Восхитительные мошенники (СИ)

-Что с ним? – без приветствия спрашивает Царевский и садится на корточки перед афроамериканцем.
-Нокаут. И я выстрелил ему в ногу из травмата.
Лев садится рядом с начальником и скептически оглядывает Чернецкого. Он его не знает, но парень вообще не внушает доверия: растрепанный, с забинтованной рукой и темными кругами под глазами. А еще на его щеках проступают красные пятна, как будто он только что бегал, дрался или пил.
-Разрешение есть? – спрашивает Лев. Он представляет собой высокого и широкого мужчину лет под 40 со светлыми короткими волосами и волевыми чертами лица. Максим замечает у него на лице несколько светлых шрамов. По сравнению с ним Царвский не кажется таким страшным.
-Есть, - отвечает Максим и не двигается. Лев поднимает на него свои ледяные голубые глаза, но Макс, кажется, не собирается его показывать.
-Дома, - отвечает он, но по его спине пробегает холодок от такого взгляда.
-Значит, нет, - мужчина протягивает руку, чтоб Максим отдал ему пистолет. Парень сразу же смотрит на Царевского.
-Оно у него есть, - махает рукой Сергей. Он уже надел наручники на подозреваемого и теперь сидит и хлопает его по щекам. – Где таблетки?
Макс молча протягивает АТБ-шный пакет.
-Отпечатки на нем.
-Ага. А твои там есть? – выгибает бровь Сергей. Он все еще не очень доверяет Максу.
-Нет. Откуда, блять, - злится Макс.
-Язык, - рыкает на него Лев.
Макс недовольно косится на него и замолкает. Вдруг он резко понимает, что забыл про бумагу.
-Бумага, Сергей.
Царевский понимает, что он может сейчас спокойно не снимать подозрения с Максима. Этот диллер сдаст его и опознает, хотя на Макса нет никаких доказательств, кроме этого. В то же время его адвокат уже начал оспаривать его подписку о невыезде, весьма эффективно.
Сейчас главный диллер, которого они искали всей командой, у него в руках с уликами. Работа почти сделана, и Макс ему в этом помог, хотя мог просто отпиздить ненавистного кидалу, и все.
Поэтому Сергей вынимает сложенный лист из кармана и протягивает Максу.
-Почему он разутый? – спрашивает Лев.
-Он носит в ботинках, - бросает Макс, погруженный в чтение.
Лев переглядывает с Сергем и поднимает подозрительный взгляд на парня.
-А ты осведомленный.
Чернецкий ничего не отвечает, потому что звонит адвокату и отходит от них.
-Что за мальчишка? – спрашивает капитан у Сергея. Они оба встают и бросают попытки разбудить диллера.
-Свидетель.
-Ты его знаешь?
-Да, - нехотя отвечает Сергей. И еще более нехотя добавляет: – Он в порядке.
Лев оглядывается на фигуру парня и качает головой. Они погружают диллера в машину, и Сергей возвращается к Максу.
-Всё так? – спрашивает он про бумагу.
-Угу. Подписывай, - Макс успел сходить к машине Стаса и найти там ручку.
Царевский подписывает бумагу и возвращает Максиму. Чернецкий заметно расслабляется в лице. Сергей подозрительно рассматривает Максима, а особенно его глаза.
-Ты пьян? Или…
-Пьян. И теперь тебя это не касается.
Сергей подходит к нему ближе и понижает голос.
-Если я тебя сейчас обыщу, бумага станет бессмысленной?
Чернецкий хмыкает и разводит руки в стороны, будто приглашая мужчину обыскать его.
-Лев бы тебя упаковал вместе с ним, - он кивает на машину, но решает не прикасаться к Максиму.
-У него хотя б нет фетиша душить парней.
Чернецкий вернулся в свое обычное состояние. Освобождение от обвинений вернуло ему уверенность и блядскую наглость. Он в сотый раз убедился в своей безнаказанности.
-За что ты попадешься мне в следующий раз? Убийство?
Максима это задевает. Но он сжимает зубы и дерзит:
-Какая разница? Всё равно мне поебать на твои обвинения. Каждый раз.
Царевский грубо хватает его за предплечье и еле сдерживается, чтобы не ударить его. Стас замечает это, отлипает от машины и делает пару шагов к ним.
-Если бы не витаминки, ты бы никогда не отвертелся.
-Если бы, - фыркает Макс в лицо Сергею.
Царевский хватает его за волосы на затылке, сжимает их в кулак и запрокидывает его голову так, чтобы смотреть ему в глаза. Он хочет что-то сказать, но Макс его отталкивает.
 
-Иди нахуй, блять, садист ебанный, - он резкого движения головой парня мутит. Он закрывает рот ладонью, делает несколько поспешных шагов к кустам и сгибается там с характерным звуком.
В это время к Царевскому подходит взволнованный и немного рассерженный Жуков.
-Почему нельзя без насилия? – сразу спрашивает он. Царевский окидывает его оценивающим взглядом. Сейчас Стас выглядит гораздо презентабельнее, чем когда забирал Макса у него из офиса. Очень сложно представить, что они с Чернецким друзья.
-А вы давно его знаете? – спрашивает Сергей.
Стас понимает к чему он ведет.
-Нет. Но с кем угодно можно решить конфликт словами.
Сергей качает головой.
-Максим не любит слова.
Стас хмурится. Хорошее оправдание пиздить возможно его будущего парня.
-Не вмешивайтесь, Станислав, если вы не имеете к этому отношения, конечно.
-Не имею, - приходится ответит Стасу. – Вы заберете его сейчас?
-Нет. Он мне больше не нужен.
Жуков вскидывает брови, и Сергей замечает, что его лицо становится радостней. А еще он замечает кое-что в его поведении, что научился различать за 35 лет жизни в качестве гея.
- У вас с Максимом отношения? – спрашивает он, смотря на блюющего в кустах парня.
Стас напрягается.
-Кхм… – он поправляет очки. Максим убьет его, если узнает, что Царевский в курсе про его ориентацию. – Нет.
Сергей мельком смотрит на Стаса и слабо верит ему.
-Будьте осторожны, - он легко хлопает парня по плечу и уходит к своей машине.
Стас смотрит ему вслед. С чего он взял, что они с Максимом вместе? Неужели, он в курсе предпочтений Максима? Или… Чернецкий в Женеве точно сказал Стасу, что Сергей гей, и сейчас он разговаривает с ним на «ты», очень фамильярно. И Царевский – такой уважаемый человек – позволяет себе распускать руки с Максимом. Неужели они когда-то?..
Стас трет переносицу. Он нагружает себя, но вдруг вспоминает Максимино отвращение к сексу снизу и его теоритическую анальную девственность. Да и ненависть Макса к Сергею сполна оправдывается его деятельностью. Блондин немного успокаивается и идет в кусты к товарищу.
-Макс, - Стас помогает Максу выйти на асфальт. Его рубашка немного заляпана. – Воды принести?
Чернецкий кивает, вытирает рот кулаком. Жуков садит его в машину и заходит в бар бутылкой воды. Когда он возвращается, машины Царевского на стоянке уже нет. Максим разваливается на переднем сидении – он без рубашки, она, скомканная, валяется сзади. Он жадно пьет воду, она течет у него по подбородку.
-Почему он тебя не забрал? – Стас садится за руль.
-Он снял обвинения.
-Серьёзно? Почему?
-Мы договорились.
-Ого… – Жуков не знает, хочет ли парень еще к нему домой, но все равно направляет машину туда. – А вы с ним… давно знакомы?
-4 года. Но мы не знакомы. Мы встретились впервые, когда мне было 17. Потом пересекались очень редко.
-И что вас познакомило, когда тебе было 17?
-Уголовный кодекс для несовершеннолетних.
-А… – Стас решает дожать свой вопрос. – Прости, мне просто интересно чисто по-журналистски. Как ты узнал, что он гей?
-Увидел его с его парнем. Потом его парень сам мне все рассказал. Вернее… невербально рассказал.
-Ого, - Стас улыбается. – А как выглядит его парень? Это прям парень? Или мужчина?
Макс фыркает.
-Это пацан. 19-летний.
Стас коротко смеется, но после молчания Максима серьезно смотрит на него.
-Ты не шутишь?
Макс пожимает плечами.
Стас замолкает, но потом говорит без осуждения:
-Ну, у всех свои вкусы.
И Максиму нравится этот ответ.
-У тебя было много парней? – внезапно спрашивает он. Но это звучит как утверждение.