Книжник (СИ)

Подельник убийцы демонстративно вложил болт в арбалет и навел оружие на мою голову. Вряд ли он промахнется с трех-четырех метров. Нет, если попытаться резко уйти в сторону, предварительно вырубив стоящего рядом убийцу с бесцветными глазами… Потребуется пара секунду, а там куда кривая выведет. Белый ослабил узел на моих запястьях, и я осознал, что вырубить его не смогу. Да что там вырубить! Размахнуться не получится, приличное время в одной позе пролежал, на ногах еле стою и «иголки» по икрам сотнями тысяч колются. Что говорить про силу в руках? Пальцы и те слушаются плохо, а сжать кулак не получается, мне бы завязки на штанах развязать. Необходимо восстановиться, осмотреться и найти удобный случай, а потом устроить потасовку или незаметно улизнуть. Насколько помню карту Драконих гор, то преодолеть их не получится за пару суток, а следовательно, будут ночевки и остановки. Да, спешить в таком деле никак нельзя, одна ошибка и пиши — пропало.
— Ну, будущий раб, готов к переходу?! — потер ладони Белый.
— Договориться не получится? — вяло поинтересовался я. — Могу предложить за свою голову замок. Оформим купчую и…
— Одна беда, распоряжаться ты им не имеешь права, мал еще! — рассмеялся убийца. — Кстати, предложение заманчивое, могли бы тут организовать негласную перевалочную базу. Да только мы же не дельцы, из гильдии за такое дело попрут, с перерезанным горлом.
Он споро связал мне руки, от них протянул и примотал веревку к луке седла, а потом и сам на коня запрыгнул. Только после этого Картуш разрядил арбалет и к своей лошади подошел. Кстати, животные не проявляют никакого интереса к тому, что делают мои похитители. В том числе их не смущает и горная тропа. Ну, тут пока нет пропасти и обрывов, но такое чувство, что эта тропа наезжена. Пару раз видел засохшие испражнения от лошадей. Попадалось несколько полянок, где кто-то устраивал привалы и жег костры. Интересно, а мою пропажу в замке уже обнаружили, и что думает комендант с дочерью и Шалием. Последний-то хотел отправиться в горы прогуляться. Мог бы обо мне вспомнить и отбить. Нет, ждать помощи не следует. Продвигаемся не очень быстро, но вряд ли об этой тропе известно Террии.
— Привал! — провозгласил Белый, останавливаясь рядом с кустарником и осматривая сужающую дорогу, резко уходящую вверх.
Убийца достал из кармана какую-то карту, сверился по ней и удовлетворенно кивнул своим мыслям, но вслух их не озвучил, а обратился к подельнику:
— Картуш! Лошадей стреножь, отведи за кусты, там они отдохнут и воды попьют.
— С этим что? — уточнил тот, с какой-то брезгливостью смотря, как я сижу на камнях и тяжело дышу.
— Глаз с него не спускай, — отмахнулся Белый.
Мне велели переместиться к большому валуну, благо камень на солнце нагрелся, а то ощутимо холодно. Снега тут нет, как и на тропе он не встречался, но на камнях повыше лежит. Погода отличная, ветра почти нет, воздух разряжен, высота сказывается. Голодным меня не оставили, дали лепешку, а потом проводили к ручью, чтобы напился. Тратить на меня вино Белый не захотел. Пару часов передохнули и двинулись дальше. Удобного случая пуститься в бега пока не представилось. Удалось незаметно подобрать пару острых небольших камней, если приловчиться, то с их помощью перережу веревку. А вот тропа стала идти по небольшому выступу в скале, а рядом обрыв. Сдуру заглянул вниз и чуть не свалился, голову закружило от высоты. Внизу протекает река, острые камни, а спуститься по отвесной горе без альпинистского снаряжения невозможно. Впрочем, выдай мне сейчас скобы, молоток и трос, то и тогда бы вряд ли сумел. План побега не складывается, если только своих сторожей не прирезать, а сделать это, ох как непросто, особенно после сложного пешего перехода. Это Картушу с Белым хорошо, они большую часть времени в седле проводят.
Костер, ночь звездная, полнолуние и видимость отличная. Ноги мне скрутили, руки, естественно, тоже. Но в кулаках я зажал острые камни, подозреваю, что если сегодня не получится сбежать, то вскоре стану самым настоящим рабом. Еще не угомонились подельники, о чем-то у костра тихо переговариваются, а я, осторожно и потихоньку, ослабляю на руках веревку. Когда мне руки Картуш скручивал, то я все мышцы, что есть силы напряг. Немного веревка ослабла и дала надежду. Дышу ровно, делаю вид, что уснул. Убийцы, переквалифицированные в работорговцев, установили дежурство. Первым на стреме стоит Белый, потом его меняет подельник и так еще один раз. Странно, могли бы по три-четыре часа в темноту таращиться, глядишь кто-нибудь из них и заснул, мне на радость.
 
Когда-то давно, правда не в горах, но путы на руках приходилось перерезать. Правда, тогда нашлась бутылка из-под водки, которую удалось разбить. Н-да, повеселился знатно, отправился заложника высвобождать. Молодость, лихие времена. У бандитов не нашлось наручников, ремнем руки стянули, да один близко подошел, глумиться собирался, а у самого за поясом Стечкин торчал. Не долго я думал, лес заполнили выстрелы. Стрелял всегда отменно, правда, на одного из беспредельщиков пришлось две пули потратить. Почему-то не стал искать нож, воспользовался «розочкой» (горлышко у стеклянной бутылки в умелых руках даст фору посредственному лезвию).
— Черт! — ругнулся, когда камень рассек кожу и с глухим стуком упал на землю.
Белый глянул в мою сторону и медленно встал, потянулся, а потом решил размять ноги. Что-то услышал? Если решит проверить веревку, то сильно удивится, та держится на нескольких нитях. Нет, пронесло! Убийца вернулся к костру, подбросил в огонь несколько веток и широко зевнул.
Очень медленно распутываю веревку на ногах. Стараюсь действовать очень осторожно и не производить никаких шорохов. Удается, да и ночные птицы пришли на помощь, раскричались. Ветер стал подниматься и заморосил дождик. Сонный Картуш заступил на дежурство, когда в горах стало сереть. Плана действия я так и не выработал. Точнее, есть два варианта. Устроить драку и выйти из нее победителем или сделать ноги. Воспользоваться лошадью не стоит и думать, мгновенно привлеку к себе внимание и мало того, что верхом ездить не умею, так еще в горах и на узкой тропе… Уходить тем же маршрутом не получится, настигнут за пару минут. Если только испытывать удачу и лезть в расщелину, благо есть веревка, пусть и не такая длинная как раньше. И все же, когда дозорного сморил сон, то я очень осторожно к нему приблизился. Захожу сбоку, от пылающего костра и если Картуш проснется, то не сразу заметит. У меня единственный шанс — бить насмерть.
— Что? — открывает глаза спящий на посту.
Что есть силы бью ребром ладони по кадыку подельника Белого. Хруст, выпученные глаза, а мою руку пронизывает боль. Успеваю подхватить падающее тело. Можно перевести дух, главный убийца ничего не услышал, продолжает сопеть и его дыхание не изменилось. Обращаться с арбалетом никогда не приходилось, но видел, как Картуш его заряжал и разряжал. Болты заботливо сложены в специальную сумку. Наконечники у них разные, с какой-то магической составляющей. Не стал разбираться, взял первый попавшийся, оказавшийся измазанным зеленой краской.
— Вставай! — пнул ногой Белого и сразу же выпустил болт, целясь в левое плечо убийцы.
Я не собираюсь играться в благородство. Отдаю себе отчет, что соперничать на равных с членом из гильдии убийц не в состоянии.
Болт с чавканьем прошивает насквозь плечо Белого. Убийца дергается, вскрикивает и хватается за рану. На это и рассчитывал, предварительно шагнул в сторону и перезарядил арбалет.
— Сука! — вскакивает на ноги оставшийся в живых похититель.
И снова воет тетива арбалета, но на этот раз стреляю в левую ноги и вновь несколько шагов в серую мглу. Убийца зло сверкает глазами, болты торчат из плеча и бедра. Быстро не побегает и руками не помашет, но нож метнуть в состоянии, зорко слежу, чтобы руки были в зоне видимости.
— Не дергайся, очередной болт выпущу в твою голову, — предупреждаю и криво усмехаюсь: — Ты опять проиграл и на этот раз фатально.