Гиперборейские тайны Руси
В России почитание больших камней было распространено повсеместно как в стародавние времена, так и в новейшее время. По сей день во многих северных селениях различные валуны имеют собственное имя, их почитают, с ними, как правило, связаны архаичные легенды. В других регионах России также имеются подобные реликвии. В Осетии вам могут показать так называемые чашечные камни – огромные валуны, испещренные углублениями различной формы и величины. Одни говорят о них, что это, дескать, следы ногтей или пальцев нартских богатырей; другие настаивают на их ритуальном назначении, третьи утверждают: так фиксировались в древности судейские решения и исполнение наказаний.
Некоторые большие камни приобрели всероссийскую известность. Таков легендарный Синь-Камень на берегу Плещеева озера близ Переславля-Залесского. Считается, что Синь-Камень может самостоятельно перемещаться или летать, как саамский сейд. Народное предание гласит: когда во времена борьбы с язычеством камень столкнули в озеро, он ночью чудесным образом вернулся на прежнее место. Сейчас, как и встарь, Синь-Камень объект поклонения неоязычников, которые регулярно съезжаются к нему отовсюду вперемешку с многочисленными туристами.
Как и повсюду в мире, на российских просторах сохранились камни-следовики – валуны с выбитыми на их поверхности контурами человеческих ладоней и ступней. Последние принято связывать с древнейшими арийскими верованиями и, в частности, с легендой о трех шагах Вишну, символизирующих движение солнца от восхода через точку в зените и до заката. В гимне Ригведы (I, 154; 2,4) поется:
Вот прославляется Вишну за героическую силу,Страшный, как зверь, бродящий (неизвестно) где,живущий в горах,В трех широких шагах которогоОбитают все существа.(Он тот), три следа которого, полные меда,Неиссякающие, опьяняются по своему обычаю,Кто триедино землю и небоОдин поддерживал – все существа…Камни-следовики – немые свидетели древнейшего продвижения с Севера на Юг архаичной общеиндоевропейской культуры, верований и культов.
* * *Повсюду в России, особенно в степных регионах, встречаются хорошо всем известные каменные изваяния – так называемые каменные «бабы». (Мы не случайно взяли термин «бабы» в кавычки, ибо таковыми, то есть «бабами», они могут считаться весьма условно: нередко среди них встречаются мужские «особи» с подчеркнуто выраженными мужскими гениталиями.) Раньше их присутствие отмечалось повсюду (и не только в России, а по всей территории Евразии – от Южной Франции до границ Китая и Монголии). Но постепенно они были беспощадно изничтожены (в основном по наущению церкви – как языческие бесовские истуканы). Там, где их в XVIII веке во множестве видел знаменитый географ и путешественник Петр Симон Паллас (1741–1811), они уже отсутствовали спустя столетие. По свидетельству русского этнографа Вадима Васильевича Пассека (1808–1842), только на его памяти в одном имении помещицы Шидловской (Харьковская губерния) истребили 30 каменных «баб». К середине XIX века их осталось около 650; в послереволюционное время XX века почти все они были развезены по музеям (рис. 139).
Рис. 139. Каменные «бабы» в Омском музее. Фото Валерия Демина
В 1822 году степи под Оренбургом посетил Александр Гумбольдт. Сопровождавшие его в поездке уральские казаки показали ему одну из «каменных баб». При виде ее великий ученый за стыл, как громом пораженный, а затем молча отошел в глубокой задумчивости. Позже он объяснил причину своего изумления: ведь точно такие же каменные «бабы» он встречал совсем недавно во время своего путешествия по Южной Америке. Откуда такое поразительное сходство и почему? Во всяком случае, это в корне противоречит утвердившемуся на сегодня мнению, что «бабы» оставлены в степи кочевниками, преимущественно половцами. В действительности ареал распространения каменных изваяний в России значительно шире традиционных мест обитания кочевников, он охватывал лесостепь и даже часть лесной полосы в Воронежской, Тамбовской и Рязанской губерниях. Еще в XIX столетии одна такая «баба» в виде вооруженного воина с шишаком на голове и копьем в руке стояла на кургане, сохранившемся в одном из дворов Рязани, где никаких половцев отродясь не бывало (затем, надо полагать, она попала в музей). Точно такая же «баба», по крайней мере до 1870 года, стояла в кунцевском имении Нарышкиных (то есть в пределах современной Москвы). В печати даже развернулась дискуссия: привозная она или не привозная. Дотошные краеведы опросили самых древних стариков, и те в один голос заявили: стояла она тут испокон веков и дедам нашим была известна. Записей в господских книгах, где тщательно фиксировлось появление каждой новой вещи, про «бабу» тоже ничего не говорилось.
Известно, что у кочевников не культивировалась техника обработки камня, тем более – огромных глыб (когда в XIX веке по указанию церковных властей решили выкопать «бабу», что стояла в имении Богдана Хмельницкого в селе Субботово и к которой он любил привязывать польских пленных, то оказалось, что вручную с ней ничего поделать нельзя – так глубоко уходило туловище в землю). Множество каменных «баб» сохранилось на юге Сибири, в Алтайском регионе, в Республике Хакасия и других местах. Это дало повод ряду исследователей однозначно связать феномен каменных «баб» с тюркской культурой. Несомненно, однако, что древние тюрки являются всего лишь наследниками более архаичных культур, когда, собственно, и зародился культ поклонения камням, сохранившийся практически до наших дней. В начале ХХ века известный сибирский художник Григорий Иванович Чорос-Гуркин (1870–1937) совершил творческую поездку по Алтаю, где написал множество этнографических картин. Среди них – классическая каменная «баба» в окружении четырнадцати лошадиных черепов. Это значит, что каменному изваянию продолжали приносить кровавые жертвы (рис. 140).
Рис. 140. Жертвоприношение каменной «бабе». Картина Григория Чорос Гуркина
Зафиксированы факты культового поклонения каменным «бабам» и со стороны славянского населения, что доказывает их древнеязыческое происхождение, не имеющее никакого отношения к каким-либо кочевникам. Вот что сообщали русские этнографы в конце XIX века. В Харьковской губернии к каменной «бабе» приносят больных детей. В галицком Покутье есть двулицая (!) каменная «баба»: одни считают ее образом Леля и Полеля, а другие – Дажьбога и Лады. Крестьяне соскабливают часть камня и употребляют его как лекарство. Во время засухи кладут эту «бабу» на землю, чтобы пошел дождь, а в чрезмерно дождливую погоду ставят головой вверх. Называется эта двойная «баба» «кумы», что объясняется так: кум и кума, возвращаясь из церкви после окрещения ребенка, согрешили, вступив в плотскую связь, и потому окаменели (в действительности налицо древняя каменная герма типа «двуликого Януса» и скорее всего относящаяся к тому времени, когда прапредки этрусков или другого будущего италийского племени мигрировали с Севера на Юг).
Но продолжим анализ этнографической информации. На Толстой могиле близ Запорожья стояла каменная «баба», люди приписывали ей таинственное магическое влияние, за что по приказу местных властей «баба» была свалена на землю. В 1833 и 1834 годах случилась большая засуха и в результате – полный неурожай и голод. Народ в надежде, что «баба» поможет, поставил ее на место. Тогда начальство велело отбить у изваяния голову. Так печально заканчивалась история каменных мегалитов, до того простоявших в этих местах, быть может, не одно тысячелетие. Поклонение каменной «бабе» зафиксировано также И.Е. Забелиным, который в середине XIX века вел раскопки Чертомлыцкого кургана близ Никополя. Здесь же находилась каменная «баба», и к ней местные жители испокон веков ходили на поклон ради исцеления от всяких болезней.
