Я тебя придумала (СИ)

Я вздохнула, подумав, что они, наверное, страшно за нас волнуются. Ведь мы должны были прибыть в Лианор первыми и сообщить, что заклинание можно снимать.
— Браш дал мне «переговорник», — продолжил Рым. — Это такое небольшое магическое устройство для кратковременных переговоров на расстоянии. Как войдём в город и устроимся в трактире, я использую его и сообщу Брашу, где мы находимся.
Оставшиеся полчаса, которые мы вместе с толпой торговцев, спешащих в Лианор, преодолели до городских ворот, были спокойными. Хотя я, тем не менее, нервничала и беспокойно оглядывалась по сторонам. Мне всё время казалось, что из придорожных кустов вот-вот выскочит Эллейн и завопит: «Ага, попалась!». Ну, или Ибор с Робиаром под ручку.
Брат, замечая моё состояние, только иронично хмыкал, а Ленни неожиданно дотронулась до моей ладони и чуть сжала пальцы.
— Не бойся. — Её тёмные глаза были полны заботы. А сквозь те места, до которых дотронулась эта удивительная девочка, под мою кожу проникло такое ласковое тепло, что я сразу перестала нервничать.
— Я страшная трусиха. — Я улыбнулась ей. Ленни помотала головой.
— Нет, не ты. Я.
И только я открыла рот, чтобы задать ей вопрос — момент был самый что ни на есть подходящий, — как невдалеке громко закричали:
— В очередь, все в очередь! Не стойте, как стадо баранов, пожалуйста!
Действительно, уже показались городские ворота. Не очень широкие, но достаточные для проезда большой повозки, кареты или телеги. А кричал один из стражников, стоящих на небольшом помосте перед ними. Кроме него, там ещё находился человек в длинном тёмном плаще, записывающий всех гостей Лианора в огромную книгу; несколько магов различных направлений, которые сканировали окружающих — своеобразный фейс-контроль; а ещё в углу помоста особняком стоял высокий тёмный эльф. Ну конечно, им обязательно нужен владеющий магией крови — он, если что, и попытать может, и преступника определит по имеющимся у стражников в «картотеке» образцам крови, плюс каждый въезжающий в город был обязан оставить в журнале у дежурного стражника-писца так называемую «кровавую метку». Это позволяло коренным жителям избегать множества проблем с преступностью — благодаря договору императора с Повелителем Робиаром всех преступивших закон быстро ловили, ведь конёк тёмных эльфов — именно поисковые заклинания, основанные на магии крови.
Попасть в Лианор вообще дело не такое уж простое, а ещё я не представляла, могут ли местные маги почувствовать нашу Тень?..
— Ну, что я говорила? Это она, точно! — услышала я вдруг знакомый голос и, чуть повернув голову, округлила глаза от изумления — ко мне, пробираясь сквозь плотную толпу, спешила Милли. За ней, ухмыляясь до ушей, топал Гал, расталкивая всех попадающихся ему под руку (и под ногу) торговцев. Потом я заметила и Браша, слегка бледного и изрядно потрепанного, но тем не менее просиявшего при виде нашей честной компании.
Эмиландил уже сняла с себя заклятье Фантома и теперь выглядела собой — изящной эльфийкой с серебряным хвостом на макушке и зелёными глазами.
Господи, как же я рада, что с ними всё в порядке!
— Линн! — взвизгнула Милли, пробежав последние пару метров чуть ли не галопом, и крепко обняла меня, при этом даже немного оторвав от земли (эльфийка была на добрых тридцать сантиметров выше).
— Задушиш-ш-шь, — прохрипела я, не зная, плакать мне или смеяться от облегчения, что мы всё-таки дошли, причём целые и невредимые.
Краем глаза я заметила, как похлопывают друг друга по плечам Гал, Рым, Тор и Браш. Особенно рада я была, что всё в порядке с Галом, ведь он был единственным другом моего брата в этом мире. В ту ночь, когда погибли родственники Рыма, Бугалон тоже лишился семьи — он жил неподалёку, в похожем поселении троллей. И Гал с Рымом вместе стали колесить по Эрамиру, пытаясь найти место в жизни, нанимаясь на службу к торговцам или просто богачам, которым нужны были телохранители. Гал, сосредоточенный и молчаливый, был надёжным, как скала.
— Я безумно волновалась, — прошептала Милли мне на ухо. — Особенно когда поняла, что вы задерживаетесь.
 
Поставив меня на землю, эльфийка вдруг заметила Ленни. Глаза Эмиландил подозрительно прищурились, а я с удивлением заметила, как девочка нервно заламывает руки, переводя взгляд с меня на Милли.
— А это кто? — озвучил Браш мысли эльфийки, тоже рассматривая Ленни с подозрением.
И тут Рым меня удивил. Орк положил большую зелёную руку на плечо Ленни и громко сказал:
— Это Ленни. Наша девочка.
Вслушавшись в удивлённое молчание, брат добавил уже тише:
— Она спасла наши жизни.
Браш, Милли и Гал в этот момент радостно и с облегчением выдохнули. А потом Эмиландил улыбнулась.
— Что ж, добро пожаловать, Ленни.
И они, все трое, по очереди пожали ей руку.
Я с улыбкой наблюдала за тем, как постепенно исчезает напряжение из глаз девочки. Ленни было важно, чтобы её приняли, и она обрадовалась, когда это случилось.
Интересно, почему это было настолько важно для неё?
«У меня никогда не было настоящих друзей», — я вздрогнула и подняла глаза, когда голос Ленни прозвучал в моей голове.
И снова появилось ощущение, будто внутри меня замурчал и свернулся клубочком маленький пушистый котёнок…
.
Мы ждали своей очереди около часа. На самом деле, если подумать и вспомнить девяностые годы в России, то можно сказать, что это недолго. Мы мучались, скорее, не от ожидания, а от невозможности рассказать всё, что случилось за эти несколько дней, пока мы по отдельности добирались до Лианора. В толпе, где мог оказаться кто угодно, вплоть до Эллейн, так рисковать не стоило.
— А как ты поняла, что я здесь? — спросила я Милли. Эльфийка усмехнулась.
— Я же говорила, что тебя можно почувствовать, когда ты находишься близко. Вот и я, почувствовав, начала оглядываться, а когда увидела, то почти сразу сняла с себя заклинание.
— Я вот думаю, — тихо сказал Браш, нахмурившись, — не зря ли ты это сделала? Здесь целых четыре мага, причём один из них — тёмный эльф. Если бы ты не сняла Фантом, их поисковые заклинания начали бы раздваиваться, а так они чётко укажут на Линн.
— Не укажут.
Это сказала Ленни. Негромко, но твёрдо и уверенно. Браш и Милли с удивлением переглянулись.
— Что?..
— Она сейчас — как зеркало, — шепнула девочка, приблизившись к нам почти вплотную. — Отражает всю магию.
— Ты наложила заклинание Отражения? — выдохнула Милли, явно ошеломлённая. — Но ведь это безумно сложно. Я думала, на такое только Аравейн способен.
Я мысленно кивнула — да, заклинание Отражения принадлежало к магии высшего порядка. Оно было доступно лишь избранным. С его помощью любой мог стать невидимым для чародеев — все заклинания отражались от наведённых чар, как от зеркала.
— Нам будет, чему у тебя поучиться, — покачал головой Браш, а Рым с Тором только хмыкнули.
— Я же говорил, — и гном подмигнул Ленни, отчего девочка даже слегка покраснела.
Но меня волновало другое. То, о чём я уже думала некоторое время. Смогут ли эти маги почувствовать нашу маленькую Тень или нет?
Словно услышав этот вопрос — впрочем, возможно, так оно и было — Ленни покачала головой.
— Меня не сможет почувствовать даже Аравейн.
Я заметила, как нахмурилась Милли, услышав эту фразу, но спросить ничего не успела — подошла наша очередь, и Рым вспрыгнул на помост. Именно он, как негласный командир отряда, должен был отвечать на вопросы местных стражников.
Вся процедура заняла примерно десять минут. Нас «просканировали», ощупали, заставили расписаться в толстенной книге и поставить там отпечатки пальцев (причем кровавые, вот в чём весь ужас), после чего всё-таки пропустили в город. Меня действительно никто ни в чём не заподозрил, для всех я стала обычным человеком, в котором нет ни капли магии. И я в который раз подумала, как нам повезло, что мы встретили Ленни — потому что без неё такой «маскарад» не удался бы, и пришлось бы пытаться проникнуть в Лианор другим путём.