Мой любимый "репититор" (СИ)

 Рассказал краткую биографию автора по отработанной схеме: где родился, в какой семье, начало творчества, продолжение творчества, семья/дети, смерть. Литераторша, проникшись моим рассказом, целых две минуты эмоционально меня нахваливала, а потом продолжила восторгаться Буниным.
 По мне так, Бунин весьма посредственный писатель. К тому же с явными сексуальными проблемами. Ух, как я плевался, когда «Митину любовь» читал. Хуже было, только когда я читал Набоковскую «Лолиту». Умом понимаю, что это классика литературы, но ничего поделать с собой не могу.
 Урок, тем временем, подошел к концу, следующим уроком стояла ещё одна литература, поэтому никто не расходился. Прозвенел звонок, и весь класс практически моментально облепил мою парту. Суки. Живым не дамся.
 Тут же посыпался шквал вопросов, я, не особо веря в успех мероприятия, сделал донельзя удивленное лицо, глядя в окно: «Ух ты, ни фига себе!». Неожиданно сие сработало. Головы одноклассников тут же обратились к окну, позволив мне незаметно сбежать.
 Я пришел под лестницу, в моей бывшей школе в таком месте была курилка, здесь, судя по баночке с окурками, тоже. Вообще, курил я редко, только когда понервничаю. Не то чтобы я сильно сейчас нервничаю, но… Да. Я нервничаю.
 Не успел я затянуться своей любимой сигаретой с запахом ментола, как перед моим взором возник тот качок, Илья, кажется. Прищурившись, с таким видом, будто говорит что-то умное, он выдал:
 - Вообще-то в школе курить запрещено.
 - Вообще-то мне плевать.
 - Любишь нарушать правила?
 - Возможно я тебя удивлю, но они для того и созданы.
 - О, так ты этот…как его… ну этот… нигилист! Во!
 - Умное слово вспомнил?
 - Я Илья.
 - Да мне собственно, насрать, хоть папа Римский.
 - А не слишком ли ты обнаглел?
 - Слушай, ты че пришел?! – взорвался я. – Знакомиться я с тобой не собираюсь, грузить меня разговорами тоже не надо!!
 - Зря ты так. С такими, как я, лучше дружить.
 - Я не дружу с людьми, которые не дружат с собственными мозгами.
 - Да пошел ты, - поджав губы, выдал парень, и, резко развернувшись, ушел.
 А я, наконец, смог спокойно покурить.
 Глава 4. 
 Илья
 Меня разрывало два чувства одновременно: первое - «Да он охуел, сука!», второе – «А он молодец, палец в рот не клади!». Можно сказать, что я испытал удовлетворение. От того, что он оказался не нудным ботаником, который рад подружиться с каждым, кто предложит, а вполне нормальным парнем. Вот же ебучая человеческая натура, меня послали, а мне ещё более интересен стал этот парень. Хотя, это нормально, наверное. Он как ёжик. Колючий.
 Но, все же, проучить его стоило, и я уже знал, как я сделаю это. Да если разобраться, то и не я. Федор и Семён Благославские, братья-близнецы и мои одноклассники. Человек в здравом уме и твёрдой памяти не то, что за близнецов, за братьев их не примет. Но их внешняя непохожесть полностью компенсировалась абсолютной идентичностью характеров. В частности, оба болели спортом и всерьёз считали, что все проблемы можно решить силой. Каждого новенького, естественно мужского пола, они проверяли одинаково: на заднем дворе школы устраивалась встреча, цель которой отмутузить друг друга. Новенький считался достойным, если, во-первых, придёт, во-вторых, если и не победит, то будет сражаться до последнего.
 
 Я, как человек, пользующийся уважением в классе и считавшийся негласным лидером в оном, не раз запрещал этим качкам проводить подобные мероприятия, ибо не выносил насилия в любом его виде. В том числе, насилия над мозгами, может, поэтому я и учусь плохо. В этот раз я решил им не запрещать. И новенького проучу, и посмотрим, что он из себя представляет.
 Коля
 Захожу домой, меня встречают папа и Александра. Александра – новая жена моего отца, они женаты всего полтора года. Моя мать погибла в автокатастрофе, когда мне было всего три года, так что я не помню её совсем. Конечно, есть её фотографии, но красивую женщину на глянцевой картонке мой мозг отказывался идентифицировать как мать.
 Отец её, к слову, очень любил, и нелегко переживал её потерю. В нашем доме за десять с лишним лет, не было ни одной женщины, кроме горничных или кухарок. А два года назад, отец познакомился с Александрой и влюбился. Он жутко переживал, что я могу плохо отреагировать на чужую женщину в доме, но кто я такой, чтобы запрещать отцу быть счастливым? Тем более, я видел, что Саша не одна из тех, кому нужны деньги и связи моего отца, она действительно любила и уважала его, это можно было прочитать в её глазах. К тому же она была очень мудрой женщиной, и пожалуй единственной, кто мог доказать моему папе, что он не прав. Отношения у нас с ней сложились довольно теплые.
 - Ну что, сынок, как там, в школе? – отец пристально смотрит на меня.
 - Нормально, - отвечаю уклончиво.
 - Что, плохо? Тебя обижали? – тут же пугается отец.
 - Вова, он же сказал, что все нормально – одергивает отца Саша.
 - Но милая, ты же знаешь, в каких случаях он говорит «нормально»! Когда он в прошлом году ногу сломал, он тоже сказал, что чувствует себя нормально!
 - Вова, ты параноик! – смеется Александра.
 Я тоже усмехаюсь. Папа действительно становится жутким паникёром, когда дело касается меня. Ну, вот такой у меня немножко сумасшедший папа.
 От ужина я отказался, есть не хотелось совершенно. Папа, было, хотел возразить, но его быстро осадили. Великолепная женщина. Поднимаюсь в комнату. Повсюду коробки с вещами – я ещё не успел толком разобраться. Не успел я присесть, как зазвонил мобильник.
 - Да!
 - Привеееет! Ну как ты там, живой? Как школа?
 - Школа как школа, такие же…
 - …уёбки как везде?
 - Ага, - рассмеялся я. Мы с Мишкой всегда понимали друг друга с полуслова. На то и лучшие друзья.
 - Блиииин, ты не представляешь, как я хочу тебя увидеть, мы уже месяц не виделись, я соскучился ужааасно!