Гид для Гада (СИ)

- Вы сразу скажите, - вежливо уточнила я, глядя с опаской на клиента. – Какой чемодан мне спасать в случае чего в первую очередь?
- Тот, который ты утопила в болоте, - произнес демон, не сводя с меня глаз. Природа его что-то мало интересовала. Этот взгляд мне совсем не нравился. Более того, у меня от таких взглядов невольно закрадываются нехорошие предчувствия.
- За чемодан и пощечину я дико извиняюсь, - остановилась я, перевести дух и сверится с картой, вложенной в справочник.
- Бессмысленно, - отрезал демон, глядя на меня таким взглядом, что мне снова стало неуютно. – Я не принимаю извинений. В моем случае, извинения – это жалка попытка избежать наказания. В аду не принято извиняться.
- Ну что ж, - пожала плечами я, надеясь, что в одном чемодане у демона были чистые трусы, во втором – чистые носки, а третий - утопленник служил исключительно для грязного белья. – Тогда скажу проще. Так вам и надо. Так, на чем я остановилась? Ах да, в этот лес приходят люди подумать о жизни, о ее смысле, вспомнить какие-то важные эпизоды. И вообще, природа здесь располагает к философским поискам…
Я вздохнула, проходя мимо повешенного на суку скелета. Он покачивался на ветру, стучал костями, как бы подтверждая мои слова. Лес становился все непроходимей и мрачнее. С треском сухих веток, я перелазила через поваленные деревья, слыша иногда такие звуки, от которых нервная система приходила в замешательство.
Что-то упорно мне подсказывало, что мы заблудились, но я старалась не подавать виду, бодро чапая с двумя чемоданами по топкой полянке.
- Вот! – выдохнула я, опустив на траву чужую ручную кладь. – Здесь мы всегда делаем … эм… привал… Вот тут лучше всего привалиться к дереву!
Я пыталась отдышаться, осматривая окрестности. Справочник экскурсовода намекал на то, что нужно ориентироваться по солнцу и мху. Мох был везде, а солнца я здесь не заметила. Небо было серым-серым, словно прикрытым пеленой тумана. Где-то выл одинокий и очень несчастный волк, пока я смотрела на то, как туман, окутывающий лес темнеет и становится грязно-серым.
- Давайте остановимся прямо здесь! Ночевка под открытым небом – это тоже ч-ч-часть экскурсии! – приторно жизнерадостным голосом произнесла я, делая вид, что все так и задумано. – Нам нужно развести костер!
Я вопросительно посмотрела на Салатика. Судя по самооценке тут не Оливье! Тут сам Цезарь!
Чавкая грязью, я собирала сучья, недобрым взглядом экзорциста, поглядывая на демона, который с философским интересом разглядывал что-то в лесу.
- Как думаешь, если рисовать труп – это портрет или натюрморт? – поинтересовался Салатик, пока я сваливала сучья в кучку.
- В зависимости от степени разложения! – огрызнулась я, отклеивая с мятого и грязного пособия наскоро приклеенное название «Пособие для начинающего туриста». «Пособие для будущего ужина медведей!», - прочитала я, понимая, что у меня на такой ад столько грехов не наберется!
Через час я посмотрела свои руки, а потом скользнула тоскливым взглядом по демону. Попытка развести костер и демона на душу закончились полным провалом. Мои руки напоминали руки очень одинокого мужчины, пока я утирала пот со лба.
- Давай, инквизитор, - подбадривал меня Салатик с гадкой улыбкой. Нет, ну когда он не улыбается – вид у него, хоть в готические принцы записывай. Но стоит ему улыбнуться, так Джокер от досады съел помаду! Лицо тут же преображается. Если от обычной улыбки хмурый день светлей, то от этой маньяки тут же бегут тренироваться перед зеркалом.
Я вооружилась двумя камнями, с первобытными возгласами высекая из них подобие искры. Салатик пристально наблюдал за моими потугами, пополняя свой словарный запас новыми ругательствами. Я представила себя инквизитором, который решил сжечь демона, и стала колотить камень о камень еще усердней!
- А может, ты попробуешь? – устало отдувалась я, колотя камень об камень. Один камень постоянно крошился и осыпался. Второй еще держался.
- Я многое видел в своей жизни, - как-то отрешенно и философски заметил демон, стоя надо мной с собранными в позу: «Я обиделся» руками. – Но чтобы тереть над ветками старую волчью какашку… Нет, такое впервые…
 
- Фу! – поморщилась я, бросая на землю крошащийся камень.
- Не угадала, - вздохнул демон, пока я понимала, что «завести мужика и завести мужика в лес» - это две разные проблемы. Зато «разбить лагерь и разбить морду» - вполне можно совместить! – Я не могу понять, почему в отпуске я плохо ем?
- Может, потому что ты плохо охотишься? – я подняла брови, намекая, что с удовольствием побуду хранительницей походного «ничега». – Бери копье и вперед!
- По договору сказано, что едой должна обеспечивать ты, - демон снова посмотрел на будущего охотника. «Повежливей! У него твоя душа! Что тебе сказали? Понравится экскурсия – тебе вернут душу!», - вспомнила я, понимая, что меня уже несет по рельсам «тыжмужик».
- Знаешь, прости, конечно, но как демон ты, возможно, могущественный. А как мужик среднестатистический, - огрызнулась я, понимая, что вся надежда на то, что мамонт умрет от разрыва сердца, увидев мою хрупкую и грязную фигурку. «Не зли его! Вежливо! Учтиво!», - снова пронеслось в голове.
- Я как просил обращаться ко мне? – произнес демон, ничуть не обижаясь. – Еще раз услышу, как ты фамильярничаешь – Еще одна фамильярность, и я устрою тебе такой ад!
- Простите. Я забыла, что сейчас в раю! – кротко ответила я, разглядывая свое платье. В этом лесу самый модный цвет - коричневый! Потому что никто чистым из него не выбирался!
- Иди, охоться, - приказали мне, пока я, вооружившись палкой, направилась в лес не без тайной надежды разведать дорогу к цивилизации.
Если первые пять минут мои амбиции вместе с желудком требовали косулю. Я столько раз видела в фильмах, как со словами: «Я пойду, поохочусь!» герой уходил в лес, чтобы вернуться с косулей, связкой зайцев и разве что не с пакетиком из «Ашана». Мысли о том, что природа здесь нетронута, и животные не очень пугливы, придала мне сил! Из хороших новостей: мне удалось выследить черную тощую белку. Есть и грустная. Я знаю, на верхушке какого дерева живет эта пушистая и резвая сволочь!
Через час я была согласна даже на ежика, зверски забитого палкой.
- Стоять ужик! Тьфу ты! Ежик! Ой, ужин! – гнала я ежа до самого трухлявого дерева. Моя охота сопровождалась воинственным криком, который, по моему способен вызвать разрыв сердца у слабонервных ежиков.
Видимо, этот ежик был психологически устойчивым, поэтому я устало опустилась на старое, черное поваленное дерево. Выживаемость в дикой природе – понятие относительное. Либо ты выживаешь дикую природу, либо природа выживает тебя.
- Сволочь! – обиделась я на ежика, бредя по лесу и шурша сухими кустами с листьями, напоминающими сморщенных гусениц. Как вдруг мне улыбнулась удача.
- Вот! Наш ужин! Вкусный хорек – предсказатель! – я вышла на поляну, триумфально неся на палочке добычу. «Помни, у него твоя душа!», - напомнила я себе, стараясь сделать вид, что все так и задумано.
- Почему предсказатель? – поинтересовался демон, явно ожидая чего-то большего.
- Потому, что он предсказал наше появление здесь и сдох раньше, - пожала плечами я, разглядывая добычу. – А вкусный, потому, что его кто- то ел. Куснул по-дружески за попу! Знаете, на этом хорошие новости не кончаются! Есть еще одна отличная новость! Я на диете, поэтому вся добыча достается вам!
Я выложила хорька на лопушок, посыпала зеленью и улыбнулась вежливой улыбкой официантки:
- Бон аппетит! Ужин туриста. Блюдо называется «Шопоймал»! – намекала я, глядя на то, каким взглядом смотрит на меня «турист». Мы с хорьком сравнялись в глазах клиента.
 
- Я вижу, что хорек очень сильно убегал, - произнес демон, разглядывая дичь.
- Это – не хорек! Это «шопоймал». Он сопротивлялся, - обиделась я, вспоминая, как пыталась поднять его палочками. - Ммм! Как вкусно! Я приготовила его по особому рецепту! Каждый, кто хоть раз побывал в этом лесу, просто обязан отведать блюдо «Шопоймал». Это тоже входит в туристический маршрут!