Гиперборейские тайны Руси

Современные казанские татары (один из наиболее крупных, жизнестойких и культурных этносов России) – прямые наследники населения мощного средневекового государства Волжской Булгарии, а не кочевников татаро-монгол, вторгшихся на территорию Восточной Европы в XIII веке (как думают некоторые). В свою очередь, волжские булгары – потомки тюркоязычного племени так называемых протоболгар, которые переселились на Волгу из Северного Причерноморья и Приазовья в VII веке новой эры под ударами более сильного племенного объединения – хазар. (Другая часть протоболгар под водительством хана-пассионария Аспаруха мигрировала на Балканы, где, слившись с местными славянскими племенами, положила начало современной болгарской нации.)
Рис. 41. Орнаментальное изображение крылатого человека. Фото Федора Головина
Но мы-то знаем, что Волга и ее берега являлись одной из основных артерий, по которой потомки гиперборейцев продвигались на Юг от рубежей погибшей Прародины в поисках более подходящих для жизни территорий. А потому они не могли не оставить реальных и виртуальных следов о своем пребывании на берегах великой европейской реки. Изображение крылатого человека (гиперборейца?) – лучшее тому подтверждение. (Следует также принять во внимание, что ислам – а его татары исповедуют еще со времен Волжской Булгарии – накладывает запрет на изображение людей, поэтому неудивительно, что древнейший образ дошел до наших дней в столь схематической, орнаментальной форме.)
Русский фольклор также сохранил немало образов-символов летательных средств: летучий корабль, деревянный орел (рис. 42), ковер-самолет (рис. 43), ступа Бабы-Яги и др. Уместно также предположить, что особо любимые и чтимые на Руси образы птицедев Сирина, Алконоста, Гамаюна уходят своими корнями в глубокую гиперборейскую древность – не обязательно напрямую, а скорее всего опосредованно, через взаимодействие разных культур. Похожая птицедева – лебединая богиня – известна и у российских ненцев. Недавно при раскопках святилища на острове Вайгач, расположенном в акватории Ледовитого океана, было обнаружено множество литых бронзовых фигурок крылатых людей, вновь заставляющих вспомнить о гиперборейцах (рис. 44).
Рис. 42. Деревянный орел. Художник Л. Владимирский
Множество стилизованных бронзовых изображений птицелюдей было найдено в разных местах Прикамского региона и Приполярного Урала – образцы так называемого пермского звериного стиля (рис. 45). Почему-то их принято именовать «чудскими древностями» и привязывать к финно-угорской культуре: раз последними по времени аборигенами здесь являются коми, ханты, манси и др. народы, значит, именно им и принадлежат обнаруженные археологами предметы и изделия. Однако истоки финно-угорских, самодийских, индоевропейских и всех других народов следует искать в северной Гиперборее с единым языком и культурой. Именно в эту гиперборейскую древность уходят и корни «пермского стиля» с его крылатыми птицелюдьми, распространенными, впрочем, по всему земному шару – вплоть до Южной Америки и острова Пасхи.
Рис. 43. Ковер самолет. Художник Виктор Васнецов
«Механизм» архаичных полетов описан во множестве преданий северных народов. Например, в саамских преданиях он довольно прост: разжигался костер из стружек, накрывался мокрой рогожей, на рогожку мог садиться всяк желающий и его жаром поднимало на небеса аж до самого Господа Бога. Одним словом, саамский ковер-самолет. О таких полетах лопарей М.М. Пришвину поведал в начале ХХ века один живший среди них русский сказитель.
 
Рис. 44. Крылатые существа (гиперборейцы?) с острова Вайгач
Рис. 45. «Чудь летающая» – бронзовые фигурки из Прикамья
В «Калевале», где многие события развертываются на родине саамов – в Лапландии-Сариоле, описывается полет на орле старца-богатыря Вяйнямёйнена в далекие северные земли:
 
 
Богатырь из волн поднялся,
 
На крыло к орлу уселся,
 
У хвоста, у самой кости.
 
Вот несет орел небесный
 
Вяйнямёйнена седого,
 
Он несет его по ветру,
 
По пути ветров весенних,
 
К дальним Севера границам,
 
К той суровой Сариоле…
 
 
Практически теми же словами рассказывается о полете русских героев в северное Подсолнечное царство на деревянном орле в былине-сказке из классического 3-томного собрания Павла Николаевича Рыбникова (1831–1885):
 
 
Прилетел он в царство под солнышком,
 
Слезает с орла самолетного
 
И начал по царству похаживать,
 
По Подсолнечному погуливать.
 
Во этом во царстве Подсолнечном
 
Стоял терем – золоты верхи,
 
Круг этого терема был белый двор
 
О тых воротах о двенадцати,
 
О тых сторожах о строгих…
 
 
В прозаических текстах содержатся другие подробности. Русская народная сказка «Деревянный орел» записана в различных вариантах. В начале ее обычно появляются два мастера-умельца – ювелир и столяр. Один из них демонстрирует царской семье диковинку – золотую водоплавающую утку, другой – летающего деревянного орла:
<…> «Сел столяр на орла и повернул винтик. Поднял его орел и мигом вылетел по воздуху из царской палаты. Кинулись все к окнам, смотрят, рты разинули, а столяр над царским двором в воздухе разные круги делает. Влево повернет винтик – орел книзу летит, вправо повернет – подымается. У царя от удивления корона на затылок съехала, глядит он в окошко, оторваться не может. А все кругом словно замерли. Такого мастерства никто не видывал.
Покружил столяр по воздуху и обратно в палату влетел. Поставил орла в сторонку и к царю подходит:
– Ну как, царь-батюшка, доволен ли ты моим искусством?
– Слов не нахожу, так доволен, – царь отвечает. – Да как же ты этак умудрился? Да как же ты ему этот винтик пристроил?
Начал столяр царю объяснять, а в это время царица как ахнет, как закричит:
– Куда ты? Куда? Ах, ловите, остановите!
Обернулись все на ее голос – и видят: пока царь столяра расспрашивал, царевич молодой вскочил на орла, повернул винтик – и вылетел из окна на двор.
– Вернись скорей! Куда ты? Убьешься! – кричат ему царь с царицей.
А царевич махнул рукой, да и полетел через забор серебряный, которым дворец огорожен был. Повернул он винтик вправо – поднялся орел за облака и скрылся из глаз.
Царица без памяти лежит, а царь на столяра гневается.
– Это, – говорит, – ты нарочно такую штуку придумал, чтобы нашего сына единственного сгубить. Эй, стражники! Схватить его и бросить в темницу. А если через две недели царевич не вернется, вздернуть столяра на виселицу.
Схватили стражники столяра и кинули в темное подземелье.
А царевич на деревянном орле все дальше и дальше летит.
Любо царевичу. Просторно, вольно кругом. В ушах ветер свистит, кудри развеваются, под ногами облака проносятся, и сам царевич – словно птица крылатая. Куда хочет, туда в небе и поворачивает.