Песнь волка (ЛП)

— Не нужно было этого делать, — сказала ему Саммер.
Брик сгреб ее в охапку и устроил у себя под боком, огромными мышцами фиксируя на месте.
— Неа. Нужно, — его голос грохотал резко и прерывисто.
Но настолько глубоко и низко, что Брика не приняли бы петь сопрано. Никогда.
Саммер чуть не рассмеялась, но он выглядел таким измученным, что ей захотелось плакать.
— Думаю, нам нужно съездить в город. Раздобыть презервативы. И тогда мы сможем позаботиться друг о друге правильно.
Глава 4
Кэлхун Бартоломей Севен изучал огромную карту, висящую на стене его офиса в баре и казино торговой компании Греймаркет. В былые времена город скинукеров Теневое Сердце занимал лишь небольшое место в правом верхнем углу. Но воткнутые в карту красные булавки показывали, как расширялись территория наряду с авторитетом Голдспарк Интерпрайзис — названного в честь клана, возглавляемого Кэлхуном — и неуклонно разрастались вниз, пока в руках волков Блэк Хиллс и вне зоны влияния Кэла не остался лишь город Лос-Лобос на юго-западе вместе с окружающими его горами и лесами.
Ему было нужно убрать все это. Необходимо убрать волков с пути на карте. Только тогда можно гарантировать выживание кошек.
Внутри беспокойно метался его кот. Кэл сделал большой глоток виски сорокалетней выдержки и поставил пустой стакан на стол. В ту же секунду из угла вышла одна из салонных девочек, где до этого стояла, прикидываясь обоями, и украдкой прижалась к боку Кэлу, держа в руке хрустальный графин.
— Добавки, Барт, милый? — напевала она. — Или, может, хочешь как-нибудь еще…взбодриться? — женщина выпятила пышную грудь, выставляя так, что та чуть не выпала из декольте прямо на руку Кэла. Другой мужчина, возможно, набросился бы на нее. Но Кэл чувствовал…ничего. Разве что, возможно, раздражение из-за того, что его размышления прервали.
— Это оставь, — пробормотал он, забирая бутылку. Женщина едва доставала ему до ключицы, что стало неважно, когда она опустилась на колени и потянулась к ремню его штанов.
Отодвинув ее руки, Кэл поставил женщину на ноги.
— Но я так хочу тебя, малыш, — пожаловалась она. — Мы ничем не занимались уже слишком долго. Эмми говорит, что ты переспал с ней на прошлой неделе, — она потерлась о него. Типичное животное из семейства кошачьих. Женское хныканье превратилось в мурлыканье удовольствия.
— Не верь всему, что слышишь, — Кэл опустил взгляд, чувствуя запах женского возбуждения. Но еще и запах кошки, входящей в течку. — Если бы хотя бы половина сплетен обо мне была правдой, я бы трахал вас, дамочки, двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю и у меня не оставалось бы времени ни на что другое.
— Но малыш… — мурлыканье превратилось в разочарованное ворчание. — У меня зуд, и нужно, чтобы ты его почесал.
Кэл покачал головой.
— Возвращайся к работе, Делила. Многие парни готовы заплатить кучу денег, чтобы почесать этот твой зуд.
— Будь ты проклят, Барт. Ты — единственный, кого я по-настоящему хочу.
— Вон, — он указал пальцем на дверь.
Надув губы, женщина метнулась к двери, намереваясь уйти.
— И позаботься о себе, если не хочешь увязнуть по колено в этом болоте.
Коснувшись дверной ручки, Делила остановилась и, оглянувшись на Кэла, прищурила золотистые кошачьи глаза.
— А я-то думала, ты собираешься расширить клан.
— Собираюсь. Но не раньше, чем буду уверен, что смогу позаботиться обо всем молодняке и об остальных, кто рассчитывает на мою защиту.
— Тебе просто нужно позаботиться обо мне, малыш.
— Мы закончили, Делила.
Она цинично послала Кэлу воздушный поцелуй и, наконец, ушла. Его сотрудники — черт, да большая часть населения Теневого Сердца — звали Кэла «черный Барт», обыгрывая второе имя и темные взгляды, которые он бросал на них, когда они выполняли свои обязанности не в соответствии с его высокими стандартами. Сначала сотрудники использовали это прозвище лишь у Кэла за спиной, но затем более открыто, как только поняли, что ему в любом случае плевать. Женщины по каким-то причинам, которые он не мог понять, выделяли его, а если удавалось затащить в свою постель, то впоследствии этим хвастались.
 
Но это не имело значения.
У Кэла были дела поважнее. Обеспечить выживание клану.
Несколькими годами ранее он заключил тайный договор с Магнумом Тао, прежним альфой волков Блэк Хиллс. Магнум интересовался лишь набиванием собственных карманов и не заботился, не уничтожит ли впоследствии его жадность стаю. Он отдавал все новые и новые территории, густые леса и нетронутые земли, пока не осталось немногим больше, чем сам город Лос-Лобос. Но теперь старый альфа мертв, и не похоже, что Кэлу удастся заключить такую же сладкую сделку с Дрю Тао — новым вожаком. Кажется, блудный сын более вдумчив и очень интересуется восстановлением стаи и Лос-Лобос вместе с прилегающими территориями. Сохранением буферных зон между перевертышами и теми, кто хочет их уничтожить. Почти те же планы, что и у Кэла.
Черт с ним. Кэл хотел — ему было необходимо — взять все эти чертовы горы под свой контроль. Будь прокляты эти волки. Только избавившись от них, можно будет обеспечить безопасность прайду. Некоторые в клане были скинуокерами, как непослушная племянница Кэла, и могли принимать форму любого животного, какого только пожелают. Но большинство было чистокровными кошками какого-либо вида. В Южной Дакоте сезон охоты на горных львов объявили открытым, а люди-охотники не способны отличить исчезающие виды от перевертышей Теневого Сердца. В дебрях Блэк Хиллс осталось только с десяток готовых к размножению самцов-пум и сорок самок. И будь Кэл проклят, если позволит чему-либо случиться с его расширившейся семьей Теневого Сердца. Ни за что на свете он не позволит людям истребить его кошек. Он заполучит эти проклятые горы и построит вокруг клана Голдспарк чертову крепость или же умрет, пытаясь.
Только одно Кэл ненавидел больше, чем людей. И это было волками. Особенно если учесть, что Магнум Тао стал ярким примером типичного волка. Долбаный психопат.
Лейтенанты Кэла были сильны, а бульдозеры стояли наготове, чтобы стереть Лос-Лобос с лица земли для создания нового, закрытого, хорошо охраняемого и окруженного стеной сообщества Голдспарк, в которое запретят входить любому, у кого нет соответствующих документов или достаточного количества денег. Кэл намеревался отстроить элитный загородный клуб и роскошный торговый комплекс, предназначенный развлекать местных жителей и привлекать инвесторов, чтобы нескончаемый денежный поток от предприятий бара и казино Греймаркет обеспечивал прайду достаток, приносил стабильность в Теневое Сердце и подпитывал нынешний проект. Процветание и электрические заборы гарантировали бы клану безопасность. Долговечность. Приезжие могли бы потратить все свои деньги в Теневом Сердце. Но если хоть один из них будет представлять угрозу парам, детенышам, жилью…Кэл удостоверится, что того выставят за двери. Быстро.
Сделав еще один глоток виски, он поставил стакан на стопку проектов и, закатав рукава своей черной рубашки, приготовился снова вернуться к работе. Кто-то постучал в дверь офиса, громко, настойчиво и нетерпеливо. Кэл узнал этот стук.
— В чем дело, Смеш?
— Вы нужны, босс, — глубокий голос его помощника, быстрой смертоносной пумы, был громче шумов клуба. Секунду спустя Смеш Сноудон заглянул в офис, затем в дверном проеме появились его широкие большие плечи, а после и остальное крупное тело. Кэл отлично выбрал себе охранника из всех кошек сообщества.
— Да?
— Ваша племянница, босс. Она вернулась.
— И? — выгнул бровь Кэл. — Ты же знаешь, Саммер приходит и уходит, когда пожелает. Как всегда.
Самая свободолюбивая из всего прайда, она жила вдалеке от города в доме на дереве, построить который уговорила дядю после смерти ее родителей. Кэл сделал бы что угодно для своей покойной сестры — и так же потворствовал ее дочери. С тех пор, как Саммер еще котенком потерпела неудачу и упала на землю голой в человеческой форме на глазах улюлюкающей толпы, собравшейся поглазеть на ее первый подъем, она чаще всего порхала в своем облике ворона. Который сводил с ума кота Кэла. Но который Кэл всеми силами старался принять. В ином случае прайд потерял бы Саммер. Теперь они редко виделись.