Гиперборейские тайны Руси

Конечно, по логике норманистов, все приведенные названия должны считаться следами нахождения (или прохождения) тут скандинавских викингов, якобы именовавших себя «русью». (В наше время грант на топонимические изыскания и опубликование своей работы можно получить только при условии пропаганды «норманнской теории», как это случилось с археологическими раскопками в Старой Ладоге, когда финансирование западных «благодетелей» открылось только с целью доказательства, что первую столицу Рюриковичей построили то ли шведы, то ли норвежцы.) К счастью (в отличие, скажем, от Карамзина), российско-польский патриот Доленга-Ходаковский был к тому же еще и объективным ученым…
Следы пребывания славянороссов рассеяны по всему миру. Так, на северо-восточном побережье Аравии, в Объединенных Арабских Эмиратах, известен полуостров Руус-эль-Джибаль, что переводится как «вершины гор». Здесь же, в Персидском и Оманском заливах, множество топонимов с лексемой «рас»: например, три мыса Рас-эль-Бидния, Рас-Танура и Рас-Май. По сообщению арабиста В.Д. Осипова, в Йемене, примерно в 30 километрах к юго-востоку от столицы Саны, находится местность Биляд эр-Рус, что дословно переводится с арабского как Страна Русских, а огромный солончак в том же районе именуется Аба эр-Рус, что означает Отцы Русских [46]. Никто не может объяснить толком, когда и почему возникли данные названия, связаны ли они с варварским (вандальским) нашествием в V веке н. э. или их лексические корни уходят в более глубокие времена. Между тем «русская топонимика» легко может быть истолкована как вербальный след пребывания или прохождения здесь русских племен во главе с праотцом Русом, что получило отражение и в записанном значительно позже древнерусском «Сказании о Словене и Русе», где утверждается: русские полки во главе с Русом ходили на «египетские и другие варварские страны», наводя там «великий страх» [47].
Конечно, нас интересуют русские топонимы и гидронимы прежде всего на территории России (шире – Древней Руси, включавшей нынешние территории Украины и Белоруссии). Их здесь также предостаточно – нужно лишь внимательно вглядеться в географическую карту. При этом, безусловно, необходимо принять во внимание, что гласные и согласные звуки в течение тысячелетий менялись, в результате чего лексема «рус» превращалась в «рос» или, скажем, «руз». Потому название реки Рось на Украине имеет тот же общий арийский корень, что и имя реки (и соответственно древнего города) Руза в Подмосковье. К древнеарийскому корню позже могла прибавляться чисто славянская приставка, частица или даже указательное слово: например, реки Нерусса на Брянщине или Таруса (то есть «та руса») в Калужской области.
Последнюю большинство этимологов и топонимистов упорно пытается вывести из балтийских языков (и делает вывод, что центральные области России, включая Москву и Подмосковье, первоначально были заселены предками современных прибалтов). Эта сомнительная гипотеза может иметь право на существование, только если принять во внимание, что в отдаленную эпоху балтийские языки и их носители были недифференцированы в составе единой индоевропейской этнолингвистической общности. Поэтому и многие корни у современных балтийских и славянских языков общие. Но было бы странно утверждать, что гидроним Таруса балтийского происхождения на том основании, что в Литве есть речка со сходной вокализацией – Тарушкай. Корневая основа «тар» вообще наидревнейшего происхождения, и слова на ее основе можно встретить в любом современном индоевропейском языке.
Напротив, в самом Балтийском регионе, еще тысячу лет назад густо населенном балтийскими славянами, впоследствии полностью уничтоженными или ассимилированными в ходе немецкой и католической экспансии, – повсюду остались славянские топонимические и гидронимические следы, в том числе и с корнем «рус». Он сохранился даже в названии цитадели германской государственности и милитаризма – Пруссии, – образованном от первоначального наименования данной исконно славянской территории – Поруссии (по другим вариантам – Боруссии). Также и в Прибалтике повсюду встречаются русские топонимы: Расеняй (Росины) – в Литве, Рига [48] – в Латвии и др.
   
Лексема «рам»
 
Этот санскритский корень положен в основу священного индийского имени Рама. Так звали благародного царевича из древнеарийской династии Икшваку, ставшего героем величайшего эпоса «Рамаяна», принадлежащего легендарному мудрецу Вальмики. В центре сюжета «Рамаяны» – грандиозная битва. Рама, его сподвижники и помогающий им сверхсовершенный обезьяний народ сражаются с сонмищем ракшасов (кровожадных демонов) и их предводителем десятиглавым Раваной, похитителем Ситы – блистательной жены Рамы. В общих чертах сюжет с похищением чем-то напоминает «Руслана и Людмилу».
Символом полярной прародины в арийской традиции выступала золотая гора Меру, которая располагалась на Северном полюсе и являлась центром Вселенной. Она упоминается во всех древнеиндийских сказаниях. В окрестностях полярной горы обитали не одни только могущественные боги, но и другие удивительные существа. Среди них целый «обезьяний народ», мудростью своей и могуществом не уступавший самим небожителям. К нему и принадлежал Сугрива – тот самый царь обезьян, который помог великому Раме одержать победу над демоном Раваной, дав в помощники царевичу своего главного советника – мудрейшую из мудрейших обезьян – Ханумана.
Действие «Рамаяны», как известно, развертывается на сугубо индийской почве. Но в ней отчетливо прослеживаются многочисленные северные реминисценции, восходящие к арийскому и доарийскому периоду истории индоевропейцев. Сказанное как раз и относится ко всей «обезьяньей линии» древнеиндийской мифологии. Лишним подтверждением тому может служить и известный эпизод «Рамаяны». Первоначально «обезьяний» царь Сугрива отправляет свое многочисленное войско на поиски похищенной Ситы – жены Рамы – не куда-нибудь, а на Север (!), красочно и довольно-таки точно описав предстоящий маршрут. Сначала спасителям Ситы предстоит преодолеть область ужасного мрака (читай: область полярной ночи). За ней посреди Вечного Океана лежит Счастливая обитель света с золотой горой Меру, где повсюду растут чудесные плоды, реки текут в золотых руслах и царит золотой век. Любопытно, что здесь временное описание заменяется пространственным. Причем эту пространственную последовательность (сначала Царство тьмы – затем Царство света) следует и понимать во временном плане (сначала полярная ночь – затем полярный день). Таким образом, индоарийских сверхсовершенных «обезьянолюдей», в том числе и Ханумана (дословно «Имеющий (разбитую) челюсть» – из-за увечия, нанесенного ему богом Индрой), приходится признать уроженцами Севера.
В основе эпоса о подвигах Рамы, несомненно, лежат архаичные представления древних ариев, некогда мигрировавших с севера на юг. Именно поэтому повсюду на территории Евразии встречаются многочисленные топонимы и гидронимы с корнем «рам». Есть они и на Крайнем Севере, откуда с периферийных прибрежных районов, окружавших погибшую Гиперборею, началось движение древних ариев на юг в поисках земель, более подходящих для жизни. Александр Васильевич Барченко (1881–1938), располагавший какими-то ныне утраченными сведениями и разработавший стройную историософскую концепцию, считал, что арийская миграция началась примерно девять тысяч лет тому назад с Кольского полуострова. Именно здесь, в самом его сердце, сохранилось священое Рамозеро и пирамидальная гора Рамы. И озеро, и гора были обследованы в ходе научно-поисковой экспедиции «Гиперборея-2003» и были обнаружены весьма интересные объекты, включая загадочные надписи (о чем уже было рассказано в предыдущих книгах настоящей серии).