Что такое Израиль
Речка Кишон и впрямь смердит, но не только от трупов жрецов. Сюда сбрасывают сточные воды оборонные предприятия, вода насыщена редкоземельными металлами, от цезия до стронция. Выше уже говорилось о том, как отборная израильская часть подводников – шаетет – проводила учения в устье Кишона. Многие потом заболели раком и умерли, уцелевшие подали в суд и добились компенсации от армии.
Немало комментаторов и набожных людей пытались объяснить и оправдать кровожадную расправу над жрецами Ваала, которая не вписывается в наши представления о морали. Чтобы не впасть в смертный грех апологетики, скажу лишь, что мораль «старого Израиля» далека от христианской морали, как мы могли заметить на примере с Амалеком. Старая мораль – это проповедь тотальной покорности Богу и тотального джихада по отношению к неверным. Произраильские комментаторы приписывают эту концепцию мусульманам. В таком случае им следовало бы признать, что Илия и Самуил были мусульманами. Мусульмане готовы согласиться с подобным подходом и относят этих двоих к числу сорока пророков ислама. Но ислам – как до него поздние пророки и Новый Завет – значительно смягчил жесткость Ветхого Завета.
В сложнейших духовных структурах – религиях – есть десятки и сотни слоев и направлений. Попробуйте заглянуть в регистр вашей операционной системы. Вы увидите там сотни файлов, назначение которых вам непонятно. Уберите или измените один из них, и система рухнет. Религия куда сложнее «Виндоуза» и «Линукса». Она содержит редко используемые файлы, которые для чего-то нужны. К их числу относятся файлы «джихад», «Амалек», «уничтожение безверного города», «убийство блудного сына», «убийство пророков Ваала». В Библии можно найти немало таких скрытых кровавых файлов. К невмешательству в эти скрытые файлы еврейской операционной системы призывали учителя Закона и оговаривали свою позицию фразой «сейчас таких нет и быть не может». Знайте, что они есть, и не трогайте.
Рассказ о гибели жрецов Ваала является лишним подтверждением версии о божественности Илии. Богу Кармила, молниеносцу и громовержцу, местному Зевесу, несущемуся на огненной колеснице, больше подходит этот подвиг, нежели пророку. Редакторы Библии вплели этот рассказ о завершении великой засухи в свое повествование и превратили бога в пророка, но мы можем провести и обратный процесс.
Общее происхождение иудаизма, православия, латинского христианства, обеих ветвей ислама создают у нашего современника иллюзию очевидности монотеизма. Люди говорят об «одном Боге» и высокомерно глядят на политеистов. Но это культурная аберрация, и только. Как и другие распропагандированные религиозные воззрения наших дней: ленинизм, маоизм, чикагский монетаризм Милтона Фридмана и его вариант, вера в стихию рынка у русских интеллигентов начала 1990-х годов, монотеизм только кажется единственно возможным и единственно верным учением. Если призадуматься, Гомерово видение мира более адекватно действительности. Куда легче и логичнее объяснить беды и спасение, катастрофы и процветание взаимодействием нескольких богов, нежели переменой настроения одного-единственного Бога.
Для того чтобы объяснить, почему хорошему человеку плохо, а плохому – хорошо, монотеизм вынужден вводить гипотезу загробной жизни, в которой всем воздастся по заслугам. Буддизм объясняет это реинкарнацией и расплатой за грехи в прошлой жизни, а политеисты истолковывали проще – вмешательством небесных заступников или противников. При таком объяснении нет нужды в загробной жизни или метемпсихозе. И древняя история (долгая осада Трои), и новая (противостояние России и Запада, мировые войны, холодная война) куда лучше поддаются интерпретации с позиций политеистических, как борьба благоволящих троянцам богов с покровителями ахейцев или конфликт православного Христа с откормленным американским Маммоном.
Евреи, хоть и провозглашают единобожие, чтят только своего племенного бога, Бога Израиля. Прочих богов они не почитают, но реальность их отрицают не всегда. Так, израильтяне стараются наносить удары по врагам в праздник Пурим, когда еврейский Бог особенно силен. С этой мыслью мы сталкиваемся всё чаще и чаще: еретический польский философ Марек Глогочовский предложил идентифицировать еврейского Бога с Маммоном и приписал низвержение «храма Маммона» в Нью-Йорке лично Аллаху. Катастрофы и стихийные бедствия без политеизма разумно не объяснишь. Библии пришлось вводить Сатану (в Книге Иова) как бога поменьше. Еврейские каббалисты вернулись к развитому политеизму.
Ощущая неадекватность монотеизма, православные и католики дополнили почитание Троицы культом святых, а Даниил Андреев счел нужным создать неоолимпийскую систему уцраоров – духов, олицетворяющих государство. Сейчас, когда европоцентризм XIX века отошел в прошлое и мы столкнулись с политеизмом развитых народов: японцев, китайцев, индусов, стало легче понять и политеизм древних.
С крыши здания Мухраки открывается сказочный вид, с лихвой окупающий малую плату за вход. Во дворе стоит статуя Илии с мечом в руках и длинным библейским текстом на постаменте. Но самое главное в рассказе о сражении богов – его эпилог.
Илия приказывает мальчишке залезть на высокое дерево, и тот сообщает сверху: «Вижу облачко величиной с ладонь!»
Это облачко, которое несет благодатный дождь и напояет землю, предвещает, по традиции кармелитов, пришествие Девы Марии. Она действительно приходит на Кармил по пути из Египта в Назарет. Всюду, где на Кармиле есть пещеры Илии, на Стелла-Марис и в Вади-Сиях, традиция указывает: тут останавливалось Святое Семейство. Замечательное изображение Святого Семейства с хорошеньким мальчишкой Иисусом между Пресвятой Девой и Иосифом можно увидеть на куполе кармелитской церкви Стелла-Марис.
Глава XXXII. Дева и ангел
Нижняя Галилея, приятная страна невысоких холмов, лежит к северу от Нагорья, отделена от него длинным коридором Долин. В центре Нижней Галилеи – Назарет, самый большой арабский город к западу от «зеленой черты».
Собственно говоря, к западу от «зеленой черты» он оказался в результате войны 1948 года. По решению ООН о разделе Палестины Назарет должен был войти в палестинское государство, но израильтяне завоевали его, а по перемирию 1949 года вся Галилея отошла к Израилю. Тем не менее палестинцы Галилеи в большинстве остались в своих домах, хотя и тут есть трагические руины сел, вроде Сефории или Икрита, о которых мы говорили ранее.
Завоеватели собирались изгнать жителей Назарета, однако американский еврей, занимавший важный пост в израильской армии, сумел предотвратить изгнание, и жители Назарета остались в своем городе. Назарет – живой, энергичный город, довольно процветающий и современный. На главной улице продают, возможно, лучший фалафель в стране, и базар дешевле иерусалимского.
В Назарете коммунистический муниципалитет, как в Неаполе; даже мэр города, маленький усатый и бодрый Тауфик Зияд, похож на итальянского коммуниста, подлинно народный, веселый, дерзкий. (Тауфик Зияд погиб в автокатастрофе в 1994 году. Назарет остался коммунистическим.) Зияд – неизменный член кнессета, где он, впрочем, редко бывает: занят городскими делами. Из всех депутатов-коммунистов он самый привлекательный, живой, за словом в карман не лезет. Однажды в парламенте тогдашний премьер-министр Шимон Перес сказал: «Как можно вести переговоры с ООП, если у них внутренние разногласия решаются оружием?» – имея в виду убийство Сартауи [42]. «Как насчет Арлазорова?» [43] – бросил Зияд с места, и весь зал покатился со смеху.
В Назарете понимаешь, что израильские коммунисты не «агенты Москвы», но подлинная живая партия Палестины. Она довольно умеренна, и радикальные палестинские группы обвиняют ее в сотрудничестве с сионистами. Компартия признает право Израиля на существование и молчит о возврате беженцев 1948 года, но ее влияние среди евреев невелико. Еврейский политический истеблишмент бойкотирует Раках [44], и сионисты-социалисты не решились в 1984 году составить правительство, опирающееся на коммунистов. Но среди палестинцев – граждан Израиля («израильских арабов», как их называют сионисты) коммунисты играют важную, если не главную роль.