(Не) примерное поведение (СИ)
— Понял. Шапка, высокий шарф. Запомнил все, говорили уже, — скривился мой мужчина. В каждом разговоре Кирилл и Эдик пытались его отговорить лететь, но он упрямо сопротивлялся. Шёл правда на все уступки, но лететь вместе и точка, не подвинулся, тут чётко обозначил позицию.
— Ой, брат… Чувствую зря ты летишь… А может просто ситуация дрянь?!? Но внутри засело что-то нехорошее.
— Не нагнетай. Справимся, — и Натан хлопнул его по плечу, тем самым закончив разговор. Быстро взяв меня за руку, направился на посадку. Чувствовался его стальной захват, от которого даже было немного больно. У меня и самой все внутренние органы сжимались от страха и неуверенности, а тут ещё сосредоточенный и собранный Натан. Та ещё картина.
Самолёт подъехал медленно и нехотя к взлётной разгоночной полосе. Завелись все турбины и я вжалась в кресло, схватилась ещё крепче за Натана и прикрыла глаза.
— Расслабься родная, все будет хорошо.
— Чтобы не случилось, я люблю тебя Натан, — открыла глаза и встретилась с внимательным взглядом любимых глаз. Все дни Натан был в напряжение и те редкие минуты наедине, ночи любви и страсти, успокаивающие и остужающие наш пыл, приносили небольшую передышку и расслабляли напряжение. Мы дарили друг другу воздух, без которого уже не дышалось. Дарили надежду, что рядом есть тот, кто любит, будет ждать и на кого можно положиться. Дарили спокойствие, остужая и вновь наполнял друг друга теплом. Я не вижу себя без него, не смогу и не хочу, а он… он рядом, такой понимающий, родной и любимый. И это все для меня, чего ещё желать? Вот уж не думала, что смогу стать счастливой, по настоящему любимой и забуду прошлое. Но забыть не получилось, стараниями моего кошмара, по имени Роман, я снова окунусь в горечь и негатив.
Самолёт стал набирать скорость и взмыв вверх полетел туда, куда я уже не надеялась вернуться, в мою прошлую жизнь, где мне было плохо, тяжело, мерзко. Натан не отпускал мою руку весь недолгий полет, но выходить мы должны были по одному. Вдруг Роман будет наблюдать, вдруг не сдержит слово и не даст мне время поехать к родне, проверить бабулю и мать.
Каждый шаг давался мне с трудом, казалось, я иду по стеклу и каждое усилие наносит мне раны. Внутренне я вся тряслась, готовилась к самому худшему. Поправила рюкзак на плечах с документами и комплектом сменной одежды. Я шла к выходу, старалась не смотреть по сторонам и вдруг увидела табличку с моим именем. Что это? Кто это? Откуда, я ведь не говорила, что именно этот рейс выберу для прилета. Опять связи, значит Роман ещё не растерял свою силу. Сделала вид, что меня не интересует окружающее абсолютно, прошла мимо.
— Ирина, — нагнал меня мужчина с табличкой в руках. На громилу не похож, но и не хиляк. Я посмотрела на него удивлённо, резко затормозив, что он чуть не впечатался в меня, продолжив путь по инерции.
— Вы что-то хотели? — безразличным тоном произнесла я развернувшись. Ну кто это? Не Кирилл же прислал мне своего человека? Это не было оговорено. Точно Романа прихвостень. Откуда он меня знает? Фотографию показали, ну точно.
— Да, я от Романа Юрьевича, машина ждёт на парковке, — вот значит как, опасения мужчин и перестраховки были не напрасны.
— Нет спасибо, сама доберусь и передайте вашему… Роману Юрьевичу, что у меня ещё есть время. И я предпочитаю провести его без… вас!
Большими шагами направилась к двери, та резко распахнулась, автоматически прямо перед моим носом и я быстро направилась к такси, что длинной полоской выстроилили вдоль здания. Почти бежала, заскочила на заднее сидение и назвала адрес. Водитель неторопливо завёл машину и вывернул на дорогу. Я вздохнула с облегчением. Не стал препятствовать. Только сейчас сняла рюкзак и поставила рядом с собой. Сердце бешено колотилось и я хватала воздух ртом, не могла насытится кислородом. Пришлось открыть окно и ледяной воздух, повеявший в лицо, привёл меня в чувства. Уже давно забытая паника, начинающийся опять приступ, опять нервы, но я взяла себя в руки. Надо держаться.
Как там моя малышка? Надеюсь, все хорошо. Взяла телефон и разослала сообщения всем, что долетела и у меня все сносно. Даже Натану послала, как и было оговорено, хотя знала, что он уже должен ехать за мной в другом такси.
Сразу получила ответы. Смайл от Натана- красное сердечко и поцелуйчик. А от Олежки фото веселой компании. Ага, значит все сейчас с Кирой. И няня и два моих друга- Олег и физиономию Дэна тоже нашла на селфи.
Дрожь во всем теле. Старенький обшарпанный подъезд, железная дверь и…
— Бабуля, — бросилась в объятия старушке, открывшей мне дверь. Она сильно сдала, постарела и еле держалась на ногах. Моя бедная бедная бабушка. Самая родная и близкая.
— Ирочка, детка, ты… Ты здесь?!?
— Да бабушка, это я.
Слезы и всхлипы перемешались, а мы поспешили войти в квартиру. Маленькую однушку на окраине города. Она требовала ремонта, но была чистой и уютной, как я помнила ещё с детства. Маленький телевизор, показывающий какой-то сериальчик почти без звука и кресло окруженное пряжей, кусочками уже готового вязания и спицами, аккуратно стоящими в стаканчике на столике рядом.
Сняв мокрый от снега пуховик и извинившись, что не удержалась и намочила бабулю, мы прошли на кухню. Да уж снегопад усиливался, думали даже рейс опять отменят, но нет. Как по заказу, погода успокоилась на пол дня, но теперь будто бы только и ждала, пока я приеду, вновь разыгралась непогода.
— Ира, что это за человек, что приходил ко мне и очень настойчиво требовал твой номер? — спросила бабушка, когда мы уселись пить чай.
— Неприятное напоминание о прошлом. Он что-то сделал тебе?
— Нет детка, просто был груб и резок. Сказал, что ты по любому приедешь и тогда он разберётся с тобой. Он очень плохой Ира, осторожнее с ним. Пришёл такой весь из себя герой, два амбала с ним, аж воздух в квартире пропал. Брезгливо присел на стул и больше не вставал, даже не дотрагивался ни до чего. Сидел пока тебе не дозвонился. Потом они просто ушли.
— Испугалась? — что за вопрос, конечно.
— Да нет детка, я старая уже, мой век почти к концу подошёл. Не страшно уже ничего, а ты вот зря приехала. Лучше бы спряталась от ирода этого, — от ее слов, глаза предательски защипали. Зачем она так? Как это прожила? Но акцентировать внимание не стала.
— Я уже пыталась бабуль, нашёл ведь, устала бояться. Надо покончить с этим.
— Сильная ты Иринка. Воздастся тебя за силу духа такую. Да все равно, страшно за тебя. Может в полицию? Или кому скажем?
— Все в порядке бабуль. Не убьет же он меня, просто поговорить просил, — сначала хотела успокоить бабулю, сказать, что я не одна, что меня защищают. Но потом вспомнила наставления, Роман может прослушку поставил, лучше вслух нигде и никак не говорить, что я не одна и что полиция уже в курсе. Обняла бабулю и попросила не волноваться, да только знаю, что не сможет.
Посидели, чай попили, бабуля пыталась накормить, но кусок в горло не лез. Отказалась. Узнала про мать, вроде приступ какой-то сердечный. Мини инфаркт. Решила поехать навестить, посмотреть в глаза женщине, что пыталась быть мне матерью. Ну, или не пыталась. Бабуля не поехала.
Больница встретила меня своим специфический запахом, ударившим противно в нос, меня затошнило. Похоже, я и вправду беременная или просто не люблю больницы. Мне выдали бахилы и назвали номер палаты. Петляла по зданию недолго, но успела подумать, что проще из лабиринта выбраться, чем здесь что-либо найти.
Войдя в палату, увидела похудевшую, осунувшуюся женщину бальзаковского возраста, постарела, сдала совсем. Тут пришло осознание: "А что я ей скажу"? Женщина открыла глаза и устало повернула голову в мою сторону.
— Ира?
Ответом ей был мой скупой кивок. Во рту пересохло и я не могла выдавить из себя ни звука.
— Ты здесь?!?
Ещё один кивок. Что-то сегодня не складывается у меня с предложениями.
Тут, ко мне вернулась речь и я решила сказать хоть что-то.
— Привет, — мама, выдавить у меня не получилось. Раньше она даже просила меня называть ее Катей, молодилась и хорохорилась. А проще сказать стеснялась. Теперь язык просто не поворачивается такое произнести. А она вместо того, чтобы просто поговорить… да о чем нам говорить в принципе?