселине Мукаллик, на старом пути пилигримов между Хан-эль-Ахмаром и долиной Гиркании. Пещера, в которой находилась эта лавра, высечена в крутой стене каньона; мимо идет по краю пропасти узкая тропа, не вполне безопасная.
В руинах монастырей видны следы работы кладоискателей. «Медный свиток» из Кумрана содержит немало указаний типа: «В крепости в долине Ахор сорок локтей под ступенями, ведущими к востоку: сундук с деньгами, и его содержимое: семнадцать талантов» (Амусин), которые подходят ко многим руинам. Клада так и не удалось найти.
Монахи использовали прославленную византийскую и набатейскую системы сохранения воды для ведения сельского хозяйства. Они не ставили себе таких амбициозных задач, как Ирод в Масаде, но хотели разводить овощи и фрукты для пропитания. Это у них получалось. Даже малые монастыри умели полностью использовать влагу зимних потоков. Так, недавно был раскопан сохранившийся целиком монастырь IV века «в среднем течении» долины Аругот, в Шааб-ад-Дейре, неподалеку от уже известного нам села Бани-Наим (где находится гробница Лота). Этот монастырь располагается на перекрестке троп, соединяющих Эйн-Геди с Вифлеемом и Хевроном, в узкой расселине, куда монахи смогли направить воду из вади, где вырыли водосборник, посадили сад, перегородив каньон плотиной – чтобы землю не смывало потоками. Ямы для воды сохранились и по сей день (Бир-ад-Дейр). И вообще, это трогательное место: там можно увидеть хорошо сохранившуюся мозаику, часовню в нерукотворной пещере, давильню, акведуки. Песок сохранил его от гибели. Археологи посадили там смоковницу и оливу.
Внушительные системы, предназначенные для использования воды долин, можно найти возле Карм-ас-Самры, на пересечении дороги, идущей по долине Гиркании от Вади-Абу-Шаале, неподалеку от водосборника Бир-Абу-Шаале. И у него примостился монастырь Сефалоника. Живой и прекрасный монастырь стоит и по сей день в теснине Кедрона, Вади-эль-Нар (Огненном). Это Марсаба, о которой Бунин писал: «Преподобный Савва избрал для своей обители страшную долину Огненную, нагую, мертвую теснину в Пустыне Иудейской». Эта обитель поражает, когда после долгого спуска по крутой дороге видишь ее голубые купола в расселине Кедрона. Вход в нее – маленькая дверь в огромной стене, которая могла выдержать – и выдерживала – налеты бедуинов, страсть как любивших грабить монастыри.
Женщин и всякую тварь женского полу – козу или овечку – не пускают в узкие ворота, и они могут заглянуть внутрь с высот башни, стоящей возле ворот. Савва Освященный не допустил в монастырь даже свою мать, и она поселилась в малой келье возле стен лавры и прожила там долгих семнадцать лет. В огромном монастыре – часовня со святыми мощами Саввы Освященного и пещера с черепами монахов, как и в других монастырях.
Византия обеспечивала в целом гуманный режим и покровительство меньшинствам и провинциям. К Палестине – Святой земле – в христианской империи отношение было особенно хорошее. Византия – Восточная Римская империя, – в отличие от своей предшественницы Римской империи, была страной одной культуры, культуры Восточного Средиземноморья, сплава эллинизма и восточных традиций, окрашенных православием. Гибель Византии не была неизбежной, и позднее ее восстановили турки. Ее присутствие в Палестине отражало реальность: Побережье, Долины и отчасти Самария связаны с Средиземноморьем не меньше, чем с аравийским тылом.
От той замечательной поры нам осталась в наследство одна из моих любимых книг, написанных в Святой земле, «Луг духовный» блаженного Иоанна Мосха. Она создана в последние годы христианской Святой земли. Это сборник рассказов о монахах, святых отцах, которые стремились к Богу трудным путем аскезы. Ее чтение доставляет такое же наслаждение, как весенний цветущий луг в горах под Иерусалимом, и подтверждает, что религиозное творчество Святой земли не прекратилось с завершением евангельского канона. Книга посвящена Софронию, ученику Иоанна Мосха, который впоследствии стал патриархом и встретил хлебом и солью халифа Омара.
Монастыри Сорокадневия (Каранталь), Саввы Освященного (Марсаба), Фаранская лавра (Эйн-Фара) были восстановлены в конце XIX века усилиями России, преемницы Византии. Большая часть воссозданных церквей и монастырей осталась в ведении Иерусалимской православной церкви: колодезь Иаковлев, Марсаба, Каранталь, монастырь Преподобного Георгия Хозевита (Мар-Джарис) и другие. Русские храмы и обители к западу от «зеленой черты» подвластны патриарху Московскому и всея Руси, а к востоку от нее – эмигрантской, «белой» Русской зарубежной церкви. В наше время близок к завершению процесс объединения церквей.
Русский монастырь Св. Харитона (Фаранская лавра) был отстроен в XIX веке, потом обезлюдел, старые и новые развалины смешались, уничтожая историческую перспективу. Но в наши дни монастырь снова ожил, в нем появились насельники. Чтобы посетить его, нужно заранее связаться с настоятельницей Элеонского монастыря Русской зарубежной церкви. А окрестности монастыря стали национальным парком.
Вади, в котором находится источник Эйн-Фара, – одно из самых привлекательных в Святой земле, и спускающемуся по его руслу открываются источники, акведуки и монастыри – как в сказке. К востоку от Эйн-Фары бьют два мелких родника – Эйн-Фаджера и Эйн-Джумеса, образующие естественную купальню. Далее, при слиянии Вади-Эйн-Фары с Вади-Сувенит, рвутся на волю источники Эйн-Фауар, подпорченные цивилизацией и заключенные в бетонный бассейн. Ниже бассейна они продолжают течь вниз через заросли приятной прохладной речкой. Она скудеет к лету, но в бассейне всегда есть вода. Из бассейна выходит бетонный акведук, слегка модернизованная версия древнего водовода. Древний вел к Кипросу, хасмонейско-иродианской крепости над Иерихоном (где был утоплен Ионафан, брат Мариамны), современный кончается под Эйн-Кельтом и низвергается вниз водопадом. Следы старого акведука Эйн-Фауар – Кипрос можно увидеть наверху. Самый заметный след – циклопический мост над Вади-Саба прямо у Эйн-Кельта. Этот полуразрушенный мост с арками напоминает о древней и мудрой цивилизации, умевшей использовать дары природы и не жалевшей труда.