Гиперборейские тайны Руси

Рис. 115. Мокошь. Русская народная вышивка
В древнерусском языческом пантеоне функции индоевропейской богини судьбы перешли к женскому божеству Мокоши, чьи изображения по сей день сохраняются в народных вышивках (рис. 115). Мокошь – типичная богиня-пряха. Ее отличительная черта – прядет по ночам (чем занимается днем – неизвестно). В народе повсеместно было распространено поверье: нельзя на ночь оставлять в избе кудель, а то «Мокошь отпрядет». Но прядение Мокоши – далеко не бытовое и не будничное занятие. Имя ее произносится по-разному. Академик Рыбаков зовет ее Макошью. В Словаре Даля она значится как Макешь. В северных деревнях ее кличут Мокушей – считается, что она по ночам выстригает у овец шерсть для пряжи, а все ночные звуки относят к работе ее веретена. Однако в исходном рукописном тексте летописей (Лаврентьевской, Ипатьевской, Радзивиловской и других) написано – Мокошь. Откуда взялась в языческом пантеоне богиня с таким странным для русского языка именем – сказать толком никто не может.
Вопрос считается настолько трудным и запутанным, что некоторые даже не берутся его объяснять. Те же, кто отважился, чего только не наговорили. Пытались увязать имя Мокоши с финно-угорской традицией и, в частности, с мордовскими (мокшанскими) верованиями. Высказывалось и более экстравагантное мнение: по-еврейски мокош – понятие, обозначающее низших языческих богов или демонов. Нельзя не заметить и сходство имени древнерусской языческой богини с санскритским словом «мокша», означающим «освобождение» и «спасение души». На это обратил внимание Г.В. Вернадский во 2-м томе своей многотомной «Истории России». Мокша – одно из ключевых понятий индийской философии и доктрины; в смысловом отношении оно неизбежно сопряжено с понятием судьбы, всегда предопределяющей индивидуальное освобождение (спасение души). Данную интерпретацию поддерживает и Н.Р. Гусева: в ее толковании мокши акцент делается в плане понимания освобождения души от тела, то есть смерти. Между прочим, в неопубликованном «Прологе 1383 года», хранящемся в ЦГАДА (ф. 381, № 72), Мокошь так и именуется Мокш (а Хорс – Хурс).
Большинство исследователей считает, что имя загадочной русской богини связано со словом «мокнуть» и, следовательно, само божество связано с водной, речной, морской, озерной, болотной, дождевой, колодезной и прочей стихией (наподобие калевальской Ильматар – «Матери Воды», но «Дочери Неба»). Б.А. Рыбаков предложил иную интерпретацию: Макошь = Ма («мать») + кошь («жребий») = богиня судьбы. Однако архаичный корень «кош» полисемантичен; он образует множество слов с самыми разными значениями: «кокошить» – «бить, колотить»; «кокошь» – «курица», «кокош» (укр.) – «петух»; «кокошник» – женский головной убор, а также «кошелек», «кошелка», «кошма», «кошевой», «лукошко» и др. С учетом же чередования гласных «о» и «а» («кош» и «каш») количество возможных смыслов и их истолкования вообще становится необъятным.
Думается, разгадка таинственного имени лежит в несколько иной плоскости. Семантически Мокошь-Макошь то же самое, что и «макушка». Неспроста ведь на Русском Севере она так и зовется – Мокуша. А «макушка» – это всегда верх чего-то: головы, горы, дерева и т. п. Значит, и смысл имени Мокоши следует искать в ее «верховности». При этом, конечно, не исключается, что смысл «верховности» или «вознесения вверх» предполагал одновременно и «освобождение», «спасение». В таком случае Мокошь – один из ранних первообразов Спасителя (Спасительницы).
Этимологи обычно выводят происхождение слова «макушка» из лексемы «мак». Нет сомнения, что оба слова из одного смыслового и языкового гнезда. Но что же все-таки они означают? В некоторых индоевропейских языках морфема «мак» произносится – mah. В санскрите и современных индийских языках этот корень входит в состав имен, названий и понятий со значением «великий» (Махатма, Махавира, Махаяна, Махабхарата, Махараджа и др.). Обращение к истокам позволяет выявить и первоначальный смысл древнего имени, таинственного для поколений, живущих на рубеже ХХ и ХХI веков н. э. Ничего загадочного для наших пращуров в нем не было. Макошь – Великая [богиня] – вот кто она такая! Что касается окончания, то и здесь нет ничего таинственного. Только для современного уха оно кажется непривычным, хотя в русском языке прекрасно прижились и другие слова с тем же окончанием, например «роскошь».
 
Похожие представления о прядущей богине судьбы бытовали и у народов иных культур. Так, на Африканском континенте из дагомейской мифологии известна Великая богиня Минона – покровительница женщин, занимающихся прядением, и ее божественная дочь, отвечающая за судьбу людей. На севере Евразии эвенки представляли судьбу – маин – как невидимую нить, идущую от головы каждого человека к небу. У тех же эвенков, а также долган разрыв такой нити означает смерть. У нганасан нить жизни отождествляется с солнечным лучом, а ее разрыв (и соответственно – смерть человека) осуществляется луной.
Архаичные представления о прядущей богине сохранились и у кольских саамов. В саамской семье женщина всегда занимала главенствующее положение, а мужчине отводилась более скромная роль – работника и добытчика. Как рассказала автору известная саамская писательница и собирательница народных преданий – Надежда Большакова, культ матери-земли в древней саамской мифологии был неотделим от культа огня. Верховная богиня так и величалась – Мать-Огонь. Поскольку покровительницей очага у лопарей всегда была женщина, соответственно и огонь приобрел женское и материнское начало. Великая богиня Мать-Огонь считалась покровительницей лопарской семьи и в особенности женщин: она предупреждала хозяйку о надвигающейся беде или опасности и помогала при родах. Из истории мировой культуры хорошо известны богини, наделенные теми же функциями. В греческой мифологии и религии это Гестия (римская Веста) – олимпийская богиня домашнего очага, хранительница негасимого огня и олицетворение огненного начала космоса, которое, по представлениям эллинов, объединял мир богов и людей. В главном храме Древнего Рима служительницы Весты – целомудренные жрицы-весталки – поддерживали вечный огонь – символ государственного могущества и стабильности власти.
У саамской матери-земли Мадероакки было три дочери. Младшая Уксахкка (Дверная женщина) защищала вход в землянку-вежу и следила за первыми шагами ребенка. Средняя Юксахкка (Лук-женщина) – что-то вроде северной Артемиды-Дианы: она покровительствовала охоте, но, главное, являлась хранительницей постели и брачного ложа. Наконец, самая почитаемая – старшая Сарахкка (Прядущая женщина) – объединяла в одном лице и богиню любви и богиню судьбы: она считалась и божеством соития и оплодотворения, а также повитухой, помогающей родам и у людей, и у животных, и у растений. Именно ей приносилась в жертву первая чашка супа или чая, которая выливалась в огонь. Ей же приносились жертвы и во время родов и после рождения ребенка. Характерно, что в жертву приносились животные только женского пола, а во время жертвоприношения позволялось присутствовать только женщинам, и жертвенное мясо также разрешалось есть только женщинам. Богиня-пряха не забыта и сегодня: ее имя «Сарахкка» носит международное объединение саамских женщин России, Норвегии, Финляндии и Швеции. Кроме того, вполне возможно, что от имени богини происходит и древнее название Лапландии – Сариола: в «Калевале» описывается такая Небесная Пряха, которая прядет золотую нить, сидя на радуге: ее-то и повстречал вещий Вянямёйнен в далекой северной Похъёле.
По народным представлениям, смерть – обрыв нити жизни. Потому-то столь трепетным было во все века у всех народов отношение к богине судьбы. Ее предначертания «кажут солнцу путь», ей подвластны сами боги, бессильные изменить уготованное судьбой. От древнего языческого мировоззрения до наших дней сохранились в русском обиходе выражения: «нить жизни», «нить судьбы», «повитуха», «повивальная бабка» (от слова «вить»), которая перевязывала повитью (скрученной нитью) пуповину новорожденного, соединяя его тем самым с космической нитью жизни. Прялку и веретено как приспособления для скручивания спираленитей можно смело назвать первой моделью космоса. Вспомним: многие русские прялки украшены резьбой и рисунками Вселенной: солнца, луны, звезд, их символического движения по небосклону. Народный космизм породил впоследствии и серьезные философские обобщения. Так, в «Государстве» Платона подробно описывается мироздание в виде светового веретена Ананки (Необходимости).