Книжник (СИ)

— Кем? — коротко спросил я и взвесил учебный меч в руке.
Вроде и тренировочное оружие, но вред здоровью нанести может. Попадать в руки Террии не очень желательно, нашей подруге далеко до нормальной целительницы. Тем не менее, следует признать, что раны она залечит, если что-то пойдет не так.
— Всеми и в том числе противником, — удивленно ответил Шалий.
— Ну и зря, — хмыкнул я. — Если в дуэльном кодексе прописаны действия — один вопрос, а если нет, то доказать свое превосходство следует всеми возможными способами, законными само-собой разумеющееся.
— Начинайте уже! — нетерпеливо сказала девушка, которой надоела наша пустая болтовня.
Шалий еще раз попросил не использовать против него кулачный бой, и мне пришлось согласиться. Зря! Соревноваться с бойцом, обучающимся с детства, то еще сомнительное занятие. Ну, признаю, рассчитывал на свой опыт из другого мира, возросшую реакцию и надеялся, что сумею достойно противостоять. После трех ударов, мой меч отлетел в сторону, сын судьи как-то выкрутил тренировочное оружие и произвел удар снизу и сразу вбок. Как парировать этот финт мне неизвестно, а удержать в руке не дала резка боль в запястье.
— Один ноль! — широко улыбнулся приятель.
— Согласен, — мрачно кивнул я, подобрал деревянный меч и пошел в атаку.
Несколько прыжков, уклонов, нырок в ноги и удар плашмя по опорной ноге. Получилось! Шалий не ожидал такой прыти, не смог защититься и даже ни разу не парировал мои выпады.
— Один один, — заулыбался уже я.
— Тебе повезло, — пожал плечами друг.
Больше он ошибок не допускал. В основном выбивая из моей руки оружие, но пару раз приложился по ребрам и «вернул» должок ударив под колено. Я семь раз вынужденно признавал поражение, при этом так больше и не нанеся критического удара. Полный разгром? Так бы не стал говорить, пару приемов усвоил и даже определился, как парировать тот или иной финт соперника. Одна беда, Шалий почти не повторялся. Зато у меня есть уверенность, что работу с непривычным оружием осилю и вскоре сыну судьи ни в чем не уступлю. Зря он не уделяет должного внимания обычной драке. Это на дуэли не следует бить противника между ног, а на поле боя в ход и зубы пустить не грех.
— Как начет обучения вашего покорного слуги ездить на лошади? — поинтересовался я у друзей.
— Прости, у меня такой возможности нет, — заявил Шалий, а потом добавил: — Безлошадный я. Даже в Фезоле не содержим конюшню, при необходимости берем служебных, благо у отца есть доступ к военным.
— Макс, хоть сейчас готова! — озорно улыбнулась Террия. — Только учти, у нас всего четыре лошади, две из них старые и возят телеги. Моя — с норовом, жеребец отца горяч и любит кусаться.
— А куда деваться? — вздохнул я, понимая, что окажется тяжко.
— Когда? — сгорая от нетерпения, спросила девушка.
— Ближе к вечеру, — подумав ответил ей и пояснил: — Сейчас есть кое-какие дела. Хотел с дворецким пообщаться и поискать ответы на возникшие вопросы в библиотеке.
— Ты про изображения на посуде? — уточнил Шалий.
— В том числе, — подтвердил я.
— Мне надо послание отцу составить. Про этот момент упомяну, возможно, получим разъяснение, — произнес парень.
— А мне что делать? — как-то растеряно спросила Террия.
— Съезди в поселение, разузнай новости, — предложил я. — Про нашу находку никому не говори.
— Разумеется, не хватало нам в горах конкурентов, — фыркнула девушка, а потом уточнила: — Макс, а когда мы вновь в дом графини отправимся? Уверена, там есть чем поживиться.
— Магия Утолии странная, не ощущаю ее действия, а графиня, в своем письме, дала понять, что требуется время для моего признания и открытия дверей, — объяснил я, на что Шалий мгновенно отреагировал:
— Насчет этого места, которое по праву принадлежит Максу, нам следует все обговорить. Считаю, без него мы ничего бы не взяли и даже внутрь не попали. Как ни печально, но его ауру выбрало заклинание, наложенное на карту, а потом и личное письмо Утолии. Считаю, наши с тобой притязания, — он посмотрел на девушку, — не обоснованы. Если Макс решит не брать нас в долю, то осуждать его за такое нельзя. В любом случае, про равные части следует забыть.
 
— Давайте не делить шкуру неубитого медведя, — ответил я. — Как только пойму, что сумеем пройти в другие помещения в скале, то сразу об этом сообщу. Договорились?
Компаньоны согласились с моим решением. А мне следует обуздать жадность! Да-да, слова Шалия породили соблазн, чтобы пересмотреть договор. Мало того, любой на моем месте так бы и сделал, ну, или большинство. За такой подход никто не станет осуждать. Вот только терять или ставить под сомнение хрупкую дружбу никак нельзя. Давно уяснил, что деньги далеко не все, а дружба не покупается и не продается. Если по какой-то причине самый лучший и надежный товарищ решит отвернуться, то, как правило из-за трех вещей: женщина; бабло; карьера. При этом, последний пункт равен деньгам, и его иногда сменяет черная зависть.
Договорились собраться за обеденным столом и продолжить строить планы. Однозначно, найденную дорогостоящую столовую утварь необходимо продать и деньги поделить. Пока непонятно, как это лучше сделать. Если отец Шалия поможет, то один вариант, откажет — самим предстоит искать покупателя. Вторая проблема, не дающая покоя, указания из министерств. Склоняюсь, что это блеф и развод, но не исключаю варианта и дурости. А как разобраться? Понимаю, дядя пальцем о палец не ударит, очень уж выставленные сроки красноречиво говорят, чья это головная боль.
— Господин что-то желает? — задала вопрос Атрия, спускаясь по лестнице с пустыми ведрами.
Блин, не то, чтобы в приметы не верю, но мысленно черного кота к черту посылал, если тот дорогу перебегал.
— После разминки хотел душ принять, — честно ответил, а заметив смущение у служанки, уточнил: — Разрешишь?
— Наверное лучше на первом этаже, — смущенно ответила та. — Воды еще не успела натаскать.
— Понятно, — кивнул ей и спросил: — Не знаешь, где Ваншан? Просил его подойти в кабинет.
— Он вас там дожидается, — закусила губу Атрия, а потом сделала слезливое выражение лица: — Максимилиан, господин, все сделаю, любое пожелание исполню, только не говорите управляющему, что вас не слушаюсь!
— Так почему же ты так поступаешь? — хмыкнул я, а потом припомнил: — Когда только познакомились и, я, в шутку, предлагал тебе покувыркаться в кровати, ты мне что-то насчет жениха плела. Но прошло всего-ничего и стала прохода не давать, не обращая внимания на приказы. Как это понять? Кстати, сейчас ты должна отсыпаться, но продолжаешь работать!
— Понимаете, боялась вас, — потупила она глаза. — Не разобралась, посчитала страшным и жестоким, избалованным. Оказалось все не так, а еще Ваншан намекнул, чтобы на ласку не скупилась.
Похоже, тут в дело вступила женская логика и психология. Правду она мне говорит или продолжает лукавить? Без этого проблем много, чтобы доискиваться до причин.
— Хорошо, ничего управляющему плохого про тебя не скажу, — пообещал я. — Однако, если продолжишь перечить — попрошу другую служанку прислать. Поняла?
— Как скажете! — просветлела Атрия. — Позвольте выполнять свои обязанности? Через час ванная комната будет готова.
— Иди, — махнул ей рукой и направился к кабинету.
Жаль, не получилось с себя пот смыть. Однако, откладывать разговор с Ваншаном тоже не стоит. Опять-таки, никогда не любил, чтобы меня долго дожидались, опаздывать куда-либо ненавидел и не понимал тех, кто специально так делал. Впрочем, тут другой мир и свои порядки, пока еще не совсем разобрался, как правильно поступать в той или иной ситуации. Тот же управляющий называет себя дворецким, присутствовать за обеденным столом отказался, а комендант принял приглашение как само-собой разумеющееся. Вроде бы, в замке до моего приезда главным считался Даркалий, ему все подчиняются, он заправляет финансами, а та же Атрия боится Ваншана.
— Давно ждешь? — заходя в свою приемную, спросил я у управляющего, который при моем появлении поспешно поднялся с дивана.