Книжник (СИ)

Мы с Шалием не сговариваясь встали и синхронно кивнули в знак приветствия.
— Гостям всегда рад! — улыбнулся я и добавил: — Особенно хорошеньким и красивым дамам. А уж если они пришли с хорошими вестями, то и подавно. Проходите, присаживайтесь к столу, — посмотрел на Вельду, та почему-то нервничает и смущена: — Как же ты решилась оставить свое заведение без присмотра?
— Кто тебе такое сказал? — пожала женщина плечиками, идя вслед за Террией. — К вечеру рассчитываю вернуться.
Хм, это она вряд ли угадала! Не отпущу! Должен же я расслабиться душой и телом! Готов поспорить, что лошади — предлог, она могла бы отправить с ними слуг или предложить мне явиться. Гарантий-то нет, что приобрету жеребца. Проблема еще в том, что я не только не умею ездить верхом, в лошадях не разбираюсь от слова совсем. Нет, кобылу от коня отличу, там все на глаз очевидно. Пойму, если лошадь дышит на ладан, но ушлые продавцы точно обманут.
— Гм, а я смогу сделать такое приобретение? — поинтересовался Шалий. — Если отправимся верхом, то сэкономим кучу времени. Необязательно ехать по тракту, знаю, где можно срезать.
— Мы как раз пригнали двух жеребцов, рассчитывая именно на такой вариант, — улыбнулась Вельда, присаживаясь за стол.
Владелица трактира в смятении и смущении, старается никак этого не показывать. Выпив чаю с вкуснейшими пирожками и мило побеседовав о всяких пустяках, направились всей шумной толпой в конюшню. К нам присоединился Даркалий и Ваншан. Управляющий порадовал, заявил, что спускался в подвал и смазал замок в кладовку, где хранятся трубы и панели. По его словам, все на месте, он внимательно все осмотрел, нужных по размеру пластин нет, только большого размера с очень похожими рисунками.
— Завтра с тобой туда спустимся, посмотрю, что и как, — шепнул я управляющему, незаметно любуясь фигурками идущих впереди женщин.
Если не знать, то Террию и Вельду легко принять за сестер. Конечно, хозяйка трактира чуточку старше дочки коменданта, что для меня является плюсом. Стоп! А чего это такие мысли в голове? Непроизвольно рассчитываю охмурить Террию? Ну, признаю, блондинка равнодушным мало кого оставит, а чем больше ее узнаю, тем удивительнее она кажется. Вот и Шалий рядом сопит и о чем-то размышляет. Кстати, мой приятель искренне обрадовался появлению хозяйки трактира. С чего бы, хотелось знать? Неужели рассматривает меня в качестве конкурента?
— Это кто? — сделал я шаг назад, когда подруги вывели из конюшни двух зверей!
А как иначе назвать оскаленные морды, недовольное ржание, удары копытами о землю? Кстати, понял почему существует выражение — лошадиные зубы. Если куснет, то мало не покажется.
— Красавцы! — восхитился Шалий. — Откуда в такой, простите, глуши, оказались эти скаковые жеребцы? Им на скачках выступать или красоваться на парадах!
— Издеваешься? — посмотрел я на приятеля. — Они тебе голову откусят, а потом копытами добьют.
Кстати, Вельда и Террия удерживают «зверей» легко, те не пытаются вырваться, но смотрят на всех очень неласково.
— Достались по случаю, год назад проездом был караван. Там были важные персоны. В отряде ожеребились две кобылы, жеребят мне продали, те бы не перенесли длинный переход. К тому же, их признали негодными, по каким-то там неизвестным признакам. Мы их выходили, и теперь они стали прямо на загляденье, — пояснила Вельда. — Своенравны, не поспорю, но копытами никого не бьют и не кусаются, вовремя отучили.
— А они объезжены? — уточнил я, внутренне надеясь на отрицательный ответ.
Первое впечатление прошло, и теперь уже любуюсь жеребцами. Поймал себя на мысли, что на одном из них готов проскакать с ветерком. Главное, не свалиться на первых секундах. А если бы привели каких-нибудь кляч или тяжеловозов, то однозначно отказался. Страшно? Адреналин в крови присутствует, не отрицаю. Ударить в грязь лицом не только перед дамами, приятелем, но и управляющим с комендантом никак нельзя. Завоевать авторитет очень сложно, а потерять его и уважение легко, добиться же повторного почти нереально. Какие-то ошибки прощаются, а некоторые помнятся всю жизнь.
 
— Да, мы их с Террией лично приучали к наездникам, — ответила на мой вопрос Вельда.
— Дать указания конюху, чтобы седлал? — с улыбкой смотрит на меня дочь отставного полковника.
Ближайший ко мне жеребец презрительно заржал. Он гнедой масти, аура у коня полыхает негодованием, она сильнее, чем у вороного, стоящего рядом.
— Конечно, — кивнул я. — У кого какие имена?
— У них нет хозяев, — пожала плечами Вельда. — Макс, на ком остановишься?
Хозяйка трактира держит под уздцы вороного, женщина чуть кивнула на стоящего рядом жеребца:
— У этого характер покладистее.
— Мне больше нравится рыжий с черным, — отрицательно качнул головой. — Я бы дал ему имя — Метеор. Думаю, очень соответствует стати, мощи и характеру.
— В точку! — улыбнулась Террия.
А вот жеребцу имя не слишком понравилось, он запрял ушами и предупреждающе заржал. Или, наоборот, согласился? Нет, раздраженно копытом бьет, а во взгляде читается недовольство и обещание скинуть меня при первом удобном случае.
— Пока жеребцу имя давать не стану, — произнес Шалий, — хочу на него в деле посмотреть. Если не притремся, то верну или найду ему другого хозяина. Как лучше? — посмотрел он на Вельду.
— Без разницы, — отмахнулась та. — Учти, обратно, если и выкуплю, то за половину от стоимости.
— Кстати, а сколько за них просишь? — спохватился я.
— По двадцать пять золотых, — ответила хозяйка трактира.
Судя по вытянувшемуся лицу Шалия и округлившимся глазам Террии, то ценник, мягко скажем, великоват. Ваншан не выдержал:
— Прости, это откуда такие расценки?
— Считайте моей прихотью, — хмыкнула Вельда, а потом пояснила: — Жеребцы стоят дороже, в любом городе конезаводчики за них с легкостью выложат две цены. Однако, продавать их не советую, редкая порода.
— Тем более, надо устроить пробный заезд! — заявил Шалий.
Конюх уже принес седло и стал седлать Метеора. Жеребец стоит смирно, косит глазом на сбрую, но не протестует. Думаю, он что-то задумал.
— Господин, возьмите, — подошел ко мне конюх и протянул кусок черного хлеба, посыпанного солью, — вам следует предложить лакомство жеребцу.
— Спасибо, — поблагодарил я, мысленно ругнувшись, что забыл о таком простом и известном каждому действию.
Гнедой не сразу принял подношение, пару раз морду в сторону отводил и делал вид, что хлеб с солью не любит. Осторожно погладил жеребца по шее и припугнул:
— Если не возьмешь — сам съем!
Вряд ли он понял смысл моих слов, но хлеб взял, мгновенно его проглотил, а потом независимо стал смотреть куда-то вдаль. Мол, случайно вышло и никому ничего не обещал, а лакомства даже не распробовал.
Ногу вставил в стремя, оттолкнулся и подпрыгнул, стараясь скопировать действия дочки коменданта, когда она лихо на свою Ласточку вскакивала. Чуть-чуть не свалился, копчиком пребольно о луку седла шарахнулся, покачнулся, схватился за гриву, но сумел-таки удержаться. Только выдохнул, а жеребец взвился на дыбы, заржал на всю округу и сделал прыжок. Пару раз скакнул в разные стороны, подкидывая свой круп, а потом стремглав рванул в сторону замковых ворот. Мост почему-то не поднят, мысленно отметил я, обхватив мощную шею Метеора. Почему-то нет ни страха, ни сомнений, правда, болит мягкое место, ну так сам виноват, не рассчитал, когда запрыгивал на жеребца.
— Правильное тебе имя дал, угадал, — буркнул я, стараясь рассмотреть мелькающие окрестности.
Мало того, что он несется как сумасшедший, так еще и не по дороге. Как бы ноги не переломал! Интересно, каким-то образом удерживаюсь в седле, тело само реагирует. Мой предшественник умел ездить верхом? Ответа не знаю, возможно его когда-то и обучали. Шалий говорил, что тут любой мальчишка умеет с лошадьми управляться и сильно удивился, когда я признался, что в седле не сидел. Над этим потом поразмышляю или приму как данность. Сейчас надо что-то с Метеором делать, жеребец еще быстрее помчался. Шепчу ему успокоительные слова, хвалю, ругаю — не помогает. Сжимать бока и дергать повод опасаюсь. Решил обратиться через магию и ауры. Отправил частичку своей силы коню, а потом объявил, что теперь он мой, и мы обязаны друг о друге заботиться и защищать.