Бракованные мужья для землянки (СИ)

— Позвольте? — Наклоняет голову Айт.
— Выйдем, — настойчиво произносит Дорн.
Рыжий передергивает плечами и соглашается. Мы с Заной остаемся один на один.
— Что все это значит? — обращаюсь я к девушке.
Та зябко передергивает плечами и обращается ко мне:
— Очевидно, ничего хорошего.
Я еще много чего хочу спросить у моей неожиданной помощницы, но не успеваю. Меня, как бы это удивительно ни было, опережают Дан и Кейл. Я вижу, как двое мужчин окружают Дорна в коридоре. Брюнет что-то говорит, шпион огрызается в ответ, Айт взглядом дает понять, что это только его дело, и тут Дан неожиданно сильным движением хватает Дорна за грудки и ставит к стене, пробивая чертовы полупрозрачные двери.
Я не сразу реагирую на произошедшее: меня оглушают звон бьющегося стекла и треск. Гигантская фигура Дорна валится наземь. Бывший не шевелится. Мне с трудом верится, что такой мужчина как он мог потерять сознание от одного лишь падения. Он же шпион! Наверняка их как-то специально закаляют.
Но тут я замечаю, что осколок стекла неаккуратно вошел в его шею.
Зана ориентируется быстрее меня.
— Придурок, что ты натворил?! — Ее голос звучит эхом в моей голове.
К счастью, у нас есть доктор, и он оказывается единственным, кто не потерял в этой ситуации самообладание. Кейл бросается к Дорну, после чего я отворачиваюсь: не могу смотреть на кровь. Это со мной с детства.
Сердце, словно раненая пташка, бьется в груди. Я смотрю на улицу сквозь покрытое розовым напылением стекло — в переговорной, как и во всем муниципалитете повсюду, стекло, и акцент повсеместно почему-то сделан именно на этот цвет.
Что будет? Что теперь будет?
Получается, что один из моих мужчин, которых Дорн приказывал мне вернуть обратно, едва не убил его своими руками? Я понимаю, как это выглядит: будто бы я сама натравила подопечного на бывшего жениха. Если захотеть, то тут с легкостью можно усмотреть мотивы мести. Дорн — не самая незаметная фигура в организации, у которой я и толком-то не знаю названия. Самое меньшее, что мне грозит — это потеря прикрытия.
Но сейчас я почему-то боюсь не за саму себя. Больше всего меня волнует судьба Дана. Он же едва-едва отделался от последствий исчезновения Лары и, кажется, нашел то, что искал, если, конечно, верить его словам, и тут снова вляпался.
Я вздрагиваю, когда мне на плечо ложится теплая и тяжелая ладонь.
— Пойдем, Кьяра, — звучит над ухом голос Айта.
Медленно оборачиваюсь, стараясь сделать так, чтобы мой взгляд не попал на то место, где лежал Дорн. Сразу же вопросительно смотрю рыжему в глаза.
— Его уже транспортируют в больницу. Раной Кейл займется сам.
Невольно обращаю внимание на то, что рыжий говорит о других мужьях Лары без неприязни, что выгодно выделяет его на фоне Дана и Кейла.
— Куда? — срывается с моих губ.
И тут я замечаю стоящую невдалеке Зану. Я и сама понимаю, что такое происшествие как ранение шпиона никому из нас просто так не сойдет с рук. Белокурая нервно прикусывает тонкие губы.
— Что теперь будет? — обращаюсь к ней.
Зана передергивает плечами.
— Прямо сейчас? — уточняет она, глядя мне в глаза.
Киваю.
— Он прилетел как турист. Это никакая не дипмиссия. Айта должны были вывезти тайно.
— И ты… — Оборачиваюсь к рыжему. — Полетишь?
Тот отводит взгляд, а потом хмыкает.
— Без моего главного поручителя?
Я не понимаю толком, кого именно он имеет в виду: меня, Дорна или Зану — поэтому решаю не уточнять.
— Как туриста его, наверное, заштопают, — продолжает говорить Зана. Перевожу взгляд на белокурую и понимаю, что она как будто целиком находится в собственных мыслях. Девушку, наверное, можно понять. Похоже на то, что Дан сорвал ей миссию от начала и до конца.
— Мне правда очень жаль, — зачем-то начинаю оправдываться я. — Мое разрешение на вылет действует, если это, конечно, кому-то еще нужно…
Зана хмыкает, впервые после происшествия посмотрев на меня.
— Жалеть, по всей видимости, Дан Моран будет, а мы уж… — она хмыкает, направляясь к выходу. — Надеюсь, Дэрин выживет.
 
— Дэрин? — переспрашиваю я.
— М? — Зана останавливается в дверях, несколько мгновений как будто что-то прикидывает. — А ты не знала, что у шпионов подставные имена? В официальных документах, по крайней мере, его зовут Дэрином. Та еще штучка…
После этого пространного заявления она критически рассматривает поврежденную дверь.
— Я пойду и вот это вот улажу, — обращается Зана к нам. — Ну а ты, Айт, определись, пожалуйста, со списком. Как бы ты ни вертелся, до вылета остается все меньше времени.
С этими словами белокурая исчезает за дверями. Айт же тяжело вздыхает. Я обнимаю себя за плечи, чувствуя, что должна прямо сейчас ехать в больницу. Я места себе не найду, пока не узнаю, как Дорн — или Дэрин — себя чувствует и все ли с ним в порядке.
Делаю первый шаг, но на пути у меня встает Айт.
— Я думаю, нам надо поговорить, — заявляет рыжий.
— Не сейчас, — едва слышно произношу я.
— Нет, именно сейчас. — В его голосе звучит поразительная уверенность в собственной правоте и силе. — Кьяра, я пытался начать этот разговор несколько раз и теперь вижу, что чем больше я откладываю, тем хуже становится ситуация.
Приподнимаю голову.
— Что именно ты хочешь мне сказать?
Айт неожиданно нежно касается моего подбородка и едва-едва улыбается мне.
— Больше всего на свете я хотел бы, чтобы все вокруг забыли про мое происхождение.
— Почему? — Чувствую, что приподнимаю брови.
— Потому что все это случилось из-за меня.
— Что именно?
— Лара, — произносит Айт так, что его, наверное, только я и могу расслышать. — Накануне коронации они хотели убить именно меня.
— Так Лара мертва? — говорю я невпопад.
Глупо и не вовремя. Я понимаю, что в подобной ситуации меня должна была бы волновать вовсе не Лара, но где-то в глубине души я понимаю, что все это время надеялась на то, что несдержанная дочка миллиардеров просто умотала на курортную планету и строит козни своим родителям вкупе с мужьями. Айт кивает едва-едва, а потом скалится.
— Знаешь, как я устал от гонки за деньгами, властью и влиянием? Но дядя не отстанет. Он слишком стар для того, чтобы иметь наследника, я — единственный, кому он еще может передать власть.
Все это кажется мне сущим безумием, и я даже встряхиваю головой для верности — мне надо просто убедиться, что я не нахожусь в каком-то безумном сне и все происходит в реальности. Ну как? Как мне повезло напороться на забытого всеми наследника какой-то там древней планеты?!
— Поэтому ты собирался улететь?
— Совершенно верно, — говорит Айт. — Понимаешь, я не в том положении, чтобы строить романтические отношения и уж точно не могу рисковать убийством своей новой девушки.
Улыбается он крайне мило, а я все никак не могу понять, что значат все его речи.
— Если я попаду обратно на родную планету… — продолжает Айт. — Моя жизнь будет состоять из сплошного церемониала, а мое тело будет охранять десяток вооруженных солдат.
Зачем-то киваю, понимая, что меня это пока не пугает.
— Ты хочешь жить такой жизнью?
Я снова киваю как дурочка, не сумев толком обдумать его слова.
Айт тяжело вздыхает.
— Я так и знал. — После этого он отводит взгляд. — Меньше всего я хотел бы представлять им истинную пару, Кьяра. После того, что я пережил в детстве… — Он делает паузу и снова смотрит на меня. Я замечаю, что глаза Айта блестят. — Похищение и плен. Я был уверен, что не буду настолько беспечен, чтобы заводить детей.
— Правда? — проговариваю я.
Айт прикрывает веки.
— Заговорщики использовали меня, чтобы шантажировать и уничтожить моих родителей. Мне чудом после их смерти удалось бежать и начать новую жизнь на Виете. Здесь хорошо, если не считать матриархата.
После этого рыжий внимательно смотрит на меня.
— Я буду рядом, — срывается с моих губ.