Нелюбимый босс (СИ)

Черт…. Когда в последний раз у меня был интим? Два-три дня назад?!
Надо срочно снять девушку и оторваться с ней в постели, чтобы не пялиться на молоденьких девочек, которые... срань господня, младше даже моей дочери.
Табу, мой друг. Намек понял?
В ответ тишина. Думаю, мой друг ничего не понял. Абсолютно. На своем стоит. Твердо. Этот скот вообще на редкость бессовестный и с большими аппетитами.
***
Соня
Доковыляла до дома кое-как, в зеркало взглянуть страшно — я словно половину сеновала измяла, собрала все занозы и ссадины. На длинную, окровавленную царапину на животе даже смотреть боюсь, она очень глубокая, и поднимается до самой груди.
Черт… Как можно было так влипнуть?
Во всем виноват Демьян. Если бы он не тиранил меня так усердно, ничего не случилось.
Тоже мне, папочка!
На вечеринку пойти не смогу. С трудом стягиваю с себя платье, принимаю душ, смывая размазанную косметику с лица и лак для волос с длинных локонов. Теперь нужно как-то обработать ссадины, но я до чертиков боюсь всего, что связано с медициной, даже вид простой перекиси и зеленки вызывает у меня сильный мандраж, до икоты.
Внезапно я слышу резкое жужжание…
Сильный, громкий звук вкручивается в уши, исходит со стороны окна. Отдернув в сторону занавеску, ахаю.
Демьян забрался на дерево с небольшой, ручной бензопилой.
Стучу по окну, привлекая внимание. Демьян выключает адски громко рычащий инструмент и машет мне ладонью. Я распахиваю окно.
— Что ты творишь?
— Спиливаю соблазн.
— Какой еще соблазн?
— Очевидно, эта ветка для тебя, как соблазн для побега. Для неудачного побега!
— Я раньше сто раз так делала! Удачно!
— Наверное, в детстве. Но с тех пор ты выросла, набрала вес и…
— Намекаешь, что я толстая?!
Офигеть… Я еще и толстая!
Не выслушав ответ, я хлопаю окном, задергиваю шторы и кусаю губы от обиды.
Запасной телефон начинает вибрировать. Звонит Макар. Блин.. Что мне ему ответить?
Не ответить тоже нельзя. Едва подношу телефон к уху, как слышу требовательный, раздраженный голос парня:
— Бейб, ты где? Я уже полчаса на соседней улице торчу. Тащи свою попку скорее!
— Макар, у меня ЧП.
— Че-че у тебя?
— Я поранилась и не смогу пойти на вечеринку.
— Поранилась?
— Упала очень неудачно. Может, приедешь? — спрашиваю с надеждой.
— Зачем?! — удивляется он. — Смотреть на твои битые коленки?
— Вдруг у меня кое-что посерьезнее? Перелом или вывих?
— Тогда вызови скорую, Соня. Я в этом деле не помощник.
Ахаю. Как можно быть таким козлом?
Парень усердно клеился ко мне, но как только узнал о неприятностях, сразу смылся.
— И вообще, знаешь, по голосу не похоже, что у тебя стряслось что-то, — продолжает Макар. — Я сделал из-за тебя такой крюк, приехал в эту дыру… Ты че, динамщица?
  
— Я не такая.
— Динамщица! — повторяет Макар. — Понятия не имею, в какие игры ты играешь, бейб, но меня, Соколова, лучше не разводить. Себе дороже, — в последних словах Макара мне почудились нотки угрозы. — Так ты едешь, бейб? Или не едешь? Если едешь, у тебя еще три минуты!
— Не могу! — говорю со слезами. — Я реально не могу.
— Ну что ж. Тогда пока. Заеду за Кирой, она так, как ты, не кидает.
— Кира? — от возмущения чуть не подавилась. Эта Кира переспала со всеми парнями… — Но ты же хотел пойти со мной!
— Перехотел. Чао, Ставрина!
Пипец… Еще и по фамилии назвал. Точно между нами все кончено, а ведь Макар — еще самый нормальный из тех парней, кто оказывает мне знаки внимания. Но и он потерян. Из-за Демьяна!
Я яростью подлетаю к окну. Демьян прибирается под деревом, собирает спиленные ветки, потом тащит бензопилу обратно в гараж. Со злостью смотрю на его широкие, мускулистые плечи. Обязательно быть в такой хорошей форме, привлекательным даже с бензопилой?!
Задергиваю шторы плотнее.
Злая настолько, что решаю даже позвонить сестре. Снова! Хотя мы сегодня уже разговаривали, но пусть она знает, чем промышляет ее папаша и уговорит его не лезть в мою личную жизнь.
Дозвониться до Алины непросто, но потом, когда я слышу ее вальяжный, томный голос, услышала кое-что еще — приглушенную музыку на заднем фоне, мужские голоса.
Значит, сестра не скучает. Более того, она не сидит в номере санатория, веселится в баре!
— Соня? Говори, что хотела или ты там уснула?
— Привет, Лин. Уснешь, как же. Когда по дому шныряет твой папаша!
— Он там? Какой молодец, — посмеивается Алина.
— Зачем ты попросила его смотреть за мной? Я взрослая!
— Все просто, малыш. Потому что меня нет, а ему просто жизненно необходимо о ком-то заботиться!
— Не понимаю! Я сама могу о себе позаботиться и ты это прекрасно знаешь.
— Так дело и не в тебе, Сонь. Дело в нем.
— В твоем папочке?
— Угу… Не хочу, чтобы он чувствовал себя ненужным.
— Знаешь, мне на его чувства плевать! Так о нем печешься, вот бы и полетела вместе с ним на отдых.
В ответ Лина булькает изумленно, как будто коктейлем едва не поперхнулась.
— Демьян появился в нашей жизни совсем недавно, но я хочу, чтобы он задержался в ней как можно дольше, — говорит Лина. — И ты мне в этом поможешь!
— Я?!
— Пока меня нет, он будет заботиться о тебе. Нельзя позволить ему соскочить с роли папаши, в котором нуждаются! — неожиданно цинично говорит Алина.
Проглатываю ее слова изумленно. Когда Алина практически с первого же дня начала сюсюкаться со своим отцом, я заподозрила неладное, ведь она совсем не такая наивная и добренькая. Но потом… поверила, что ли? Поверила в ее чувства и желание родства, поверила в искренность! Неужели зря?
— Я не понимаю, — шепчу.