Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (СИ)

[***] — Потому что она кольлэ (шлюха, гулящая девка)! За парнями бегает. Да ещё в таком возрасте! Фу!
[***] — Мне она тоже не нравится. Слишком наглая! Вечно с этой ЧэЁн ходят отдельно и поглядывают на окружающих, как-будто мы все мусор какой-то.
[***] — Можно подумать, ты за ними не бегаешь.
[***] — Оу! Что за выражения?
[***] — Эй! Полегче…
[***] — Действительно. Лучше не используй такие слова. Это слишком грубо.
[***] — А в чём я не права?
После красочного эпитета, употреблённого некой неизвестной особой, ясен красен, что это была деваха, к гадалке не ходи, закрыл чат.
— «Ну их в ж… всех! Идиотки.»
Стало понятно, что про рейтинг Ю загнул. Он — рейтинг этот скорее упал, нежели вырос.
— «Хотя… Какая мне на фиг разница, что обо мне подумают люди, которых я возможно и в глаза-то не видел. Как вариант и не увижу никогда.»
Тренировка прошла очень даже хорошо. Парни не стали акцентировать внимание на моей «свиданке» с Кан Ю, которую некая нехорошая личность — «Падла!» слила в сеть. Я, в свою очередь, выкинув из головы лишние мысли, тупо повторял одни и те же танцевальные движения, вколачивая их в моторику мышц. Пришлось пользоваться наушниками, потому как ребята работали над дэнс-версией трека. В перерывах ХоВон несколько раз подходил и поправлял меня, чтобы потом не пришлось переучиваться. Так и пролетела сегодняшняя тренировка, давшая мне «свежий глоток воздуха».
Место действия: квартира семьи Ким
Время действия: тринадцатое октября. Вечер
Слышится звук открывающейся двери. В коридор выглядывает ХеМи. Вернулась «младшенькая». Явно уставшая, но дово-о-ольная!
— Омма, я дома! — раскинув руки и «скалясь», дочь приветствует матушку.
Вслед за ХеМи в коридор вышел и ДжэУк. Отец окинул странным взглядом дочь и, хмыкнув, вернулся в гостиную.
— «Чего это он?» — проводил взглядом родителя и вернул внимание на маму. — Есть что покушать? Я ужасно голодная.
Как бы странно это не прозвучало, но сказанное не было ложью. Да, я поел в ресторане морепродуктов и довольно плотно. Но ведь времени-то уже много прошло.
— Конечно «есть», — недовольно ответила ХеМи и с укоризной задала встречный вопрос: — Ты почему вчера ничего не сказала?
— Омма, я же тебе объяснила ещё по телефону, что вчера устала. Мне очень хотелось спать. Вообще-то самчон должен был тебя предупредить. Пойдём за столом поговорим, а?
— Иди уже, «уставшая», — подтолкнула она меня в спину и, заткнув нос, помахала перед собой рукой. — Сначала ванну прими. А то пахнет от тебя…
Конечно пахнет. Я, блин, вспотел раз тридцать, пока повторял одни и те же движения, что мне показал ХоВон. Но ведь не помоями пахнет. Зачем так демонстративно?
Надо кое-что уточнить по поводу обоняния, в частности корейского. Разумеется, это некоторое обобщение, но всё же довольно точное. Корейцы крайне плохо переносят неприятные запахи и немедленно дадут знать о том, что ты, пардон муа, воняешь. Не важно чем… К примеру, речной рыбой. Они чётко по запаху отличают морскую от вышеупомянутой. Даже могут не глядя это сделать. А вот для меня данная наука не доступна. Ну, рыба и рыба. Пахнет и пахнет. Как по мне, и та и другая протухшими воняют одинаково. Свежая же вообще ничем не пахнет, ну или почти не пахнет.
В гостиной за столом присутствуют лишь ДжэУк и ХеМи. Мужчина смотрит какую-то передачу по телевизору, а его супруга таскает на стол отложенные блюда.
— Когда должна вернуться СонМи?
— Минут через десять, — глянув на настенные часы, отвечает ХеМи, ставя последнюю мисочку на стол, и усаживается рядом с мужем.
— Моя младшая дочь играет в дораме, — задумчиво произносит ДжэУк и убавляет звук на телевизоре. — Хм…
— СокДжин ведь всё объяснил. Простое совпадение.
— Не скажи… Случайности не случайны, ёбо.
— Мы должны поддержать её!
— Я разве спорю? Конечно, мы её поддержим. Она наша дочь. И этим всё сказано.
— А знаешь, что мне не нравиться в этой ситуации?
 
ДжэУк вопросительно приподнял брови.
— Вокруг неё становится много мужчин, — ХеМи посмотрела на мужа снизу вверх. — Возможно пришло время поговорить о «ВАЖНОМ».
Даже сидя, она была ниже ростом.
— Мне это сделать?
Супруга задумалась, а потом отрицательно мотнула головой:
— Не стоит. Лучше я… Она же девочка и мне будет проще донести, что с парнями нужно быть поосторожнее.
— Хорошо, — легко согласился ДжэУк и убавил звук на телевизоре: — Только ты как следует объясни, чтобы она держалась от всех их подальше.
— Может сразу её в монастырь отправишь? — с ехидцей предложила ХеМи.
ДжэУк, как и любой отец, крайне подозрительно относился к любым особям мужского пола, которые посягали на его дочерей. Вероятно, именно из-за этого СонМи до сих пор не представила родителям ни одного из своих молодых людей, с которыми, согласно возрасту и статусу, «встречалась».
— Что обсуждаете? — задала вопрос «младшенькая», уже стоя у двери.
Девочка, явно посвежевшая после душа, чуть ли не подпрыгивая подлетела к столу и начала разглядывать выставленные блюда.
— Да так… ничего. Садись лучше и поешь, — ответила ХеМи, указав рукой на стул напротив.
— С чего бы начать? — умастившись, Лалиса потянулась за супом из кимчхи. — Пожалуй, с тебя…
— Ты ничего не хочешь нам рассказать? — ДжэУк решил, что стоит всё же выслушать версию происходящего от дочери.
— А-а-а… о чём?
— Ну как же… Моя младшая дочь играет в дораме, а я и не в курсе. Как так?
Лалиса посмотрела на маму и отложила ложку.
Пока рассказывал, каким именно образом попал на съёмки, домой зашла вся какая-то «кислая» СонМи. Буркнула, что сейчас вернётся и уползла в свою комнату.
— Что это с ней? — проводил взглядом сестру.
— Она с СынМином рассталась, — поведала «страшную тайну» ХеМи.
— Бывает, — пожал плечами и вновь принялся за суп.
Через пять минут в гостиную зашла сестра, плюхнулась на диван и с ничего не выражающим лицом уставилась в телевизор.
— Ой! — подскочила вдруг мама. — Скоро начнётся дорама.
Отец передал ей пульт и присоединился к старшей дочери, удобно расположившись на диване рядом с подлокотником.
— Что «начнётся»? — меланхолично поинтересовалась СонМи, оторвав взор от экрана.
Вообще-то с сестрой мы сегодня не виделись и даже не созванивались. Что странно. Обычно она пару раз на дню меня набирает, а тут… Хотя с другой стороны — расставание и все дела. Девчонки такое переживают крайне остро.
ДжэУк с ХеМи с удивлением посмотрели на младшую дочь.
— Ты ничего ей не сказала? — строгий взгляд ХеМи упёрся в Лалису.
Девочка всё ещё сидела за столом, допивая чай. Сделав глоток, она повернулась к маме, севшей рядом с мужем:
— Когда…?
— Уж сестру-то могла бы и предупредить, — проворчала ХеМи.
— Хватит вам… — махнул рукой ДжэУк. — Переключай на нужный канал, а то и правда пропустим начало.
— О чём «предупредить»? — приподнялась на локте СонМи.
— Сейчас всё сама увидишь, — выбрав нужный канал, ответила мама. — Долго объяснять.
— «Интересно, как она могла пропустить шумиху в сети, раз даже мои одноклассники все, как один, с самого утра были в курсе. Ну, кроме ДжонГука… — покосился на сестру. — Её ведь хлебом не корми, дай какие-нибудь сплетни из мира шоу-бизнеса пообсуждать. Странно. Неужели так расставание с СынМином подействовало?»
СонМи ничего не сказала и плюхнулась обратно. Поворочалась на месте, устраиваясь поудобнее, и наконец затихла, глядя в экран телевизора, где начиналась очередная серия полюбившейся многим дорамы.
Спустя пятнадцать минут и три рекламных паузы присутствующие воочию увидели вбегающую в кафе Лалису.
Именно в этот момент подала голос СонМи:
— А-а-а! — тыкнула пальцем в экран она и вытаращилась на меня, продолжив изливать нахлынувшие эмоции: — У-у-у! О-о-о! А-а-а?