Когда жизнь удалась... (СИ)

Он отстраняет меня, приподнимается на локте, и в неверном свете свечей я упираюсь в его внимательные глаза.
– Сколько лет ты замужем?
Усмехаюсь:
– Пытаешься вычислить, сколько мне лет?
– Нет, – качает головой, – мне всё равно. Для меня возраста не существует. Не важно, сколько лет тому, с кем тебе хорошо. А с тобой мне очень хорошо. Пытаюсь понять, что за идиот позволил тебе уйти.
Пожимаю плечами:
– У него физиология… ему меня было мало… гиперсексуальность и прочая ерунда… а для меня это было слишком много… – вот зачем я говорю это совершенно чужому мне мужчине?
Он молча ложится, притягивает и располагает меня на своей груди. Я чувствую лёгкие расслабляющие поглаживания кончиками пальцев по спине.
– Мне его жаль, – произносит, наконец, и я, благодарно улыбаясь, засыпаю в сильных руках…
  
Глава 19.
 
Натали, Нюборг (Дания) 
Просыпаюсь первой. Тихо выскальзываю из постели, стараясь не разбудить командира. Чищу зубы, привожу себя в порядок. Янис ещё спит. Отлично! Это и был план. Включаю отопление чуть сильнее.
Забираюсь опять в кровать. Мы ложились голышом, а значит… Откидываю с Яниса одеяло снизу. Рассматриваю его спокойный член. Плотоядно облизываю губы, увлажняя их, и наклоняюсь. Беру в рот абсолютно мягкую плоть и почти сразу чувствую, как она начинает твердеть. Всегда нравился этот момент. Удивительно, как из полностью мягкого куска кожи и мышц получается что-то огромное и твёрдое…
Член Яниса увеличивается, и я уже с трудом могу разместить его у себя во рту… Отрываюсь от увлекательного занятия и бросаю взгляд на командира. Только посмотрите – надо же, мы проснулись. Улыбаюсь, в то время, как его абсолютно тёмные глаза смотрят с нетерпением.
Он ничего не говорит, только делает нетерпеливое движение бёдрами. О, я понимаю. Но сегодня моё время. Я медленно совсем убираю одеяло, сажусь между его ног. Показываю, чтобы он согнул ноги в коленях и широко развожу их. Чудесный вид…
Накрываю тёплыми ладонями яички и слегка сжимаю. Член тут же дёргается. Наклоняюсь и провожу языком от самого его основания до уже налитой чувствительной головки. Слышу чуть различимый стон, и, приоткрыв губы, впускаю в рот только вершину. Делаю несколько неглубоких поступательных движений и, под возмущённое шипение мужчины, выпускаю.
Я дразнюсь, и мне нравится вид. У Яниса красивый член – длинный и в меру толстый, ровный, с нежно-розовой крупной шелковистой головкой. Прямо вижу, как стюардессы к нему в очередь выстраиваются… Но сегодня этот необыкновенный мужчина только мой. И я хочу доставить ему удовольствие.
Упругим кончиком языка прохожусь несколько раз по уздечке. Выписывая влажные узоры, заставляю командира выгнуться. Даааа, сегодня ты – «детка». Веду языком вокруг головки. Вновь впускаю её в рот, несколько совсем неглубоких дразнящих медленных движений, и резко опускаюсь до конца, до самого горла, до упора, задерживаюсь и делаю несколько глотательных движений… Плевать на выступившие слёзы… У моего мужчины сносит крышу. Даааа… Он совсем неласково хватает мои волосы на затылке и задаёт темп движений, подмахивая сильными бёдрами. Позволяю ему это. Сегодня хочу, чтобы он кричал моё имя.
Шлёпаю его ладонью по бедру он, понятливо, тут же убирает руки с моей головы. Выпускаю член изо рта. Вижу почти разочарование в его непонимающих глазах. Порочно усмехаюсь. Мне хочется кое-что сделать. Демонстративно облизываю указательный палец. Зря я, что ли, вчера ноготь с него срезала… Обильно смачиваю палец слюной и медленно обвожу подушечкой вокруг его ануса. Член дёргается… Поднимаю глаза. Хочу убедиться, что мой мужчина понимает и согласен. Янис смотрит на меня огромными, полными похоти глазами и кивает. Ок. Значит, поехали, командир. 
Обвожу головку влажным языком, вновь беру член в рот, нежно посасываю и очень медленно ввожу палец в анус. Продвигаю его чуть дальше внутрь и нахожу то, ради чего на это решилась – шишечка предстательной железы. Поехали, милый!
 
Слегка массирую пальцем изнутри железу, беря в рот член до основания. Опять чувствую руки Яниса на голове. Он вбивается в меня со всей мочи. Я упираюсь носом в тёмные волосы на лобке. Он глубоко в моём горле и не контролирует себя.
Слышу реально рычание, крепкое тело сотрясают сильные конвульсии, и тёплая струя бьёт мне где-то глубоко в горло. По лицу текут слёзы. Мой мужчина забыл, что мне надо дышать... Наконец, он убирает с моей головы руки, и я выпускаю член.
Мы оба молчим. Я отстраняюсь. Вытираю уголок рта. Иду в ванную, привожу себя в порядок. Мда... для этого мне требуется время. Возвращаюсь. Янис по-прежнему лежит на спине. Он переводит на меня взгляд и тихо произносит:
– Зачем ты это сделала?
Поднимаю брови:
– Что именно?
– Я такого оргазма никогда в жизни не испытывал… – всё так же тихо.
– Вот сейчас не поняла: ты доволен или нет? – вопросительно поднимаю брови.
– Иди сюда, – лыбится и протягивает руки.
Заваливает на кровать и целует, как в последний раз.
– Сумасшедшая… Ты – лучшее, что случилось со мной за очень, очень долгое время…
– Так-то лучше, – довольно запускаю руку ему в волосы, – Даю нам полчаса на отдых, потом идём рассматривать Нюборг. Хорошо?
Он согласно мычит и опять лезет целоваться.
  
Глава 20.
 
Натали, Нюборг (Дания)   
До самого вечера мы гуляем. Обедаем в «Чикаго-бургер», едим в гавани мягкое мороженое, кормим хлебом лебедей и уток.
Я показываю свои любимые места. Янису нравится. Он говорит, что очарован Нюборгом.
По пути в гавань мы оказываемся на детской площадке. Не сговариваясь, оба останавливаемся. На площадке играют три девочки лет пяти-шести. У датчан прелестные дети – золотоволосые и голубоглазые. Кроме того, они все очень общительные и непосредственные. Какое-то время мы наблюдаем за ними. Не знаю, о чём думает мой командир, а я думаю о том, что только в детстве можно быть таким беззаботным, весёлым и счастливым. 
Вдруг одна их девчушек обратила на нас внимание. Она тут же нарвала милый букетик из мелких ромашек и, подбежав к нам, протянула Янису. Командир присел, с улыбкой получил свои цветы. Малышка обратилась к нему по-датски, и мой мужчина беспомощно поднял на меня глаза.
– Она спрашивает, как тебя зовут, – прихожу ему на помощь.
Он тут же отвечает и протягивает малышке руку. Она, абсолютно не тушуясь, тоже представляется и пожимает большую руку своей маленькой, разворачивается и убегает к подружкам.
Янис поднимается и говорит:
– Слушай, я думал у нас имена странные, но Улаида – ещё страннее...
Его признание вызывает у меня приступ смех.  
– Это два имени – Улла и Ида. Божечки, Янис, даже маленькие девочки от тебя млеют. Где уж нам, взрослым барышням, устоять... 
Он закатывает глаза и обнимает меня за плечи.
Уже вечером мы покупаем огромную пиццу и традиционное датское пиво. Янис тянет меня в аптеку, крепко берёт за талию и подталкивает к фармацевту. Улыбается своей обворожительной улыбкой, говорит на прекрасном английском:
– Нам нужна самая лучшая анальная смазка.
Я готова сквозь землю провалиться. Утыкаюсь лбом в его плечо. Шепчу:
– Ну, ты и гад…
А он с той же чарующей улыбкой получает белый тюбик и расплачивается. Он от всего получает кайф. А я понимаю, что меня ждёт дома. Это предвкушение одновременно страшит и возбуждает… Гремучая смесь…
В квартире мы ужинаем, пьём кофе, и я болтаю, болтаю, болтаю, стараясь оттянуть момент. Янис прекрасно понимает, что я делаю. Когда встаю за очередной порцией кофе, просто хватает меня за руку и усаживает на колени:
–  Чего ты боишься? – трётся гладким подбородком о мою скулу.
– Мммм… просто не люблю… – таки признаюсь.
– Чего именно? – не отстаёт.
– Ты знаешь… сам сказал,  я везде узкая.  Там особенно.  Мммм, это неприятно… – мнусь и стесняюсь, как девственница.