Лицо света, лицо тьмы (СИ)

– Одинаковые, да не одинаковые, – с садисткой ухмылкой просветил ее Александр. – Оболочка одна, но у нее внутри свет, а у тебя тьма.
Я думала, она сейчас ляпнет что-нибудь про день поэзии или еще какую-нибудь гадость, но она вдруг налилась темно-багряным румянцем, а глаза сверкнули так, что сам Зевс бы испугался. Руки сжались в кулаки, она почему-то посмотрела на меня, исторгла с лютой злобой:
– Ненавижу!! – а затем резко вскочила, рванула во вторую маленькую спальню и хлопнула дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.
– Что с ней? – удивился Антон.
Я сперва тоже не понимала, а потом до меня дошло. История повторилась. Тот мальчик тоже сказал, что мы внешне похожи, но я – другая. И выбрал меня.
Разница лишь в том, что тот мальчик был мне безразличен и я бы с радостью ей его отдала, если бы это было возможно.
А этого не отдам.
– Хорошо, она хотела, чтобы Соня приехала вместо нее, – заговорил Саша, будто ничего не произошло, и обращался теперь только к Антону, – но зачем исчезать за месяц до дня Икс? Чтобы все успели с ума посходить, полицию на уши поставить, друзей, родственников и так далее? Чтобы весь месяц только о ней были разговоры?
– Нет, ты к ней несправедлив, – вступился за сестрицу ее дружбан. – Она хорошо знает Соню, она знает, что Соня… хм, как бы помягче… немного инертна.
– Спасибо, что не тормознутая…
Мимикой Тони передал, что вообще-то именно этот термин Эллой и использовался, и продолжил:
– И чтобы подбить ее на такую авантюру, Элка должна была пропасть надолго. Первые дни Соня бы надеялась на поиски силами семьи: родители и другие родственники. Затем подключили полицию. Первое время еще вы думали, что у нее есть сбережения и она на них живет, верно? – Я пожала плечами. Я не думала, что у нее их много. Я же говорю, родители нас не балуют деньгами на карманные расходы. – Ну, короче, Элька мне так объяснила. Она высчитала, что к тому моменту, когда придет письмо, приглашающее на очередной съезд, ты уже дойдешь до ручки и прочешешь все ее файлы в компьютере, влезешь в переписку. Переписка, кстати, для тебя велась, реальную мы удалили. Ты должна была клюнуть на фразу «я найду в августе» и чего-то там еще, уже не помню. Короче, ты должна была понять, что все ответы – в имении Павлецкого. Только так тебя можно было заманить.
– А как же переписка про кладбище? Она тоже для меня велась?
Когда стало ясно, что Тони не имеет представления, о чем я говорю, пришлось сознаться, что я прочитала его сообщение накануне исчезновения Эллы.
– Нет, мы просто договорились встретиться на кладбище, потому что мои родители еще были дома. Я поехал договариваться с хостелом, там иногда за взятку идут на уступки, регистрируют одного, а живет другой. А она должна была поймать частника и ехать на кладбище в Звездный. – Пока я офигевала от смелости сестры (ночью сесть в незнакомую машину), Тони продолжил рассказ с момента нашей с ним первой встречи: – Я выловил тебя у входа специально, она меня отправила за тобой. Мы знали, на каком автобусе ты приедешь. Ты меня чуть не спалила даже, я прятался за деревом. Но я хотел подойти к тебе возле самого дома. Если я начну заранее здороваться, ты могла среагировать как-то не так. А возле дома Павлецкого уже понятно, кто я. А стало быть, ты будешь вести себя как Элла.
– К чему такие сложности? Ты мог открыться мне.
Он покачал головой.
– Элла не велела. Сказала, что ты тут же заберешь ее домой, как только найдешь. Или вызовешь родителей. Мы не смогли бы убедить тебя расследовать. А для Эллы это очень важно.
– Скажи лучше про Макарова. Что он делает с девушками? Он их… насилует?
– Мы не знаем, – понуро опустив голову, ответил Антон.
– Знаем! – крикнула из комнаты Элла.
Господи, обидеться – обиделась, но при этом подслушивает!
– Никто из девчонок не сознался. Но некоторые, скажем так, элементы пазла сложились в одну картинку. Нужно, чтобы за Макарова взялись всерьез, и тогда они расскажут!
– К Аленке он точно не подкатывал, – заявил Саша.
 
– Ну, у твоей Аленки батя депутат. К таким маньяки не лезут, знаешь ли. У него особая клиентура. Сироты, неблагополучные семьи, наркоманки, такое всё…
Я вспомнила скользкие глазки, похотливые ручонки и мерзкую улыбочку Макарова, когда он общался с Милой и предлагал мне зайти к нему на чаек. Да, охотно верю.
– Но если это он покушался на Эллу, – продолжила я свою мысль вслух, – то зачем он звал меня вечером пить этот чай? Значит, он понял, что я – это я? Нашел уже новую жертву?
– Да нет же, он ведь не в курсе, что мы вышли на его след! Да, Элла копалась в компе, но мало ли что искала. И вдруг ничего не нашла? А может, он думал, что ты не откажешься, придешь со своей целью, чтобы что-нибудь вынюхать, а он тебя отравит. А потом перенесет в твою кровать и скажет, что так и было!
У меня все внутри поледенело от этих слов. А я ведь думала над тем, чтобы пойти! Но меня удержало кладбище.
Саша тоже затрясся, но не от холода, как я.
– Да я его в порошок сотру! Ублюдок! У меня руки чешутся…
Видя, что теперь у него ладони сжимаются в кулаки, я нежно погладила Сашу по плечу.
– Давай пойдем официальными методами, пока имеется такая возможность. Если дядя Миша не сможет помочь, уже рассмотрим твой вариант! – Когда Саша успокоился, я вернулась к Антону. – А браслет зачем подбросили?
– Элла предполагала, что ты прочла нашу переписку. Но даже если нет, я сообщил ей, что ты тоже среагировала на звук двери бани. Элла ведь была в имении в тот момент, когда нашли журнал Павлецкого, она тут же сделала фотокопии. И она была уверена, что рано или поздно ты все равно отправишься а местное кладбище – хотя бы по той причине, что там был Павлецкий из-за ржания коня. Ведь если тебя заинтересовал этот момент, ты кинешься расследовать. И вот она оставила там браслет, чтобы ты внимательнее изучила кладбище и нашла могилу Церковиной.
– Но к ней нас привел Саша в итоге.
– Ну да. Он или ты сама – какая разница? Мы с Эллой провели свое расследование, но нам чего-то не хватало. Тогда Элла и сказала про тебя. Ты умна и, может, справишься лучше.
– Давай называть вещи своими именами! – вспыхнул Саша. – Она подставила Соню, боялась новых покушений, а вести расследование могла и так.
– Слушай, это как шампунь-кондиционер, два в одном. Я, честно, был против. Хоть мне и Эльку жалко, это все же мой друг, но и неизвестную мне пока Соню тоже было жалко. Но потом я понял, что не зря мы ее сюда выманили. Она догадалась и с рыбаками пообщаться, и нарыла еще несчастные случаи, точнее смерти «по болезни», – взял он в воздушные кавычки. – Так что мы почти уверены, что всех их опаивали, чем и спровоцировали смерть.
– Значит, к Тамаре, маме Наташи, вы реально ходили вдвоем!
– Да, – протянул Тони, вздыхая. – Старая, пьяная калоша! Кто ж знал, что она не все еще мозги пропила? Она была практически в беспамятстве, когда мы с Эллой приходили к ней с расспросами. А тут она, видите ли, вспомнила, что мы уже были!
– Ладно. – Я поднялась. – Элка, собирайся! Мы возвращаемся домой.
– Не пойду! – донеслось из комнаты.
– Заберу силой!
В этот момент послышались шаги в сторону двери, а потом – звук закрывающейся щеколды. А потом еще шум отодвигаемой мебели. Элла баррикадируется, не иначе.
– Если ты думаешь, что я тебя оттуда не выкурю, ты сильно ошибаешься!
– Да, я уже вижу, какой ты стала! – что-то странное ответили мне из-за двери.
– Идите, я ее завтра доставлю, – примирительно сказал Тони.
– Уже три часа, – сообщил Александр, глянув на маленький электронный будильник на тумбе возле дивана с его стороны. – Бабка встает в пять. Нужно торопиться.
– Хорошо, за мной заедут в восемь, сразу оттуда мы поедем к тебе. Напиши адрес, – попросила я Тони, – а то я в таком трансе сейчас, что могу и забыть.
– Окей. В десять минут девятого она будет готова, собрана и даже спустится вниз на крыльцо, я проконтролирую.