Я тебя придумала (СИ)

Куда? — хотела спросить я. А потом вспомнила… И, обречённо вздохнув, поспешила вслед за Рымом, который уже возвращался к остальным.
.
Потом, когда мы, простившись с Милли, Брашем и Бугалоном, разъехались в разные стороны, у меня было достаточно времени подумать о случившемся. Откинувшись на широкую грудь Рыма, я попробовала уснуть, но почему-то не смогла. И вместо того, чтобы унестись в царство Морфея, я думала, анализировала и рассуждала.
Я никогда не была влюбчивой. И с тех пор, как встретила Игоря, на мужчин не заглядывалась. Но то, что произошло у нас с Рымом, я была не в силах объяснить.
И безрассудной я тоже никогда не была. Так почему же я так странно реагирую на близость этого орка? Почему он кажется мне таким родным? Почему не хочется отпускать его или куда-то уходить самой? Откуда все эти странные мысли?
Пожалуй, теперь я была согласна с Рымом по поводу Оракула — мне тоже есть, о чём у него спросить. Хоть и придётся пройти через это сомнительное испытание. Но ничего, я смогу, я сильная.
Мы ехали долго, до самого рассвета. Я никогда не думала, что у меня получится удержаться на лошади такое продолжительное время. Впрочем, наверное, ничего бы и не вышло, если бы не твёрдая рука Рыма, которой он придерживал меня за талию.
Какое-то время я не понимала, как мои спутники и их лошади умудряются разбирать дорогу в почти полной темноте. Но потом Рым, заметив моё удивление, объяснил, что это благодаря Брашу, наградившему всех, кроме меня, «ночным зрением» на несколько часов пути, чтобы хватило до рассвета. Именно в это время мы спешились, чтобы поесть и отдохнуть.
— Если повезёт, к вечеру будем на Тропе Оракула, — сказал Тор, скидывая сумку с едой и котелком на землю. — Ездоков тут немного, так что если не наткнёмся на незваных гостей, то часам к четырём уже въедем на Тропу.
— Думаешь, любители моей силы сюда не сунутся? — вымученно улыбнулась я, благодарно усаживаясь на подстеленное Рымом одеяло. Тор вытащил из сумки котелок и пожал плечами.
— Сунутся — почикаем. Ты, главное, на рожон не лезь, как в прошлый раз. А то командир чуть концы не отдал, когда ты с тем эльфом в воздухе растворилась.
— Не сунусь. Но ведь теперь у нас больше нет магов в отряде.
— Как — нет? — изумился Тор. — А Рым, по-твоему, кто?
Я покачала головой.
— Рунная магия требует подготовки, а во время драки выписывать руны…
— Линн, — укоризненно сказал подошедший Рым, — по-моему, ты слишком плохого обо мне мнения. Неужели ты думаешь, что я отправился бы в путь, рассчитывая исключительно на мечи, зная, что среди наших противников тёмные эльфы?
Я с интересом на него посмотрела. Но Рым уже отвлёкся от темы, с тоской вертя в руках походный котелок и мешочек с какой-то крупой.
— Эх, жаль, Гала нет, а то из нас с тобой, Тор, повара — как из кошки менестрель.
— Давай я сварю! — вскочила я на ноги. Хоть я никогда не варила каши, пользуясь не плитой, а костром, всё же, надеюсь, моих умений хватит на такое нехитрое дело.
— А ты умеешь? — с сомнением протянул Тор. Я рассмеялась.
— Это я мечом махать не умею, а вот кашу — очень даже. Так что разводите костёр, да принесите воды. Не на вине же её варить, верно?
Рым, засмеявшись, подхватил котелок и потрусил к ручью, возле которого мы остановились, а гном занялся костром. Вскоре у меня было всё, что нужно — вода, крупа, соль, немного вяленого мяса и какие-то травки, из которых надлежало приготовить «чаёк».
Я, покосившись на спутников, садящихся возле костра, в который раз задумалась — а рассказывать ли им всё, что узнала в Эйме? Про то, что я демиург, про свою силу, про пророчество, в конце концов? Задумчиво помешивая крупу, чтобы не подгорела, я вздохнула — пожалуй, не стоит. Если только про силу демиурга. Но про пророчество пока умолчу, не такое уж оно и важное, да и вообще — непонятное донельзя. Только запутаю всех. Да и сама запутаюсь. Хотя я и так уже по уши запутанная.
Рассуждая логически, можно сделать вывод, что раз есть пророчество, значит, этот мир меня ждал и я что-то должна сделать. Я не просто «провалилась», этот «провал» был предопределён. Но вот зачем я Эрамиру — непонятно. Что мне нужно сделать, чтобы вернуться домой?
 
— Рым, — позвала я орка, — так всё-таки, что ты припас для наших врагов? Если на нас вдруг нападут маги, что ты будешь делать?
Он вздохнул, подсел ближе и достал из кармана четыре небольших белых камушка.
— Видишь это?
Я кивнула.
— Это четыре охранные руны. Если вдруг перед нами появятся маги, нужно бросить камушки в разные стороны. И тогда никакая магия не проникнет сквозь защитный круг.
— Совсем никакая? — прищурилась я, не поверив. Рым вздохнул.
— Почти. Рунной магией такой круг можно взломать. Но… мне сомнительно, что среди наших преследователей окажутся орки. Ни эльфы, ни люди рунную магию не практикуют.
Я кивнула.
— Хорошо. А ещё что-нибудь?
Рым хмыкнул.
— Ты любопытна, маленькая.
— Есть такое дело.
— Ну, у нас ещё есть три магических поглотителя — они «заглатывают» пущенное заклятие. Но всего один раз. Две «ледяных иглы» — это такие амулеты, они пуляются холодными иглами. В каждом амулете по десять снарядов. Есть «туманка» — это порошок, если его рассыпать, всё вокруг затянется туманом для всех, кроме того, кто его бросил. Ну и ещё несколько магических штучек, которых мне в спешке понаделали Браш с Милли.
— Например? — опять полюбопытствовала я.
Рым ухмыльнулся и стал по очереди доставать из одной сумки разные мелкие предметы.
— На минуту ослепит преследователей, — он приподнял простое зеркальце в деревянной оправе, — полезная штука, кстати, она через сутки перезаряжается сама, если её на свету оставить. Этот гребень — Милли от сердца оторвала, кстати — можно на дорогу бросить, если понадобится следы запутать, тогда тем, кто попытается нас найти с помощью магии, будет казаться, что мы поехали в другую сторону. А вот это… — Рым трепетно приподнял три маленькие склянки с переливающейся, словно сделанной из серебра, жидкостью. — Это зелье временного сна. Милли отдала все свои запасы. Если его выпить, можно на целый час стать трупом.
— Это зачем? — я ужаснулась.
— Разные бывают ситуации, — Рым снисходительно улыбнулся. — Иногда нужно притвориться мёртвым. Есть, конечно, опасная вероятность того, что тебя могут закопать живьём. Зато могут и попросту бросить на дороге, не захотев хлопотать над почившим. Причем от трупа тебя будет не отличить, даже маги не смогут эту загадку решить. На, держи одну склянку при себе, Линн. И ты тоже, Тор.
Я послушно спрятала бутылочку с зельем в карман рубашки, застегнула пуговицу, а потом, спохватившись, попробовала кашу. Ура, готово! И чай, кажется, тоже.
— Рым, Тор, кушать подано! — я поперхнулась, чуть не добавив традиционное «садитесь жрать, пожалуйста», но сдержалась. Пора отвыкать от этих навязчивых фразочек из прошлой жизни. А я уже начинала сильно сомневаться в том, что мне удастся вернуться в то место, которое я совсем недавно называла своим домом.
.
Какое-то время мы сидели в полном молчании, поглощая завтрак. Я старательно отгоняла от себя грустные мысли, поэтому с любопытством оглядывалась по сторонам.
Вроде — лес. Деревья как деревья, только больше и внушительнее, величественнее, чем у нас. С другой стороны, возможно, это я сама обмельчала.
Они затаились. Молчали, ждали, приглядывались ко мне… Ждали, когда я наконец откроюсь полностью, выдам себя. И тогда уж они набросятся… Не пощадят. Потому что мне нет прощения — оказавшись здесь, я нарушила законы мироздания, я бросила вызов тем, кто был гораздо старше и мудрее меня. Я была неосмотрительна, наивна и глупа, и если я воспользуюсь силой, меня просто поставят на место.
Я — демиург. Какая глупость! Я не могу даже в собственной жизни порядок навести, не говоря уж о созданном мире.
«Кто тебе сказал о порядке? — шепнул вдруг кто-то мне на ухо. Я вздрогнула. — Ты — всего лишь демиург. Создатель».