Возвращение Узурпатора (СИ)

Я успел подбежать к краю и крикнуть:
— Меч! Мой меч! Быстрее!
Но тут же пришлось уворачиваться от обезумевшего атамана.
Плохо дело. Повязка не будет работать вечно. Она уже начала пропускать дым, отчего в нос закладывало соплями. А глаза и без того слезились, мешая обзору.
Вдруг над нами промелькнул мой меч. Он описал дугу и ударился о каменный пол в нескольких шагах от нас, чуть показавшись из ножен.
Мы с Топором переглянулись, на пару секунд замерли, и я понял, что засранец не до конца потерял разум.
А затем оба кинулись к мечу наперегонки.
Тяжело дыша, я направил всю духовную энергию, какую только смог собрать, в свои мышцы. Пара секунд, которая прошла от первого рывка до того момента, когда мы с Топором почти одновременно потянулись к рукояти, почему-то казалась растянутой и чересчур долгой.
Вдруг я почувствовал, как духовные сосуды поддаются контролю куда лучше прежнего. Всего на пару мгновений. Но этого было достаточно, чтобы вырваться вперёд, схватить рукоять, кувыркнуться, вынимая клинок из ножен, и пронзить Топора, который уже мчался вдогонку.
Лезвие почти незаметно вошло под грудиной, скребнув по костям, и высунулось наружу с другой стороны. На лице Топора замерло удивление. Он вдруг затих и с неверящим взглядом наклонил голову.
— Эт… кгхрх… — изо рта хлынула горячая кровь. — Это ж…
Мы стояли вплотную, так что брызги попали на меня.
Топор опустил руки на мои плечи и с усилием их сжал, не желая просто так погибать.
Длинные кривые пальцы давили словно тиски. Было больно, но я провернул клинок, заставив его содрогнуться и ослабить хватку.
— Я же… хотел…
Топор смотрел мне прямо в глаза. Мы оба не моргали, поэтому я видел, как в нём бушуют предсмертные эмоции.
Дрожь его тела вибрацией отдавалась в рукояти.
— Уб… лю… док… — выдавил из себя бывший атаман и рухнул мне под ноги.
Клинок выскользнул из кровоточащей раны. Подойдя к тахте, я стряхнул с него излишки, а остальное вытер лоскутом бархатной ткани, которой был накрыт стол.
А затем опрокинул тахту. И торжествующе воскликнул:
— Хах!
Всё было на месте. Я опасался, что Стрекоза предупредит Топора. Ведь именно от него я узнал, где атаман хранит сокровища. Да только трус побоялся признаться, что выдал тайну.
А вот, кстати, и он. Полз к краю крыши, еле передвигая конечностями. Я взял подмышку тяжёлый сундук, подошёл к нему и пинком заставил перевернуться на спину.
— П-пожалуйста! Я не хотел! Я был против…
Меч пронзил его глотку, не дав договорить. Оставлять этого засранца в живых я точно не хотел.
— Кстати говоря… — вздохнул я, оглядывая корчащихся бандитов, которые могли слишком уж многое рассказать остальным.
Кажется, я поспешил вытирать клинок. Ой как поспешил.
━─━────༺༻────━─━
Пробуждение снова случилось с криком петуха.
Причём, судя по звуку, того самого, что бесил меня каждый раз.
— Точно на суп пущу, — вздохнул я, пялясь на потолок.
Веки были тяжёлые, голова гудела до сих пор. Всё-таки успел надышаться едким дымом и полночи меня тошнило. Заснул совсем недавно.
Разобравшись на крыше и захватив свою часть добычи, я оставил дальнейшие заботы на Ясыха и Злату. Уж как-нибудь разберутся с новыми порядками, тем более что «пращур» дал вполне чёткие указания.
А моё отсутствие вместе с кучей убитых разбойников из ближайшего окружения Топора может придать ещё больше таинственности и пустить такие слухи, что стариградские преступники впредь дважды будут думать, кого стоит грабить, а кого не надо.
Если уж из прошлых событий такие легенды вышли, то минувшая ночь запомнится надолго.
— Здравствуй! — раздался сладкий голос Милуши.
Она выглядела сегодня как-то особенно свежо и радостно.
В такое раннее утро этому могла способствовать только магия.
— Доброе… — прохрипел я севшим голосом.
В горле першило и жутко хотелось пить. Правда, не так жутко, чтобы вставать для этого с постели.
— Ой! — воскликнула девушка, подходя ближе. — Неужто заболел?
Она прислонила ладонь ко лбу, и по телу потекло приятное тепло духовной силы.
  
— Вроде жара нет… Ты чем вообще занимался всю ночь?
Ответить я не смог. Точнее не захотел. Но, учитывая моё состояние, Милуша решила не настаивать.
Она молча, даже с нежностью и лёгкой улыбкой занялась моим лечением.
— Источник стал уже куда лучше. Думаю, ещё немного, и он полностью восстановится.
— Но ты же всё равно продолжишь меня будить по утрам? — усмехнулся я.
Милуша хихикнула, но ничего не ответила.
Самочувствие быстро улучшалось, и скоро даже кричащий под окном петух перестал вызвать столько раздражения. Я немного ожил, потянулся и поблагодарил Милушу, когда утреннее лечение закончилось.
— Не стоит, — сказала она. — Вы с Алексеем спасли меня, так что это лишь небольшая услуга.
Я уселся на край кровати, отчего она вдруг засмущалась и отвернулась.
Ах, да… Я ж раздет.
— Извини, забылся.
— Н-ничего. Елена Ярославовна уже ждёт, не забудь. Сказала отправить тебя сразу, как только закончу.
— Спасибо.
Ах, да. Точно. Я чуть не забыл, что сегодня мы идём к Владимиру решать вопрос о моём наказании.
Надеюсь, вторая встреча с главой рода пройдёт куда успешнее.
  
Глава 21
 
Я бежал ко двору Владимира со всех ног.
Правда, не за тем, чтобы куда-то успеть, а для прочистки разума. Требовалось немного подышать свежим воздухом в учащённом темпе.
Даже казалось, будто отрава вылезает из организма через сопли, слёзы и пот.
В общем, на место я прибыл запыхавшимся, но вполне бодрым. А там меня уже ждали Браслав, Елена и их дочери. Анна сидела под тенью навеса и что-то читала, а София разговаривала с Ольгой, сестрой Алексея. Та, кстати, окинула меня не очень уверенным взглядом. То ли взволнованным, то ли раздражённым…
А вот и сам Алексей. И не только он.
— Здравствуй! — махнул мой товарищ. — Мы пришли тебя поддержать.
За ним шагали Тихомир, Вадим и Глеб. Парни уже совсем другими глазами смотрели на меня, да и походка их изменилась. Выправилась, будто кто-то по хребтине дал.
Девушки вокруг даже бросали заинтересованные взгляды в их сторону. В том числе на неказистого Тихомира.
— Вас разве пустят внутрь? — удивился я.
— Нет, — хмыкнул Вадим. — Но, если надо будет, мы…
И он осёкся.
Что они смогут сделать?
Но всё равно было приятно. Я улыбнулся и поблагодарил парней за заботу.
— Может, нас вызовут подтвердить слова Люта? — почесал затылок Тихомир.
— Ага, — хмыкнул Алексей. — Браславу Вячеславовичу не поверят, а тебе — сразу!
Мы немного посмеялись, но быстро затихли.
— Лют! — окликнул меня Браслав. — Пора. Пошли.
Я вздохнул, переглянулся с парнями, подмигнул им, мол, не боитесь, всё хорошо будет.
И отправился к воротам терема.
Совет снова собрался в том же составе, что и в прошлый раз. Во главе сидел сам Владимир Всеславович, а рядом хмурым взглядом на меня уставился его брат Владислав.
Ратислав с интересом наблюдал за мной. В его глазах полностью отсутствовала прежняя раздражённость. Наверное, догадался, что Алексей изменился благодаря мне.
Он и правда стал вести себя иначе. Более дерзко, живо. Набрался смелости настолько, что лез по ночам миловаться к Роксане. В самое логово противника, можно сказать.
Если поймают, скандал поднимется громкий!
А вот Игорь недобро глядел. И на меня, и на своего брата.
Жутковатый тип.
Но самым враждебным всё равно оставался Владислав.
Что я ему такого сделал? Ну, или Лют успел как-то набедокурить…
В общем, мы остановились напротив трона и поклонились, как подобает.
— Браслав, говори, — махнул глава рода.
Однако вместо него выступил я.
— Владимир Всеславович, раз уж моя судьба решается, то мне и следует говорить.