Ты будешь моей (СИ)

— Да, брат, а я думал парни преувеличивают, — вздрогнул от раздавшегося за спиной голоса.
— Твою мать, ты какого хрена подкрадываешься? — стакан теперь был пуст, а его содержимое оказалось на моих джинсах.
— Ты бухать еще долго собираешься? — усмехнувшись, он сел напротив.
— Да пошел ты, — отмахнулся и налил себе еще порцию. — Ты разве не должен быть в Москве?
— После твоих выходок? — вынул второй бокал и плеснул себе виски. — Ты зачем Беркуту палец с угрозами отправил? Фу, как ты вообще это пьешь? — поморщившись, он слил остатки в раковину.
— А нехрен прятать у себя подонков. Донесли, значит? — обернулся и глянул на его людей, которых вообще ничего не смущало. Стукачи, мать их.
— Они же все-таки на меня работают, — рассмеялся брат. — Зря ты тигра в клетке дразнишь, брат. С Беркутом так нельзя.
— Ну надо же, — откинувшись в кресле, сделал глоток, — неужели сам Граф и боится какого-то Беркута?
—  Во-первых, хватит пить, — отнял у меня бокал, — во-вторых, Беркут — непредсказуем и опасен, мне нечем на него надавить и достать его я просто так не смогу, он людей тщательно отбирает, они сдохнут, но не предадут. А ты, нарываешься на неприятности.
— А по-твоему я должен просто отпустить тварей…
— Ты просто должен был дать мне решить проблема.
— Самир ясно дал понять, что здесь ты бессилен, — отмахнулся и вернул себе бокал, — хватит, Дем, спасибо за помощь, но дальше я буду решать вопрос сам.
— Что с тобой происходит, ты же всегда был рациональным до тошноты?
— Может мне тебе исповедаться тут еще?
— Лучше скажи, какого хрена ты сидишь здесь вместо того, чтобы быть с ней, — поставил меня в тупик своим вопросом. — Что смотришь? Это ведь из-за нее, дом даже купил, запер ее там, а сам здесь с бутылкой паршивого пойла прохлаждаешься.
— Ты какого хрена лезешь? — процедил, едва сдерживаясь.
— Домой езжай, Авдеев, пока очередной финт не выкинул. Миленькая она у тебя, дети красивые будут, — он издевался и чудо, что я все-таки сдержался и не начистил ему физиономию.
— Не могу я, — выдохнув, потер устало переносицу. — В глаза ей смотреть не могу, понимаешь? Облажался я, — признался зачем-то, все-таки странно Граф действовал на людей.
— По крайней мере ты можешь быть с той, которую любишь, я бы многое отдал за такую возможность, — произнес он как-то надрывно.
— Не понял.
— Тебе и не нужно, езжай домой, Матвей, с Беркутом будем решать проблемы по мере поступления.
Что-то в его словах заставило меня задуматься, а потом внезапный звонок и оповещение о том, что ко мне пожаловали гости. Теряясь в догадках и опасаясь худшего, пулей вылетел из дома, прихватив с собой Пашу, садиться за руль в нетрезвом виде — самоубийство, не иначе. Подгонял парня, действуя ему на нервы, казалось, мы плетемся со скоростью улитки. Мне нужно было попасть домой, я не мог допустить того, что могло произойти, просто не мог. Не дождался, пока машина въедет во двор, выскочил наружу и побежал в дом. Сломя голову ворвался в ее спальню и наткнулся на картину, от которой душа ушла в пятки. Мои худшие опасения подтвердились. Лара сидела в кресле, посреди комнаты стояли два чемодана и походная сумка, а в центре всего этого безобразия находился Макс.
— Даже не думай, ты отсюда не уйдешь, — прорычал ворвавшись в комнату.
 Глава 14 
 
Матвей
Не отпущу, что бы там она себе не надумала, плевать, не отпущу.
— Что ты здесь делаешь? — ярость и желание переломать Демину кости, чтобы не лез не в свое дело, росли с каждой секундой. Какого черта он явился в мое отсутствие? Ответ был очевиден: она позвала. Вот так просто и он, естественно, примчался, защитничек, млин.
— Матвей, — тихой, едва различимый голос Лары донесся до моего слуха, но все мое внимание было приковано к Демину и долбаным чемоданам, стоявшим посреди комнаты.
— Проваливай, Макс, она никуда не поедет, — отрезал, глядя ему в глаза. Хрен он ее отсюда заберет, разве что только через мой труп.
— Да что ты? — усмехнулся и это стало последней каплей. Схватив его за ворот пиджака, выволок Демина из ее спальни и приложил пару раз о стену. Он явно забыл, с кем имеет дело. Может, в этом городе он был хозяином, но только не для меня и не в моем доме.
 
— Ты свалишь отсюда и только попробуй появиться здесь еще раз, Демин, я тебе в прошлый раз сказал: она — моя и останется со мной, — я ослабил хватку лишь на секунду, но Максу этого было достаточно. Вырвавшись из тисков от отшвырнул меня и… заржал, просто заржал хватаясь за живот, а я стоял, как дебил посреди коридора и не понимал, что его так рассмешило. Мелодия, раздавшаяся из кармана пиджака Макса, привела его в чувства, все еще посмеиваясь, он поднял в верх указательный палец и произнес, давя смех: — Сейчас продолжим, — и не давая мне возможность ответить, развернулся и пошел прочь, приложив телефон к уху.
Ни хрена не понимая, в полном недоумении, вернулся в спальню. Лара возилась с креслом в попытке снять его с тормозов, но, у нее и раньше не получалось. Заметив мое появление, она перевела на меня наполненный страхом взгляд. За Макса испугалась или меня боится? Оба варианта приводили в бешенство. Я налажал, да, блядь, но как можно было устоять, когда она сама ко мне потянулась. Я же рассудок терял в ее присутствии, все вокруг теряло свою значимость, я помешался на этой девочке.
— Ты никуда не поедешь, мышонок, — подошел ближе и опустился рядом с ней на корточки.
— Матвей…
— Нет ,— перебил ее, взял в руки холодные, мокрые от волнения ладошки, — я не отпущу тебя, Лара. Я облажался, но я бы никогда не сделал ничего против твоей воли, ты…черт…— подобрать нужные слова оказалось сложнее, чем я мог бы себе представить. Что я мог ей сказать? Прости? Смешно, млин.
— Матвей, послушай…
Она снова хотела возразить, а мой взгляд тем временем зацепился за огромное, мохнатое нечто, лежавшее на постели. Лара бормотала что-то себе под нос, а я рассматривал незнакомый предмет, которого еще недавно здесь точно не было.
— Это что? — кивнул на кровать. Лара замолчала, проследила за моим взглядом и наткнувшись на мохнатое произведение текстильной промышленности, густо покраснела. Казалось, даже уши стали пунцовыми.
— Медведь, — произнесла шепотом, настолько тихо, что я едва расслышал. — Плюшевый, — добавила, подумав немного. Второй раз за вечер почувствовал себя дебилом конченным, потому что ни черта не понимал. Какой нахрен медведь?
— Я вижу, что не настоящий, — растер ладонью лицо, сел на кровать, рядом с так называемым медведем, занимавшим добрую половину кровати. — Откуда он?
— Макс привез, — опустив глаза, словно стыдясь смотреть в мои, она проговорила еще тише прежнего.
В смысле привез? Посмотрел на стоявшие рядом чемоданы и сумку, что-то было не так, но я все никак не мог понять, что именно. А потом меня внезапно осенило. Подскочил с места, как ошпаренный и рванул к шкафу, в котором хранилась одежда Лары. Раскрыл дверцы и наткнулся на нетронутую одежду девушки. Снова перевел взгляд на чемоданы и вновь вернулся к шкафу. Все ее вещи могли уместиться в одном из чемоданов, не так уж и много их было, я забрал все, что было в больницы. Пока этого было достаточно. Прикрыл глаза и выдохнул устало, когда до меня наконец дошел весь смыл происходящего.
— Ты не собиралась никуда уходить, да? — спросил, уперевшись лбом в дверцу шкафа и рассмеялся. Со стороны, наверное, это смотрелось жутко, а я ничего не мог с собой поделать.
— Я уже десять минут пытаюсь тебе это сказать, — произнесла она, чуть повысив голос, в котором отчетливо проявились нотки недовольства и возмущения. А ведь правда, я и слова ей вставить не позволил. Чуть с ума не сошел, когда чертовы чемоданы увидел и Макса, особенно последнего.
— А это? — указал на чемоданы.
— Мои вещи, — ответила неуверенно, взглянув на меня настороженно, словно страшась моей реакции, а я стоял и улыбался, как идиот не в сила прекратить. — Макс привез.