Ты моя, Пушинка! (СИ)
– Кофе был холодный!
Давлюсь воздухом, потому что… Что, блин? Это и есть его причина для увольнения? И я снова не успеваю вставить слово, парнишка тихо оправдывается перед наглым цербером:
– Но Ульяна не пьет горячий… я поэтому…
– Кир, не унижайся, – прошу его, пока пуляю молнии в зазнайку Дана, и тут же вставляю с твердостью: – ничего, пусть увольняет, я помогу тебе устроиться в другое место. Туда, где начальство ценит хороших сотрудников и не увольняет из-за пустяков. Пойдем.
На ощупь хватаю Кирилла за руку и дергаю на себя, успеваем сделать только несколько шагов:
– Стоять! – гремит Даниил на все кафе, а мы с пареньком замираем на месте.
И ладно Кир испугался грозного Чернышова, я какого лешего вжимаю голову в плечи?
Выпрямляюсь и с вызовом смотрю прямо мужику в глаза. Неужели он и есть хозяин кофейни? Ужасаюсь на миг: я в ней постоянный клиент за последние пять лет. Просто чудо, что мы с Даном не столкнулись раньше. Тогда, когда он еще бы запросто мог узнать меня. Но, Дан и кофейня? Его отец, кажется, содержал сеть ТЦ, или я что-то путаю? Да ну короче, как будто мне до этого есть дело!
– Иди работай, – выдает цербер спустя минуту молчания, – и кофе переделай для Ульяны. Не… горячий.
Последнее произнес со скрипом зубов, ведь, как я помню, Даня терпеть не мог остывший кофе. Считал его помоями из-за отвратного вкуса.
И как бы мне ни было на самом деле жаль Кирилла в этой ситуации, но покорно молчу. Я блефовала, говоря о другой работе. Сыграла на гордости Чернышова и, вуаля, сработало. Как минимум, сохранила драгоценную работу Киру. И, как максимум, заработала себе новых проблем. Понимаю это, потому что Даниил отходит к двери в кофейню и переворачивает табличку на «Закрыто».
Усаживаюсь за дальний столик без приглашения Дана, все равно я снова в ловушке. И, как ни парадоксально думать: столкнуться с ним на нейтральной территории даже лучше, чем я могла себе вообразить. И светить номер не пришлось!
Едва он усаживается и скрещивает руки на груди, плююсь обвинением:
– Ты же специально испортил мне эфир, да? Ботов подключил, иначе как объяснить балаган в комментариях?!
Заорала на него как истеричка, ведь не могла сдержаться, горела злобой еще со вчерашнего вечера. Ярость плескалась внутри и била волнами внутренности, раздражая меня тем самым до точки кипения.
– Делать мне больше нечего, – он флегматично пожал плечами, но я не поверила ни на грамм.
– У меня адекватные подписчики, они бы никогда… – Дан перебил с коротким смешком:
– Улька, я тебя умоляю, что ты как маленькая? У тебя в фоловерах одни бабы. А бабы – это рассадник зависти и сплетен. Может, я тебя удивлю, но порой личная жизнь «кумира» куда интереснее, чем нудные разговоры о тренировках и диетической жратве.
– Ты… ты… – не смогла подобрать слов, все они застряли камнями в горле.
– Ты поймала волну хайпа, радоваться надо, а не возмущаться. Где мое спасибо, крошка? Сколько новой подписоты у тебя появилось после вчерашнего эфира?
И ведь не поспоришь с ним! Карина пищала как ненормальная утром – за ночь три тысячи новых подписчиков. И пять предложений по рекламе. И это притом, что я ни копейки не вложила в раскрутку своей страницы. И сестре запрещала, потому что не стремилась к излишней популярности. Моей целью с самого начала была помощь. Это потом уже сестра подсуетилась и начала рассказывать мне, как вести страницу, чтобы она была максимально привлекательной. Интересной не только из-за правильных упражнений. И даже если советы Карины оказались действенными, то…
– А нафига мне такая слава? – Спрашиваю со вздохом, но думаю, Чернышову меня не понять. – Даниил, послушай…
Не договариваю. Умолкаю, когда бариста «врывается» в наш с Даном разговор. Ставит предо мной чашку и гордо выдает:
– Матча, как ты любишь.
Улыбаюсь ему и подмигиваю, хотя на самом деле хотела бы выпить кофе. Ну, или, снова вылить его на зазнайку Чернышова.
– Спасибо, дорогой, – сказала без задней мысли с милой улыбкой, как вдруг вулкан взорвался без причины:
– Дорогой? – выплюнул Дан с гневом, как ревнивый парень, не иначе, – так тебе нравится вот этот малолетний гандон, который даже горячий кофе сварить не может?
Дан подорвался со стула, он буквально дышал пламенем в сторону Кира, поэтому поднялась и я. Да что такое, откуда столько неконтролируемой злости?
Пришлось оттеснить паренька за спину, ведь грозовая туча уже почти пуляла молниями от… ревности? Бред какой-то! Она в нашей с Чернышовым ситуации явно неуместна и абсурдна.
Тем не менее, Дан не успокаивается: лицо покрывается красными пятнами, а губы искривляются в оскале. Даже пальцы он мигом сжимает в кулаки, словно прямо сейчас бросится в драку.
– Даня, – мягко произношу на выдохе и спешно добавляю: – прекращай пугать парня, в чем его вина?
Чернышов резко отшатывается от моих слов, да и я мысленно ругаю себя. Проклинаю, что выпалила жирную подсказку о себе. Видимо, излишне вдохновилась реакцией и поплыла как зажженная свеча. Забыла, кто есть кто!
Глава 7
Отталкиваю Кирилла, парнишка понимает мой жест без слов: спешно уходит из зала. Оставляет нас с Даном наедине.
Если даже теперь он не вспомнит меня, то какой смысл загоняться? Я хоть что-то значила для него в прошлом? Или была немой невидимкой? Видимо, второе… В целом, ничего нового и удивительного. Разве Дан не объяснил при всех, где твое место, Уля? Так разве холодный подонок мог запомнить пыль, которая однажды появилась под его ногами?
Что-то отразилось в ошарашенном взгляде Чернышова, но я не смогла разгадать эмоцию. На лице явно читалось недоумение и шок, но никак не узнавание. Просто, вероятно, что-то неуловимо знакомое промелькнуло у него в памяти. Как много девушек после ласково называли его Даней? Может, сотни, а то и тысячи! Чувствую, как желчь подкатывает к горлу, спешно сглатываю ее, но легче не становиться. Горю изнутри…
Передергиваюсь от пагубной мысли, но быстро беру эмоции в кулак. Ревность не уместна! С чего мне размышлять, скольких баб после меня Дан уложил в кровать? Не интересно! Вот совсем… Ни капельки…
Вижу, как замешательство на лице мужчины сменяется заинтересованностью, поэтому спешу перевести разговор в другое русло:
– Прости за тот вечер, я не должна была заходить так далеко. Даниил, прошу тебя, верни мне машину, и разойдемся на этом.
Обнадеживаюсь, видя потеплевший взгляд мужчины и мягкую улыбку, но надежда мигом разбивается волной об острые скалы:
– Нет, – прохрипел он и, прочистив горло, добавил с уверенностью: – позже наберешь меня, я найду окно в своем плотном графике, после чего приедешь ко мне домой за машиной. Там и поговорим.
Пока давлюсь воздухом из-за шока, Дан подмигивает и уходит. Попутно меняет табличку на «Открыто». А я так и стою на одном месте с раскрытым ртом, не могу даже пошевелиться. Отвисаю лишь, когда Кир появляется в зале:
– Ушел? Ф-у-у-у-х! Аж дышать легче стало.
Отмираю в ту же секунду и, чувствуя слабость в коленях, падаю на стульчик. Да как так? Почему?! За что?!
– Это что, мое поздно сбывшееся желание на Новый год? – стону, смотря в свою нетронутую чашку с напитком.
– Чего? – уточняет Кирилл, а меня прорывает на откровения:
– Однажды я загадала желание, что хочу увидеть тот момент, когда Дан начнет за мной бегать и проявлять знаки внимания.
– А-а-а… – понимает Кирилл, но сразу добавляет с отвращением: – плохой выбор.
– Да знаю я, Кир. Знаю! Веришь, мне его внимание сейчас, как кость в горле, – вздыхаю и снова отвожу взгляд.
Да эта скотина даже не узнал меня. Конечно, я же похудела, привела себя в норму, потому что закрыла огромные дыры в дефицитах. Подтянула тело, годами жесточайших тренировок. И явно не ради того, чтобы снова угодить в сети Чернышова. Только потому, что теперь я полностью в его вкусе.